Один день в декабре - Джози Силвер

— Лу, замолчи, умоляю! Если будешь продолжать в том же духе, мы с тобой изойдем на слезы!

Я обнимаю ее, смеясь и плача одновременно.

— Я надену его на твою свадьбу.

— Это будет здорово, — киваю я.

Мне хочется сказать, что, когда она рядом, мне кажется, Джинни снова со мной. Но я молчу, ведь Сара и так об этом знает. Да и слез мы уже пролили больше, чем достаточно. Поэтому я говорю, что браслет прекрасно подойдет к ее платью цвета морской волны, которое так эффектно оттеняет ее рыжие волосы. Сара кивает, бережно прячет браслет в сумочку, и мы принимаемся за шампанское.

Мы приканчиваем уже вторую бутылку. Надо признать, это баснословно дорогое шампанское ударяет в голову ничуть не хуже дешевого.

— Вот уж не ожидала, что ты выйдешь замуж раньше меня, — признается Сара.

На экране огромного плоского телевизора Оскара мелькают финальные титры «Девичника в Вегасе». Мне по-прежнему кажется, что все вещи в этой квартире — личная собственность Оскара, а я здесь всего лишь временная жилица. Надеюсь, после свадьбы я наконец почувствую себя хозяйкой дома. С педикюром мы уже покончили, и теперь на ногах у нас разделители для пальцев.

— Я тоже не ожидала, — киваю я.

Сара протягивает руку и вытаскивает из своей коробки колоду карт. Она не преувеличивала, говоря, что коробка полна сюрпризов. Нынешним вечером она осыпала меня дождем прикольных подарков, начиная от горшочка с корицей, якобы усиливающей мужскую потенцию, до шлепанцев, на которых вышито мое новое имя. Сейчас нам предстоит сыграть в какую-то увлекательную игру, специально придуманную для невест.

— Ну и что это за игра такая?

Сара извлекает из коробки инструкцию и принимается читать:

— «Раздайте всем участникам по три карты. Ходите в направлении против часовой стрелки. Прочтите вопрос человеку, который сидит от вас слева, а он, в свою очередь, и…» Бла-бла-бла. В общем, полная фигня! — хохочет она. — Будем просто по очереди задавать друг другу вопросы. Ты первая.

Я беру верхнюю карту и читаю вопрос:

— Какой процент браков в Великобритании заканчивается разводом, согласно данным две тысячи двенадцатого года?

— Жесть! — кричит Сара. — Почему накануне свадьбы невесты должны думать о разводах? — Тем не менее она на секунду погружается в задумчивость и дает ответ: — Двадцать девять?

Я переворачиваю карту, чтобы узнать правильный ответ.

— Бери больше! Сорок два процента. Звучит не слишком оптимистично.

Настает черед Сары.

— А, ну вот это получше. На что женщина обращает внимание в первую очередь, когда знакомится с мужчиной? — Она читает про себя ответ на обратной стороне и покатывается со смеху. — У тебя три попытки.

— На его машину? — спрашиваю я, ни секунды не сомневаясь в том, что попала мимо цели.

— Ответ неправильный.

— Ну, не знаю… Может, решает, похож ли он на Ричарда Османа.

Ричарда Османа я приплела не случайно. Это кумир Сары. Однажды она увидела его на вручении какой-то телевизионной премии и едва сдержала желание стянуть с себя платье и попросить его оставить автограф у нее на груди.

— Не остри тупым концом! — возмущается она. — Ричард Осман — единственный и неповторимый. Никто не может быть на него похож, кроме него самого. Последняя попытка!

Попробую ответить серьезно:

— На глаза?

— В точку! — Сара поднимает большой палец. — Кстати, ты обращала внимание, какие глаза у Люка? В жизни ни у кого не видела таких голубых глаз.

Я молча киваю. С минувшего лета Сара время от времени встречается с Люком. На свадьбу они придут вместе. Она просила не рассказывать об этом Джеку, так как хотела сделать это сама. Не знаю, удалось ли это ей. На следующий день после того, как я купила свадебное платье, Джек уехал в Эдинбург. Кроме одной-единственной эсэмэски, в которой он сообщал, что доехал нормально, я больше не получала от него вестей. Несколько недель назад я наткнулась в Интернете на репортаж о презентации какого-то нового музыкального канала и увидела там фотографию Джека, причем на руке у него висела некая тощая блондинка. По крайней мере, я знаю, что он жив.

Я беру следующую карту и читаю:

— Какие цветы наиболее популярны на свадьбах?

— Розы, конечно, — ухмыляется Сара. — Это же элементарно. Они что, за дураков нас держат?

Я откладываю карту в сторону, даже не дав себе труда проверить правильность Сариного ответа.

— Если и дальше будет такая же скучища, бросаем эту игру к чертям, — говорит Сара, вытаскивая следующую карту. — Сколько раз человек в среднем влюбляется за свою жизнь?

— Что значит «в среднем»? — пожимаю плечами я. — У всех бывает по-разному.

— Для примера, возьмем тебя. Ты была влюблена хоть в кого-нибудь из тех парней, с которыми я знакомила тебя в университете?! — хохочет Сара. — Ты помнишь имя хотя бы одного из них? Например, того, что зимой ходил в шортах?

Я молча качаю головой, ибо в моем пропитанном шампанским мозгу всплывает лишь смутное воспоминание о его волосатых ногах.

— Может, раза два, — без особой уверенности даю я версию ответа.

Сара кладет карту на стол, чтобы глотнуть вина.

— А я думаю, больше. Раз пять.

— Пять? Ну это ты загнула.

— Ты же знаешь, у меня широкая натура.

Мы обе заливаемся смехом. Сара, склонив голову, пристально смотрит на меня:

— Значит, ты влюблялась дважды. Один раз, ясное дело, в Оскара. А кто второй? Парень с автобусной остановки?

Мы сто лет не вспоминали о парне с автобусной остановки. Я думала, Сара напрочь о нем забыла.

— Нет, я имела в виду своего школьного бойфренда, — качаю я головой.

— Значит, Лу, ты влюблялась не два раза в жизни, а целых три! Потому что в этого чувака с остановки ты втрескалась по самые уши. Мы целый год гонялись за ним по всему Лондону. Ты на нем просто помешалась.

Я отпиваю вина, лихорадочно соображая, как направить разговор в иное русло. Но придумать ничего не удается.

— Любопытно, как бы все повернулось, если бы тебе удалось его найти, — щебечет Сара. — Может, сейчас ты давно была бы замужем и даже ребеночка успела бы родить. Представь только!

Мое воображение, разогретое вином, работает в ускоренном режиме. Я представляю малыша с зелеными глазами, в которых пляшут золотистые искорки. Вижу его пухлые ножки и обаятельную беззубую улыбку так отчетливо, что кажется, он здесь, рядом со мной. Неужели все могло быть иначе? Да, могло, если бы Джека первой встретила я, а не Сара. Если бы он все же вскочил в этот дурацкий автобус. Я закрываю глаза и вздыхаю, стараясь прогнать нашего нерожденного ребенка в страну грез и неосуществленных мечтаний, которой он принадлежит.