Принцесса папарацци - Анастасия Масягина

То, что это связь существует, стало понятно уже на следующей планерке. Добрых сорок минут он расхваливал нашу троицу. До тех пор, пока более опытные корреспонденты, уже успевшие было проникнуться к нам уважением, не стали косо поглядывать.

А после планерки он вызвал меня к себе, естественно, одну, демонстративно запер дверь и долго задавал бессмысленные вопросы по поводу работы отдела и новых репортажей, при этом бесцеремонно меня разглядывая. Он больше не позволял себе распускать руки, и потому у меня не было формального повода встать и уйти, как в прошлый раз. Все что мне оставалось – упорно делать вид, что я не замечаю, как он пытается заглянуть в мой вполне целомудренный вырез.

В конце концов он заявил, что устраивает корпоратив в честь вступления в должность.

– Жду тебя в девять, – он назвал адрес. – Друзей своих можешь тоже захватить.

Он махнул рукой, давая понять, что аудиенция окончена. Вообще, в этой его игре в кошки-мышки появилось что-то новое. Теперь у него была надо мной власть. Вполне формальная. Он стал моим начальником. А значит, имел право вызывать меня к себе в кабинет и выставлять вон, когда вздумается. Было похоже, что он собирается от души насладиться этой возможностью.

Когда я оказалась в коридоре, девчонки-продюсеры, до моего появления оживленно о чем-то беседовавшие, вдруг замолчали.

Все. Похоже, ко мне уже прицепили этот ярлык. Любовница шефа. Не так важно, что на самом деле происходит за закрытыми дверями. Важно, что говорят об этом в коридоре. Моя репутация неотвратимо гибла, причем без всяких на то оснований. Забавно, когда у меня в самом деле был роман с Данилой Воропаевым, моим начальником, шефом автомобильного издательства, все в «Тачке» относились ко мне прекрасно. Здесь, на телевидении, меня готовы были закопать заживо просто за то, что Мерцалов мне подмигнул.

– Вообще-то это круто, что нас позвали, – улыбнулся Олег. В последнее время я не могла предсказать реакцию друга заранее. Он то внезапно начинал злиться на меня, а то вдруг радовался, как ребенок, новым обстоятельствам. Мерцаловым он восхищался и одновременно благоговел. Женька же не скрывала, что считает ситуацию опасной.

– Это как игра в покер: мы или сорвем сейчас куш, или продуемся в пух и прах, – говорила она.

– И от чего это, по-твоему, зависит?

– От того, как ты умеешь блефовать.

Если честно, я не была уверена в этой своей способности, но делать было нечего. Я оказалась втянута в игру помимо воли.

После работы мы отправились на вечеринку к новому шефу.

– Все-таки то, что взрослый человек, большой босс, устраивает вечеринку по поводу вступления в должность в девять вечера у себя на квартире, не может не настораживать, – вздохнула я, когда мы в супермаркете выбирали дорогой коньяк в подарок хозяину дома.

– А, то есть как к Примадонне в гости без приглашения ходить, это ничего страшного, – хмыкнул Дворнягин. – Да не бойся ты. Он пригласил не тебя одну, а треть редакции новостей. К тому же мы с Саней будем рядом.

Правда, Саня ушла с вечеринки уже через час – отравилась некачественным коктейлем, который, как потом выяснилось, кто-то принес в банках и просто перелил в бокалы.

Несколько полупьяных редакторш танцевали в гостиной под хиты девяностых, доносившиеся из роскошной стереосистемы. Массивные колонки в деревянном корпусе были установлены по обе стороны от огромного домашнего кинотеатра. Похоже, хозяин на технике не экономит. Интересно, а включает ли он хоть когда-нибудь этот кинотеатр? Или, как большинство из нас, успевает насладиться телевидением на работе?

Дворнягин надрался до поросячьего визга и, умоляя меня никуда без него не уходить, отправился отдохнуть в глубь квартиры.

Гости понемногу расходились.

– Ася, мне надо с тобой поговорить, – вдруг сказал Максим, внезапно оказавшись рядом.

Черт. Вот именно этого я и боялась.

Он потянул меня за руку, и мы оказались в спальне.

Да как это вообще выходит, что я, не давая ни малейшего повода, увязаю все глубже?! И где эти хреновы друзья, которые обещали быть рядом и не оставлять меня ни на минуту, а сами куда – то делись?! Где вообще все остальные сотрудники редакции?!

– Я думаю, ты уже поняла, что очень нравишься мне. И знаешь, если мы подружимся, что-то в твоей жизни точно изменится к лучшему.

Он провел рукой по моей спине, и я мысленно отругала себя за то, что оставила кофту где-то на кухне, когда помогала резать салат. Теперь на мне был только топ на узких бретельках и джинсы.

Я внимательно посмотрела на Мерцалова, пытаясь оценить ситуацию.

К несчастью для меня, нельзя было сказать, что он пьян, а потому не отвечает за свои слова и поступки. А значит, вариант слинять потихоньку, а потом списать все на алкоголь отпадает. Придется разговаривать.

– Послушайте. Вы же взрослый человек, настоящий профессионал… Ну вы же понимаете, что это ни к чему хорошему не приведет. Про нас с вами уже ходят сплетни.

– Во-первых, я просил говорить мне «ты», – а вот и случилось то, чего так боялись мои друзья. Мерцалов начал злиться. – А во-вторых, поверь моему опыту, когда в коллективе появляется такая девушка, про нее всегда ходят сплетни. Вне зависимости от того, что она делает и как себя ведет. Могу тебе одно обещать – если ты ничего не будешь делать, то ничего хорошего происходить не будет. В профессиональном плане.

Ого. А это уже похоже на угрозу.

– Я не хочу вас… тебя обидеть. Ты, безусловно, очень привлекательный мужчина. Просто суперпривлекательный. Я бы даже сказала, секс-символ нашего телевидения, – я прикусила язык. Ну вот, старалась подсластить пилюлю и, похоже, перегнула палку.

Вместо того чтобы охладить пыл Максима, моя тирада его только раззадорила. Особенно титул секс-символа, очевидно, пришелся ему по душе.

– А хочешь секса со мной? – вдруг спросил он без обиняков.

В этот момент дверь в спальню широко распахнулась, и на пороге возникла тучная блондинка весом килограмм сто, не меньше. У дамы была стильная стрижка-каре и большие голубые глаза, готовые меня испепелить.

– Макс! Чем ты тут занимаешься?! Немедленно разберись со своими бабами!

– Девушка, послушайте, – начала было я.

– Не девушка, а Людмила меня зовут!

М-да, очень принципиально нам сейчас с тобой знакомиться.

– Пошла вон! Или пусть эта тварь отсюда проваливает, или уйду я!

– Спокойно-спокойно. Я пошла вон. Только отдайте мне, пожалуйста, мою кофту.

Из-под кровати показались один за другим два остроносых мужских ботинка сорок третьего размера, а потом вылез и весь Олег Дворнягин полностью.

– Ну зачем вы так орете, – пьяным голосом возмутился друг. – Мешаете человеку спать.