Любовь гика - Кэтрин Данн

Я подхожу к дому. В окнах Миранды горит желтый свет. Я поднимаюсь на ее этаж и стучу в дверь. Она смеется, затаскивает меня внутрь, выгоняет красивого молодого мужчину по имени Кевин, чтобы он не мешал ей меня рисовать. Я сижу голая и наблюдаю за ней. Миранда рисует, заваривает нам чай и говорит без умолку. Мы не упоминаем о ее хвосте.

Спортивный клуб располагается в паре кварталов от дома, где квартира мисс Лик занимает весь верхний этаж. Он выстроен в том же стиле, что и жилой комплекс: массивное здание из кирпича и стекла. Говорят, отец Мэри Лик лично добился, чтобы в клуб начали принимать женщин.

– Женское членство существует у нас уже более тридцати лет, – сообщила мне по телефону девушка-администратор.

Я попросила ее прислать мне по почте их рекламные буклеты. Очень качественные брошюры. Глянцевая бумага, цветные фотографии «Зала трофеев», бара с полным комплексом обслуживания, сауны, ресторана, тренажерных залов, теннисных кортов, гандбольной площадки и бассейна имени Томаса Р. Лика. Я внесла первый взнос за полтора месяца и четыре дня пряталась на пятиэтажной стоянке через дорогу, наблюдая за тем, как черный седан мисс Лик въезжает на территорию клуба ровно в 17.30 каждый вечер.

Я стою посреди пустой раздевалки, в одной руке – полотняная сумка, в другой – замок с цифровым кодом, и рассматриваю себя в зеркало во всю дверь. Я выгляжу старухой. Всегда выглядела такой. Горб не способствует моложавости. Лысая голова при полном отсутствии ресниц и бровей сразу наводит на мысли о старости. Я уже сняла парик и засунула его в сумку, пока дожидалась мисс Лик. «Главное, помни, – повторял папа, – о своем преимуществе перед нормальными. Ты их смущаешь одним своим присутствием». Я рассматриваю свой широкий рот, розовые глаза, скошенные скулы, крошечный подбородок. Интересно, сработает этот прием или нет, когда в том возникнет необходимость? Мисс Лик нисколечко не нормальная, на нее могут и не подействовать обычные фокусы.

Мисс Лик заходит в раздевалку, и представление начинается. Первый же ее взгляд на меня придает мне уверенности. Обычные фокусы на нее действуют. Мы здороваемся, как положено воспитанным людям. Она старательно не замечает моего очевидного уродства.

– Простите, вы не подскажите мне, какой шкафчик…

Мисс Лик бросает сумку на скамейку и кивает на ряд шкафчиков у стены.

– Любой, который без замка.

Я изображаю извиняющуюся улыбку и плетусь к шкафчикам, украдкой поглядывая на себя в зеркало. Сердце колотится от страха, что я переиграла.

Меня удивляет ее серьезность… плавные, медленные движения… отсутствие жестокости на ее большом, внимательном лице. Сбивчивый лепет с ней не сработает. Будем делать бесстрастное лицо и говорить четко и сдержанно – тщательно подбирая слова и многое недоговаривая.

Мисс Лик снимает твидовый костюм и надевает синий закрытый купальник. Под кожей на мощных руках и плечах перекатываются мышцы. Пальцы короткие, толстые. Ногти пострижены точно по кончикам пальцев.

– Недавно здесь? – спрашивает она.

– Да, вступила в клуб ради бассейна, – отвечаю я, вешая одежду на крючки в шкафчике. – Врач говорит, что мне надо учиться плавать.

Я чувствую ее взгляд у себя на горбе, на шее, на лысом затылке.

– Артрит? – уточняет она.

– Куда же без него? – отвечаю легко и беспечно.

– Знаю, – говорит она, и я продолжаю стоять к ней спиной, чтобы она хорошенько рассмотрела меня.

Четвертый день в бассейне.

– Хитроумное приспособление, – произносит мисс Лик, прикоснувшись к эластичной бретельке моего купальника, проходящей над горбом.

У нее мягкий, негромкий голос, совершенно не гармонирующий с ее габаритами и резкими, порывистыми движениями. Душ внезапно переключается на холодную воду, и мой горб, шею и лысую голову обдает обжигающей стужей.

– На заказ шили? – интересуется мисс Лик. – Дорого обошлось?

Я улыбаюсь. Она стоит под соседним душем и энергично растирает предплечья.

– Это ортопедическое белье, – объясняю я, выбираясь из-под холодной струи.

– Понятно.

Мисс Лик бьет себя кулаками по огромному крепкому животу. Встряхивает головой, запрокидывает лицо. Вода течет по массивному подбородку на грудь. Я натягиваю на лысый череп резиновую шапочку, чувствуя, как кожа на переносице и на лбу сминается в складки. Кожу пощипывает.

Мисс Лик надевает такую же шапочку, пряча под ней короткие волосы. Ее кожа краснеет по краю, где лицо выпирает из-под тесной шапочки. Все это вместе напоминает разорвавшийся презерватив.

– Мойте ноги как следует, – шепчет мне мисс Лик.

Я присаживаюсь на корточки, послушно растопыриваю пальцы на ногах и вычищаю несуществующую грязь между ними. Мисс Лик открывает дверь и подпирает ее резиновым клинышком. Дверь ведет в небольшой предбанник между душевой и выходом к бассейну. Вместо пола в предбаннике – неглубокая ножная ванна с сильно хлорированной водой. Мисс Лик стоит в этой ванночке минут по пять перед бассейном и после. Она заботится о состоянии ног. Боится подхватить грибок.

Мисс Лик любезно предложила дать мне несколько уроков плавания в плане помощи в борьбе с артритом, одолевающим мои суставы. Утверждает, что всем карликам и горбунам необходимо плавать.

Я стою по колено в теплой ножной ванне, концентрированный запах хлорки обжигает мне нос. Нос находится на одном уровне с подпрыгивающей задницей мисс Лик, которая энергично бежит на месте. Она смотрит в маленькое прозрачное окошко в двери, ведущей к бассейну.

– Боже! Она уже здесь!

Я испуганно отступаю на шаг. Раньше мисс Лик не проявляла столь бурных эмоций в наших беседах. Я поначалу теряюсь, а потом понимаю. Это успех. Мисс Лик воинственно выдвигает вперед подбородок, заводит руки за спину и начинает с остервенением мять себе ягодицы.

– Эта старая коза меня преследует. – Она оборачивается ко мне и усмехается, увидев мой непонимающий взгляд. – Она плавает очень медленно! И всегда по моей дорожке. Я постоянно на нее натыкаюсь! От нее нет спасения! Я попыталась ходить в обед. Она находилась здесь. Я попыталась ходить рано утром, перед работой. Она была здесь. Она здесь всегда! В любой час! И вы посмотрите! Она же плавает, как покойник с упадком сил!

Мисс Лик глядит в окошко в двери и яростно мнет свои ягодицы. Я надеваю затемненные очки для плавания. Теперь глаза не так жжет от хлорки. Все становится зеленым, а мисс Лик продолжает:

– Я понимаю, звучит ужасно, но я всерьез размышляю о том, чтобы затащить ее на глубину и утопить. Бывают дни, когда я точно бы ее утопила, если бы была уверена, что это сойдет мне с рук.

Она оборачивается ко мне, в глазах беспокойство. Я киваю. Свет отражается бликами от воды в ножной ванне, по лицу мисс Лик скользят зеленые тени.

– Я вас понимаю. – Я снова киваю ей и улыбаюсь.