Кадиллак-Бич - Тим Дорси

— Именно.

Серж остановился перед проволочной скульптурой, изображавшей Ральфа Крамдена. Достал фотоаппарат. Ленни поднял глаза на темный шатер: «Театр Джеки Глисона».

Серж снова сунул аппарат в карман.

— Мне потребуется все твое внимание, потому что дело осложняется.

Он обернулся по сторонам, потом стал шептать Ленни на ухо. Через десять минут они устроили перерыв.

— Я не хочу оскорбить твоих чувств, — проговорил Ленни, — но звучит как-то хаотично.

— Так именно оно и должно звучать. Математики выяснили, что в хаосе существует определенный порядок. И я решил воспользоваться этим обстоятельством.

Он показал Ленни страницу записей, испещренную алгебраическими и инженерными символами.

— И что это значит? — спросил Ленни, показывая пальцем на одну из частей страницы.

— Страшная сила фрактальной геометрии. От нее зависит наша жизнь.

Ленни щелкнул зажигалкой, но получил только искры.

— Я никогда особо не ладил с цифрами.

— А все из-за травки. Для тебя и меню в девяносто девять центов из забегаловки — уже высшая математика.

Они продолжили путь по росистой траве. Серж достал из кармана фонарик и принялся изучать землю.

— Охота тебе заниматься глупостями, — сказал Ленни.

— То есть?

— Ползать по ночам, рассматривать всякую ерунду…

— Ночью у меня появляется вдохновение.

Луч фонаря выхватил несколько отпечатков кистей рук на цементе. Эрта Китт, Лесли Аггамз, Майкл Манн[46]…

— Манн — как Кевин Бейкон из Майами — шесть знаков после запятой. Он создал «Майами-Вайс — полиция нравов», он также сделал фильм «Охотник за людьми» с Уильямом Петерсеном, который позже прославился в сериале «Место преступления», продолжении более раннего «Место преступления: Майами» с Дэвидом Карузо в главной роли. Он, кстати, снова вернулся на экран в телефильме «Криминальная история», который создал… тот же самый Майкл Манн! Ленни все чиркал зажигалкой.

— Никак не добуду огонь. Серж остановился.

— Настало время выполнения следующей части плана. Он оглянулся и снова зашептал.

— Подожди, — через несколько минут сказал Ленни. — Я совсем запутался. Особенно насчет ФБР и ЦРУ. Ты все время перескакиваешь с одних на других. Я не могу разобраться.

— А они сами не могут, — сказал Серж. — Это — ключевой элемент хаоса.

Он постучал по фрагменту страницы блокнота с алгебраическими формулами.

— ФБР работает с местными, то есть с бандитами; ЦРУ имеет дело с международными преступниками, то есть со шпионами. Они вечно враждуют, наступают друг другу на пятки, вмешиваются в операции. Именно поэтому нужно втянуть в заварушку и тех, и других. Полярность и напряжение дадут нам нужный баланс.

Он перевернул страницу блокнота: на следующем листке был изображен койот, целящийся из рогатки в кукушку. Они двинулись дальше.

— Не представляешь себе, как я балдею от фильма «Место преступления: Майами», — говорил Серж. — Когда же наконец наш город получит собственный сериал!

— Карузо раздражает меня, — сказал Ленни, доставая спички.

— Тем не менее он прекрасный артист.

— Да он раздражал меня еще в «Полиции Нью-Йорка».

— Тогда Дэвид ушел из сериала, чтобы заняться собственной сверхсекретной карьерой в кино… Но вот что странно: прощальная серия «Майами: полиция нравов» 1989 года называлась «Свободное падение», а премьерная серия «Место преступления: Майами» 2002 года — «Золотой парашют».

— Думаю, Ты — единственный человек в мире, который замечает такие мелочи.

— Остается только придумать, как на этом сделать деньги!

— А почему бы не собрать все твое дерьмо в книгу? Они дошли до следующего ряда ладоней на цементе.

Серж передал Ленни фонарик и опустился на колени. Ленни осветил руку Сержа, когда тот прикладывал ее к отпечатку ладони Мохаммеда Али.

— Ваши руки одинакового размера, — заметил Ленни. Серж встал.

— А ведь победить мог и Листон. Ленни посмотрел на небо.

— Кажется, начинает светать. Или кто-то добавил в мою травку сушеных грибов.

— Нет, действительно. О’кей, последний деловой вопрос. Финальная головоломка генерального плана. Как ты думаешь, что нам предстоит сделать? — Серж снова осмотрелся по сторонам и прильнул к уху Ленни.

Когда Серж закончил, Ленни потянулся и скорчил смешную гримасу.

— Кастро?

Серж хлопнул его по плечу.

— Задело! Поехали!

Показав хорошее время, они пронеслись по почти пустому шоссе «Дельфин экспресс», обогнав всего лишь пару фургонов, развозящих товары по магазинам. Восходящее солнце уже осветило город, когда лимузин съехал с кольцевой дороги и остановился недалеко от большой вывески «Либертад медоуз». Ниже были нарисованы маленькие белочки, чирикающие птички и перекрещенные ружья.

Они вышли из машины и направились к входу.

— Ты — кубинец, — сказал Ленни. — В чем заключается проблема с твоими антикастровскими настроениями?

— В чем проблема?! Ты хоть представляешь, что этот человек сделал с моим народом? Как я хотел бы разобраться с ним сам! Когда-то я даже пошел волонтером на «Радио Марти».

— Что это такое?

— Радиостанция правительства США, посылающая Кубе луч надежды. Но пришлось уйти. Разные творческие взгляды. С тех пор я пишу серию саркастических писем в «Эль нуэво геральд».

— «Эль нуэво геральд»?

— Родной округ, где печатается «Майами геральд», сейчас на шестьдесят пять процентов кубинский, поэтому они выпускают испаноязычное издание. Кроме того, это не совсем буквальный перевод.

— А почему?

— Предполагалось, что так и будет. Но издатели подыгрывают кубинской читательской аудитории. Очень тонкие нюансы перевода. Если в «Геральд» напечатают рассказ о посадке деревьев в парке по поводу какого-то памятного события, то в той же истории в «Эль нуэво» будет говориться о том, что Кастро трахает мертвых ослов.

Серж открыл входную дверь дома престарелых. Они подошли к стойке дежурной.

— Мы разыскиваем проживающего у вас человека, которого зовут Чи-Чи. — фамилия? — не отрываясь от полировки ногтей, спросила дама в золотых серьгах.

— Не знаю, — ответил Серж. — Он друг моего деда. Тогда я был еще совсем ребенком. Обращался к нему только по имени. Я не успел расспросить Томми Грека, но я думал, что с таким именем — Чи-Чи… Вы ведь понимаете ситуацию? Мы завязаны в очень важном и опасном деле, но вы не похожи на любительницу поболтать. Надеюсь, я не ошибся.