Про любоff/on - Оксана Робски

– Так здесь и наши есть, Первый канал, по-моему.

– Договорись, пусть Брежнев выступит. Толькопроконтролируй, чтоб лишнего не болтал.

– Влад, он пил до утра. Не знаю, как он сейчас.

– Приводи его в чувство. Поставь капельницу. Или дайпиво. В конце концов, если он будет дерьмово выглядеть – даже хорошо. У нас жепроблемы были.

– Я понял. Пойду узнаю, что с ним.

К обеду второго дня поток людей уменьшился. Очередьпоредела. Транспаранты исчезли.

Люди уже раздумывали, стоит ли закрывать счета. Но ещестояли в очереди.

Банк был на грани банкротства.

Брежнев выступил с заявлением о давлении на партию сверху. Отом, что нас не сломать. И не запугать! Что за обещания, данные намиизбирателям, мы положим свои жизни.

Люди перестали дежурить у банка по ночам.

Паника прекратилась.

Я очень надеялся на то, что Ленины ожидания по поводупокушения оправдаются.

Нам надо вернуть авторитет. И рейтинг.

В первый раз за последнюю неделю я выехал из банка безпрепятствий.

И в первый раз более-менее спокойно вздохнул.

Встретился в «Паласе» с радиоведущей. Я всегда держал номерв этой гостинице. Для представительских нужд.

Иваныч считает, что мне пора поменять ее на другую. Может,«Балчуг»? Или «Метрополь»?

Лада отправилась в ночной клуб, а мне надо былорасслабиться.

Радиоведущая как раз для этого подходит. Она не задаетвопросов о жене, не расспрашивает о работе и ничего не просит. Пока.

Я напился.

Проснулся в семь утра. Дома.

Как я оказался дома, помню не очень хорошо. Но, наверное, нетак уж сильно мне понравилась радиоведущая.

Лада устроила мне скандал.

Она пришла домой в четыре утра абсолютно пьяная.

– Где ты был вчера ночью? – кричала она, и ееголос, как всегда, если она выпьет, был выше обычного на несколько тонов.

– Я же тебе звонил, дорогая. Я остался на работе, ты жезнаешь, какие сейчас у меня проблемы. Прессу читаешь?

– Ты – ничтожество! – орала Лада, держась за стул,чтобы не упасть. – Ты спал в «Паласе», с девкой!

Откуда она знает?

– Это бред. Дорогая, тебе надо отдохнуть.

– Я ненавижу тебя! Слышишь, ненавижу!

– Ты напилась, чтобы высказать мне это?

– Ты – ничтожество! Ты – ноль! Ты ни на что не способен!Ты даже не способен иметь детей! Из-за тебя у меня нет ребенка! У меня ничегонет!

– Если не считать всего, что у тебя есть.

Я выключил телевизор. Похоже, про пост Лада забыла.

Я был уверен, что скоро начнется истерика. Она и началась.

Лада рыдала, сидя на полу.

Мне не хотелось ее успокаивать.

Чем женщина старше, тем меньше ее жалко. А может, чем большеты ее знаешь, тем меньше ее жалко. А может, чем она тебе ближе…

Я ушел спать.

Лада заснула в гостиной. На полу.

У меня не было возможности предупредить ее о том, что мыедем на правительственный прием. В пятницу. По личному именному приглашениюпрезидента.

С утра ее уже не было в гостиной. Хорошо, а то после такихбурных сцен она обычно еще целый день агрессивная. Если учесть, что у меняцелая толпа народа перед входом на работе, то скандал за завтраком – это ужеслишком.

Вообще, когда я в последний раз был в отпуске? На Мальдивах,два года тому назад. С Ладой.