Любовь. Офисная версия - Людмила Белякова

Тут же у Жанны голова немыслимо отяжелела, свинцом налились веки, и она перестала что-то вообще чувствовать.

Разбудил ее въедливый голосок будильника. Было уже совсем светло. Мобильник свой на подъем она не настраивала, значит… Она вдруг вспомнила все происшедшее этой ночью.

— Миш, а Миш? — позвала тихо.

Будильник исходил отчаянным писком, а чемпион спал как убитый. Жанна видела только его неподвижную спину под пушистым одеялом.

— Мишка! — почти крикнула она.

— А? — наконец встрепенулся он.

— Твой сотовый надрывается?

— А, да, наверно… Семь часов.

— Чего так рано-то? Спал бы да спал.

Жанна повернулась к нему спиной и свернулась калачиком. Телефон обиделся на невнимание и смолк.

— У меня режим. Сейчас вокруг дома бегать буду.

— Вот у пса-то хозяйского радости будет…

— Зараза, — беззлобно обругал ее Миша, вставая. — Выкачала меня как незнамо что, а через месяц чемпионат России.

Он, проходя мимо, довольно сильно хлопнул ее по боку. Жанна недовольно хныкнула, а Миша поплелся в душ. Потом сквозь дрему она слышала, как он оделся и вышел. Через некоторое время во дворе действительно возмущенно забрехала собака. Жанне сделалось смешно, после этого сон сбежал от нее вслед за случайным партнером.

Когда она, одетая и подкрашенная, спустилась в холл первого этажа, Миши там не было. На всякий случай она сварила две чашки кофе и села за компьютер.

Удивляясь тому, что вчерашний перевод можно читать без слез и особых исправлений, Жанна просмотрела его до конца и закрыла файл. Тут на пороге появился Миша, одетый в теплый тренировочный костюм.

— Вы что делаете на закрытом объекте, девушка? — спросил он, окидывая ее подозрительным взглядом.

— Работаю, в отличие от некоторых.

— Это теперь так называется?

— Да. Кофе возьми. Правда, он остыл..

— Ничего страшного.

Миша в два глотка выпил чашку.

— А ты меня не отпустишь? Через час Пашка прикатит. А то мне в школу надо.

«У него что — ребенок есть?»

— В каком классе учимся, если не секрет?

— Тренирую я, серость. В спортивной школе!

— Да? И чему плохому детей учим?

— Вольной борьбе.

Миша вынул из встроенного шкафа черный костюм на плечиках и, прикрывшись от нее дверцей, стал переодеваться, продолжая говорить:

— Деньги там, конечно, смешные, но хоть отдача есть, и пацаны при деле. Есть перспективные ребята.

— Да ты у нас подвижник.

— Ага… Ворота открывать-закрывать умеешь?

— Нет, я здесь в первый раз.

— Иди сюда, покажу.

Жанне почему-то стало не по себе при мысли, что придется подойти к нему близко. Но Миша стоял и ждал. Пришлось встать и подойти к устройству на стене у двери.

— Вот, так включить переговорное устройство, эта кнопочка — от ворот, эта от калитки. Поняла? Действуй.

Он не упустил случай поймать ее за руку и довольно чувствительно пожать.

— Сейчас меня выпустишь.

— Да иди ты на все четыре стороны! Больно кому нужен, — прошипела Жанна, выпрастывая пальцы.

— Понял. Сваливаю.

Он действительно ринулся к выходу, накидывая кожаную куртку. Но вдруг затормозил, вернулся, неожиданно для Жанны цепко взял ее за горло и быстро, почти по-дружески, поцеловал.

— Пока, куколка.

— Будь умницей, герой.

Он, изобразив удивление, смешанное с сомнением, вышел.

Из двери на Жанну пахнуло свежим деревенским воздухом. Потом она увидела, как из гаража вырулил к воротам черный внедорожник, и нажала на кнопку. Ворота открылись, и чемпион уехал. Пес куда-то исчез, не сочтя нужным даже обгавкать напоследок машину.

Жанна снова села за компьютер и стала гонять перевод туда-сюда, хотя в этом не было особой необходимости. Ей просто не хотелось оставаться наедине со своими мыслями.

Забренчал входной звонок — пришла Дианина домработница.

— А вы кто? — неприветливо спросила она, входя в дом.

— Сотрудница Павла Александровича. Он сейчас будет.

Тетка исчезла в кухне, а сам Пашка появился еще через полчаса. Дианы с ним не было.

— Жанусь, привет. Это ты тут рулишь? — весело заговорил он, вваливаясь в холл. — А где Майкл?

— Я за него.

— Сбежал, сволочь?

— У него занятия в спортшколе.

— Ясно. Как у тебя дела?

— Закончила. Тут принтер имеется? Мне система на запрос не отвечает.

— На нем порошок закончился. Ерунда. Главное, текст есть… Так что ты до понедельника отдыхаешь, да?

— Ну типа да.

— А в понедельник на фирме?

— Куда ж я денусь?

— Значит, в понедельник уконтропупим этих фирмачей, а там отгуляешь… Ты чё, уже уходишь? Сейчас Дианка приедет с ребенком, завтракать будем.

— Не, не хочу. Я домой. Дела еще.

— До станции сама дойдешь? А то я машину не загонял.

— Нет, пройтись только рада буду.

Снаружи действительно было хорошо. Природа упорно набухала весенним томлением, заметно потеплело, за ночь подсохли тропинки. Жанна отметила, что сейчас одета по погоде. Довольно было и просто пиджака с тонкими брюками. Вот и занятие на день — перебрать сезонный гардероб.

Как добиралась до Москвы, Жанна вряд ли смогла рассказать потом.

Она вспоминала, нет, не их с этим спортсменом мимолетно-горячечное постельное приключение, а то, как расстались они утром — будто давние друзья. Ну, этот поспешный поцелуй на прощание не в счет — она сама почти так же прощается с подругами. Нет, никакого продолжения не последует.

«Секс одноразовый, дачная версия».

Эта мысль даже слегка развеселила Жанну, и она вдруг с удовольствием обнаружила, что уже поднимается по лестнице своего дома и машинально роется в сумочке, ища ключи.

…Первое, что Жанна сделала после того, как вышвырнула своего гражданского мужа, это хороший, в меру дорогой ремонт. И все эти полгода с особым удовольствием возвращалась домой. В свое время ей это очень помогло — кардинально поменять обстановку и забыть, раз и навсегда, этого субъекта, который за год их совместного проживания менял работу чаще, нежели оказывал ей интимное внимание. И это-то торопливое полуизнасилование он пытался выдать за… да ни за что он не пытался это выдать. Он вообще не пытался. А вот Миша…

Жанна, чувствуя, что эта мысль возвратит ее к вчерашнему событию, тряхнула головой, стремясь отогнать ее. Та, трепеща радужными крылышками и обдавая Жанну вульгарно-сладким ароматом пачулей, отпорхнула, и Жанна успела захлопнуть двери прямо перед ее любопытным носом.