Кабак - Олег Якубов

* * *

Разъехались по домам ветераны, умчался, со всеми дружески расцеловавшись, Шумский. В углу зала под предводительством моложавого генерала и крики «Ура-ура-ура!» догуливала компания самых стойких гостей, без которых ни одно торжество не обходится. Сергей и Виктор, не сговариваясь, сняли пиджаки, расслабили галстуки, демонстрируя, что официальная часть закончилась. Мы остались втроем.

— Про свою дурацкую эмиграцию можешь нам не рассказывать, наслышаны. А что теперь поделываешь? — спросил Сергей.

Я лишь пожал плечами. Отвечать было решительно нечего.

— Живешь где? — поинтересовался Виктор.

— В колодце, — и, увидев их недоумевающие взгляды, пояснил. — Это Фаина Григорьевна Раневская так однажды свое жилье охарактеризовала: «Моя комната напоминает мне колодец, а я себя чувствую ведром, которое туда опускают». Так, комнатушка-сараюшка, вроде бывший курятник, оштукатуренный. С меня даже денег за нее почти не берут.

— Ну, в твоей эрудиции мы никогда не сомневались. — Сергей смотрел то ли осуждающе, то ли поощрительно, понять было невозможно. — Делом заняться не хочешь?

— Хочу, да только не знаю, каким. Да и не умею толком ничего. В Израиле страховым агентом работал, тоже не преуспел.

— А куда ты, собственно, исчез? — продолжал допытываться Серега. — С того дня, как мы с тобой вместе из Европы в Москву прилетели, так больше и не появлялся, Потом неожиданно умчался в Израиль, ни с кем не попрощавшись. Теперь вот вернулся и тоже о себе знать не даешь.

— Но ведь и вы меня не искали, — возразил им обидчиво.

Друзья многозначительно переглянулись. «Просите — и дано будет вам; ищите — и найдете; стучите — и отворят вам», — сказано в Писании, многозначительно и наставительно изрек Сергей.

— А нигде в Писании не сказано: предлагайте — и будут вам благодарны? — запальчиво возразил я и тут же устыдился. А с какой, собственно, стати они должны были мне что-то предлагать. Уж если я сам до сих пор не могу понять, чего хочу от этой жизни, то им-то это знать откуда.

Друзья тем временем о чем-то пошушукались и огорошили меня предложением. Они собираются открывать в цокольной части гостиницы ресторан. Уже идут ремонтные работы. Очень важно, чтобы была вкусная добротная еда, в том числе, в обязательном порядке, японская — оба поклонники этой экзотической пищи. Короче, чтобы не стыдно было пригласить в такой ресторан гостей любого ранга. Мне предлагалось стать учредителем нового заведения. Я был растроган до глубины души их благородством, но именно поэтому стал отказываться, говоря о том, что не справлюсь, их подведу, дело провалю.

— Ты не совсем правильно понимаешь, чего мы от тебя хотим. — Теперь Михеев был деловит, говорил весомо, без тени иронии. — Нам очень важно, чтобы дело вел честный человек. А в тебе мы не сомневаемся, столько лет знаем тебя. Что же касается дела, то найдешь опытного управляющего, наберете команду хороших поваров. Одним словом, вот тебе шанс, и не вздумай его упускать. Можешь, конечно, подумать. Минут пять.

— Согласен, — поспешно заявил я. Вот только…

— Технические детали и подробности обсудим завтра, — перебил Сергей. — Ехать пора.

Когда мы спустились в вестибюль гостиницы и было уже прощались, на меня обрушился еще один поистине сказочный подарок.

— Серега, а может, мы Пушкина в гостинице поселим. Во-первых, никуда не годится, что наш товарищ живет за тридевять земель в каком-то «колодце», а во-вторых, и ему, и нам будет так удобнее, как говорится, двадцать четыре часа на работе, — предложил Виктор.

