Год Мужчины. Эффект женщины - Александр Гордиенко

– «Обабиваются», – повторил Железнов. – От слова «баба». Подразумевается негативный смысл: толстая, крикливая, в несвежем, давно не стиранном старом халате на кухне, погрязшая в бытовых проблемах, ничем не интересующаяся, не сексуальная… Одним словом, неинтересный, малоприятный человек, но с претензиями. В первую очередь, к мужу. Достаточно большое количество женщин пытается превратить своего мужа в тыбика.

– В кого?! – на лице Екатерины читалось явное изумление, было видно, что она это слово слышит в первый раз.

– В «тыбика», – невозмутимо повторил Железнов. – Ты бы мусор вынес, ты бы в магазин сбегал, ты бы…

– Поняла! – рассмеялась Екатерина.

– При этом многие из этих женщин, о которых мы говорим, уверены, что отсутствие извилин в мозгу можно прикрыть отсутствием нижнего белья. Ты понимаешь, о чем я…

– Да уж конечно. Но ты какой-то уж совсем мрачный образ нарисовал.

– Да. Я специально сгустил краски, нарисовав столь ярко-отрицательный персонаж. Чтобы включить воображение и задуматься. И вспомнить о том, что ты в жизни точно встречала таких женщин, хотя бы частично обладающих теми качествами, которые я тут нарисовал. А если не утрировать, то все сводится к тому, что девушка, выйдя замуж, а тем паче, родив ребенка, считает свою миссию выполненной. Конечно же, не все. Но по моим оценкам, как минимум половина так считает.

– В каком смысле?

– В смысле, что «всё как у всех». Основные цели в жизни достигнуты: замуж вышла, ребенка родила. А дальше… куда он, в смысле муж, денется?! И перестают. Перестают следить за собой, могут появиться перед мужем в любом виде, моменты интимной тайны, которыми она будоражила воображение мужчины до свадьбы – исчезли в неизвестном направлении, не учится, не развивается, не читает, говорить с ней в общем-то не о чем, неинтересно и скучно.

– Какую-то грустную картину ты нарисовал.

– Да. Специально. Чтобы предостеречь тебя. Семейная жизнь – это не конец романтических отношений, а их начало. Если женщина умная, конечно же. Развитие отношений – это труд, прости меня за эту банальность, это встречное движение, это лидирование друг друга, это легкое и милое кокетство, это значит, каждый день доказывать друг другу, насколько они, мужчина и женщина, дорожат тем, что судьба подарила им возможность видеть друг друга каждый день и каждый день дарить друг другу радость любви и восхищения. И здесь ведущая роль должна принадлежать женщине. Тогда длительность романтических отношений составит не 2-3 года, как обычно, а значительно, значительно дольше.

– Да, Железнов, – задумчиво протянула Катя, – с тобой мне будет непросто. И как ты это себе видишь?

– Я – никак. Как ты понимаешь, мое «Я» сейчас – это все мужчины. Женщина должна включить фантазию и каждый раз быть чуть-чуть другой, чтобы удивлять мужчину. Причем, это не обязательно требует каких-то сверхусилий.

– Ну, например?

– Хитрая, – Железнов улыбнулся. – Даю общее направление для фантазии: даже лента, повязанная на бедро, может стать сильным фактором для мужчины. А общий тезис состоит в том, что не нужно бояться экспериментировать – на мой взгляд, интимные отношения разрушаются от обыденности, заученности, когда каждый раз одно и то же, по абсолютно одной и той же поведенческой схеме, как пони бегает по кругу, когда вместо интереса и желания появляется обязанность «исполнения супружеского долга», пропади оно пропадом.

– А что мужчины? – взгляд у Кати стал лукавым. – Все женщины, женщины… а мужчины что-нибудь должны?

– Да, конечно. И значительно больше. Мужчина в глазах Женщины всегда должен оставаться мужчиной, вести себя по-мужски, совершать мужские поступки, быть для женщины стеной, за которой ей тепло, уютно и комфортно, а в эмоциональном смысле добиваться того, чтобы женщина хотела (!) принадлежать только ему, чтобы она, прости меня, на животном уровне ощущала бы себя «его женщиной» и чтобы ей это безумно нравилось.

– И как мужчины этого добиваются? – вопрос прозвучал, вроде бы, обезличено, но Железнов успел зацепить блеск в Катиных глазах, которые она тут же поспешила прикрыть своими роскошными ресницами.

– Все. Урок закончен, – Железнов несколько болезненно улыбнулся. – Я не собираюсь открывать тебе тут внутривидовые тайны. Будешь их выведывать у своего мужа по мере поступления.

– Железнов! Я не отступлюсь! – Катя лучезарно улыбнулась. – Тем более от такого теоретически подкованного мужа.

– Ладно, неотступница, идем спать…

– Как завораживающе звучит, – Катя легко, одним движением поднялась с диванчика, обошла кухонный столик и совершенно неожиданно для Железнова, но достаточно плавно подняла правую ногу и положила ее на верхнюю спинку диванчика прямо перед глазами Железнова, перекрывая ему путь к выходу. Белый халатик, и так безумно короткий, задрался на невиданную высоту, обнажив при этом черную ленточку, завязанную бантиком на Катином бедре. Катя победно улыбалась: – Как тебе ученица?

Железнов, конечно же, слегка ошалел: «И когда успела?», вслух же произнес:

– Красиво. Эротично. Но если ты хочешь когда-то стать моей женой, я бы на твоем месте сегодня не пытался соблазнить меня.

– Почему не сегодня? – в голосе у Кати появилась хрипотца, а в глазах плясали сумасшедшие огоньки.

– Потому что тогда я в существенной степени потеряю интерес к тебе.

– Хитришь? Не хочешь изменять Ей?!

– Хитрю. Ты права. Не хочу. Во всяком случае пока не хочу.

– Что значит «пока»?

– Пока я не разберусь с кое-чем. Все. Идем спать, Катя.

Когда они улеглись, Катя закатала манжеты у рубашки (Железнов предложил ей на выбор любую футболку или рубашку, Катя выбрала голубую, одну из его любимых) и, прижавшись, обняла рукой Железнова:

– Саша, скажи, а Она – твоя ровесница?

– Я не хочу это обсуждать. Я ни с кем, ни с одним человеком на Земле никогда не обсуждал и не буду обсуждать это.

– Саш, я понимаю. И уважаю твою позицию. Но я же ничего не выспрашиваю. Только возраст.

– Хорошо. Она на двенадцать лет моложе меня.

– Ничего себе! Так ты для нее – старый! – радостно констатировала Екатерина.

– Вот же женская логика! – Железнов усмехнулся. – Как вы мыслите… Бедный Йорик! Для тебя, я, значит, не старый в качестве мужа, а для нее – старый. Несмотря на то, что ты почти на десять лет моложе ее.

– Да. Я же люблю тебя, – совершенно непосредственно и ни секунды не смущаясь своей алогичности, произнесла Катя. – Ты что, переживаешь на этот счет?

– Катя, запомни народную мудрость, автором которой, как я подозреваю, была очень глубоко мыслящая зрелая женщина. Она звучит следующим образом: «Ценность мужчины с годами растет, как и у произведения искусства».

– То есть любой мужчина – это произведение искусства.