Тремарнок - Эмма Бёрстолл

Стоя к ней спиной, высокий светловолосый парень в белом комбинезоне перекладывал из обесточенного холодильника в черный мусорный мешок сыр, молоко и ветчину, которые никому не понадобились.

– Что случилось? – спросила она дрожащим голосом. Оказывается, пока ее не было, время не стояло на месте.

Парень резко обернулся, но, увидев Лиз, улыбнулся и ответил ей с сильным местным выговором:

– Магазин закрывается. Сказали ничего не оставлять. – В руках он держал пачку масла и, взглянув на срок годности, спросил: – Не хотите? Оно еще не испортилось. А то все равно выкидывать.

Лиз отрицательно покачала головой и сглотнула комок в горле.

– Владельцы еще здесь?

Он бросил масло в мусорный мешок, взял упаковку яиц и прокомментировал:

– Просрочены на два дня. – А потом добавил: – Наверху вроде кто-то есть. Ваши друзья?

Лиз кивнула:

– Мы не виделись какое-то время. Дочка заболела. Я не знала.

– А-а, – протянул он, – они сказали, в Лу перебираются. В виллу на берегу. Неплохо, да?

Лиз растерялась. Неужто он не понимает? А может, ему ничего не сказали? И она промолчала.

Пришли четыре татуированных носильщика в белых комбинезонах с закатанными рукавами. Старший, в красной шапочке и с сигаретой во рту, кивнул Лиз и что-то промычал.

– Мик, ты за тяжелым? – спросил парень. – Я б с того холодильника начал. Он прямо монстр.

Мик подозрительно оглядел холодильник:

– На свалку, говоришь? Не позарился никто?

Парень завязал узел на разбухшем мешке и перекинул его через плечо.

– Не-а. Все на свалку. Вообще все.

– А можно было б выручить деньжат, – сказал Мик, – ну ладно, братцы, поехали.

Пока они топтались вокруг холодильника и толковали, как лучше его поднять, Лиз ринулась наверх. Остановившись возле распахнутой двери в квартиру, она увидела, что развешенные на стенах семейные фотографии и корнуолльские пейзажи исчезли и вместо них остались уродливые пятна и дырки от гвоздей.

С порога Лиз заметила, что гостиная тоже опустела. На бордовом ковре – раньше его едва видно было из-за разбросанных игрушек – зияли отметины от мебели и пятна, которые прежде, когда комната полнилась людьми, не бросались в глаза.

Лиз прошлась дальше по коридору. Кухня, где они с Айрис сидели и болтали, тоже казалась нежилой и без разных кружечек, кастрюлек, сковородок и рамочек приняла дешевый, жалкий вид. Стиральную машину и плиту унесли, обнажив островки грязного коричневого линолеума.

Внезапно Лиз вздрогнула – откуда-то из комнаты до нее донесся шум.

– Айрис? – позвала она. – Джим?

Никто не откликнулся, и она принялась заглядывать во все комнаты подряд. Маленькая ванная, первая спальня, вторая. Ни души. Тогда она постучалась и заглянула в третью.

Согнувшись с инструментами над велотренажером, там стояли Даррен и Джим. Появление Лиз заставило их поднять головы. Она была настолько счастлива их увидеть, что не удержалась и воскликнула:

– Слава богу! Я думала, вы уже уехали!

Отступив назад, Джим вытаращил глаза, словно встретил привидение, а Даррен не шелохнулся, но тоже пялился на нее.

– Лиз! – выдавил наконец Джим, как будто пытался, назвав имя, превратить привидение в человека. – Ты что тут делаешь?

Лиз пропустила вопрос мимо ушей и бросилась Джиму на шею.

– Мне так жаль, – сказала она, чувствуя, как он немного расслабился, – я ведь понятия не имела…

Следом она обняла Даррена. На ощупь он напоминал мебель – из-за угловатых плеч и одеревеневших, негнущихся конечностей, – а еще от него сильно пахло потом. Футболка была насквозь мокрой. Похоже, банкротство совсем выбило их из колеи.

– Как там Рози? – спросил он и, едва Лиз разжала объятия, отступил. Она вкратце сообщила им новости последних четырех недель. – Хорошо, – ответил Даррен, избегая смотреть ей в глаза, – круто, что она идет на поправку.

Его ответ звучал странно и отчужденно, но Лиз списала это на расстройство.

– Расскажите мне все, – попросила она, закончив рассказ. – Как Айрис? И бабушка?

Стульев в комнате не оказалось, но Лиз была готова усесться прямо на пол, однако Даррен с Джимом присесть не предложили, поэтому все так и остались стоять возле полуразобранного тренажера.

Джим объяснил, что они решили закрыть дело.

– Мы устали, – он почесал подбородок, не отрывая глаз от своих грязных белых кроссовок, – и решили переехать севернее. Айрис всегда хотелось жить у моря. Она уже на новом месте. А тут мы просто… – Он посмотрел на тренажер и умолк. Лиз кивнула. Ясно было, чем они занимались. – Мы тоже уезжаем, вот буквально через минуту и выдвинемся, – продолжил он, – эту лошадку чуть не выбросили, но Айрис в итоге решила ее оставить.

Лиз недоумевала, почему они обсуждают старый тренажер. Ее смутила и неловкость бывшего друга, отчасти потому что это напомнило ей о Роберте, но потом она сказала себе, что у Джима, как и у любого другого, есть гордость и что он, наверное, ненавидит признаваться в своих неудачах.

Чтобы не сыпать соль на рану, Лиз попыталась направить разговор в более приятное русло:

– У моря?

Она предположила, что друзья сняли одно из тех бунгало или шале, которыми усыпано побережье, особенно там, где летом много отдыхающих. Зимой там промозгло, но зато дешево, а этим критерием они, вероятно, руководствовались в первую очередь.

– Айрис там наверняка понравится.

Никто из собеседников не подхватил нить разговора. У Лиз возникло подозрение, что они ждут ее ухода, но она отогнала эту мысль.

– Как у нее дела? – задала она новый вопрос. – Я давно не получала от нее новостей, даже уже испугалась, вдруг что-то стряслось. И я бы обязательно позвонила, вот только с Рози столько хлопот сейчас…

Даррен скрестил руки на груди.

– Она в порядке – правда, пап? – Он перевел взгляд на отца, и тот утвердительно кивнул. – Сначала мы, конечно, опешили, но…

– Не поверишь, нам вдруг перепало немного денег, – неожиданно выпрямившись, встрял Джим, – очень кстати. И мы решили выбраться отсюда, пока возможность есть.

– Но это же чудесно! – воскликнула Лиз. – Я так рада за вас!

Джим растянул губы в улыбке.

– Да уж, Айрис счастлива, что ей больше не придется торчать здесь целыми днями. Она чуть с ума не сошла – впрочем, я тоже.

– А что вы теперь делать будете? – поинтересовалась Лиз. Скорее всего, найдут работу при каком-нибудь кемпинге, а может, даже и свое что-нибудь откроют. У них здорово бы получилось.

Джим тяжело вздохнул.

– Пока не знаем – да, Даррен?