У этих людей слова с делом никогда не расходились. Они куда-то позвонили, отдали несколько энергичных команд и через десять минут я стал обладателем отдельного гостиничного номера. Мне он показался настолько уютным, что уходить не хотелось. И все же я решил повременить. Неизвестно от чего страхуясь, заявил, что перееду, как только откроется ресторан.

— Как знаешь, — пробурчал Сергей. Видно, я немало утомил его своими капризами. Тут же предложил: — Не хочешь завтра в нашу школу съездить, там юбилей отмечают?

Поехал с удовольствием. Учителя меня встретили радушно, интересовались успехами. Сергею и Виктору вопросов не задавали. Я так понял, что они здесь — частые гости, над родной школой шефствуют, помогают щедро, недавно компьютерный класс оборудовали. На торжественном вечере о них говорили как о самых знаменитых выпускниках школы. По сути, так и есть. И еще одного знаменитого выпускника упомянули. Учился в школе скромный паренек, несколько, правда, занудный. Его знали одноклассники. Годы спустя узнала вся страна — паренек возглавил правительство России. Школу не забыл. Прислал телеграмму, поздравил. Про юбилейный подарок, в связи с чрезвычайной занятостью, вероятно, позабыл. А может, привычка сработала. Его называли в определенных кругах «Миша два процента», намекая на то, что от любого своего содействия скромно требовал два процента «отката». Но не мог же он в самом деле откатить два процента с собственного подарка себе самому.

* * *

На меня навалилась такая прорва дел, что я не представлял, за что мне следует хвататься в первую очередь. Нужно было зарегистрировать фирму, контролировать ремонт, параллельно закупать оборудование и набирать штат поваров и официантов. Повсюду опаздывал, времени вечно не хватало, к тому же изрядную его часть сжирала дорога. Уже открывшись, вспомнил наконец, что у меня в гостинице есть теперь свой номер.

О, вот это было настоящее счастье. На работу теперь ездил в лифте. Приветливые горничные ежедневно наводили в номере порядок. Мне даже было неловко от такого внимания. Пытался объяснить, что достаточно и раз в неделю прибраться, но они лишь улыбались: положено ежедневно. И все тут. Впрочем, к хорошему, как известно, привыкаешь быстро. Я обзавелся своей посудой, приобрел кофеварку, в маленьком, встроенном в шкаф холодильнике теперь всегда были какие-нибудь продукты на завтрак. Уходя из ресторана, говорил: «иду домой».

* * *

Через пару месяцев после открытия ресторана Сергей устроил мне настоящий экзамен. Он пригласил меня на концерт и телевизионную запись популярной юмористической передачи «Леоновский парк», названной так в честь своего имени известным писателем-сатириком. После передачи, сказал Сергей, артисты приедут на банкет в ресторан. Надо блеснуть, показать все, на что мы способны. На концерт я не поехал, предпочел контролировать в ресторане все сам. Хотя толку от меня было немного, это если сказать мягко. На самом деле я только всем мешал, путаясь под ногами.

Они ввалились в ресторан шумной веселой толпой в первом часу ночи, после концерта. Столько знаменитостей вместе нашим официантам видеть никогда не доводилось. Они похватали свои телефоны и начали фотографировать гостей, вместо того чтобы начать их обслуживать. Из кухни высыпали повара, им тоже хотелось поглазеть на своих любимцев. Мои шипения (не мог же я при гостях орать) ни к чему не приводили. Хорошо хоть гости не чинились. Не дожидаясь официантов, стали накладывать себе на тарелки закуски, наполнять рюмки и бокалы. Наконец я, пообещав всем своим, что обеспечу им после банкета совместный снимок, сумел заставить персонал работать. Сам тем временем сбегал в гостиницу. Магазины здесь работали и поздней ночью тоже. Я приобрел пачку фломастеров и ждал, когда артистов можно будет попросить оставить свои автографы на стене в японском зале.