Лимб - Юлия Лим

– Распечатай мне эти фотки. И вот эти.

– Что ты будешь с ними делать? – Макс медлил, включая принтер и отправляя фотографии в печать.

– Закинь в облако все, что наснимал в тот день, окей? Видео тоже. – Лукавый потянулся к распечаткам, когда друг перехватил его запястье.

– Не делай этого.

– Чего? Ты странный сегодня.

– Если сделаешь, пожалеешь. Я уже пожалел.

Лукавый нахмурился. Макс смотрел на него уставшими глазами. Он заметил на столе упаковку снотворного.

– Если ты чего-то боишься, то можешь мне рассказать, – предложил Лукавый. – Я от задуманного не отступлю.

Макс грустно усмехнулся.

– Если я тебе расскажу, ты сам себя в могилу сведешь. А я не хочу, чтобы ты скопытился. Мы и так еле пережили твою кому. И в тот день, когда ты приехал в ресторан с той странной девчонкой, мы собрались только ради тебя, как и на твой день рождения. Никто в нашей компании уже не общается друг с другом как раньше, – Макс протянул Лукавому распечатки. – Я дам тебе одну подсказку, но больше ни о чем меня не проси. Если ты действительно все для себя решил, я не хочу быть втянутым в эти разборки.

Лукавый взял бумагу, свернул ее в трубочку и сунул во внутренний карман куртки.

– Вик и Марк знают, что случилось в тот день.

* * *

Лукавый ехал домой, прислонившись к окну автобуса. Нехорошее предчувствие сжимало горло, но он говорил себе, что это всего лишь совпадение.

В своей комнате он положил распечатки на стол и лег на кровать, чтобы перевести дух. В этот раз путешествие в гости к другу и обратно далось ему тяжелее, чем поход в магазин за картридером.

– Ты сегодня слишком молчаливый, – сказала Ева. – Что-то случилось?

Он кивнул, не поворачивая головы. Губы сжались в тонкую линию. Лукавый боялся смотреть на нее из-за проснувшихся воспоминаний.

– Не расскажешь?

– Ты что-нибудь помнишь о клубе «Манго»? Ну… о том вечере.

– Мы не дослушали плей-лист, – напомнила Ева. – Поставишь?

Лукавый включил на мобильнике музыку и бросил его на кровать. Комнату заполнила «A Light That Never Comes»^[8].

– О… я помню эту песню. Она играла в тот день в клубе.

– Это же плей-лист того дня. – Лукавый пожал плечами. – Ты не сказала ничего нового.

Он закрыл глаза, скрывая раздражение. Общение с Евой стало для него гноящейся раной. После прослушивания записи разговора с Дэном Лукавый думал, что она и тогда отвергла его.

– Она играла в клубе, когда мы были вместе, – тихо сказала Ева.

Лукавый открыл глаза, посмотрел на нее.

– Потом ты пошел за напитками, и я больше тебя не видела.

– Ты вспомнила? – Он сел на кровати. – Расскажи мне все!

– Я договорилась о встрече с Максом, но он заболел, и его подменил Вик. Он подвел меня к сцене, где выступал ты со своей группой. Потом ты вытащил меня на сцену, и мы пели дуэтом. А в клуб я пришла из-за тебя.

Лукавый помедлил, решая, сказать Еве правду или смолчать.

– Я прослушал запись с видеорегистратора. На ней я говорил о тебе. Но я ничего не помню о том, как мы общались. Почему?

– Ты ведь лежал в коме. Когда придет время, все вспомнишь.

Лукавый кивнул. Песни сменяли друг друга, а он смотрел на Еву и думал: почему жизнь так несправедлива к ним?

– Я выясню, что с тобой случилось, – пообещал он вновь. – Любой ценой.