Аптекарь, его сестра и ее любовник - Сандра Браун

Еще раз выругавшись от всего сердца, он откинул одеяло.

А ведь старик и вправду засек время, черт бы его подрал. Когда он вошел в кухню, Уэс глянул на настенные часы и бросил на сына взгляд, ясно дававший понять, что тот не успел вовремя. Мать пришла ему на помощь:

— Доброе утро, сынок! Яичницу с беконом или вафли?

— Что попроще. — Скотт сел за стол и, широко зевая, налил себе стакан апельсинового сока.

— Ты когда вчера лег? — спросил отец.

— Точно не знаю. Тебя еще не было.

— Я был с Датчем.

— Так долго?

— Нам потребовалось время.

— Ну и как? Поднялись на гору?

К тому времени, как Уэс изложил им все события вчерашнего вечера, Дора поставила перед Скоттом тарелку с поджаренным беконом, яичницей из двух яиц и двумя вафлями. Он улыбкой поблагодарил ее.

— Это было настоящее приключение, — сказал Уэс. — Особенно пока мы добирались до той забегаловки, где мы подобрали Кэла Хокинса. Нам повезло, что вовремя убрались оттуда, пока нас не долбанула в задницу тройка мужланов.

— Уэс! — покосилась на него жена.

Уэс расхохотался.

— Да брось, Дора, Скотт уже не маленький, знает, что к чему. Правда, сынок?

Скотту было мучительно стыдно. Не смея взглянуть в глаза матери, он низко нагнул голову и продолжал есть. Старик считал, что это клево — сквернословить в его присутствии, как будто тем самым приобщал сына к компании взрослых мужчин, которым все можно, в том числе и ругаться. Конечно, все это была «липа», потому что на самом деле старик обращался с ним как с двухлетним несмышленышем. Всего через пару месяцев ему стукнет девятнадцать, а ему как маленькому говорят, что есть, когда спать ложиться, когда вставать.

В своем выпускном классе он был старше всех остальных учеников. Старик оставил его на второй год в шестом классе. А почему, спрашивается? Не потому, что он провалил какой-то предмет, или плохо себя вел, или что-то сделал не так, а только потому, что старик хотел дать ему лишний год подрасти и войти в физическую форму, прежде чем записать его в продвинутую спортивную группу старших классов.

Скотту стыдно было чувствовать себя второгодником, но старик принял решение, не спросив ни его, ни маму, и настоял на своем, не слушая их возражений.

— В университетских командах есть свои «смотрящие», и они начинают выискивать будущих игроков уже в седьмом-восьмом классе, — объяснил он. — Лишний год роста даст тебе преимущество. Школьный округ у нас маленький, тебе надо пользоваться любой форой, какая только есть.

Старик по-прежнему принимал за него все решения. По закону Скотт уже считался мужчиной. Он мог вступить в армию и погибнуть за свою страну. Но он не мог перечить отцу.

Словно прочитав его мысли, Уэс сказал:

— Заполнишь анкеты сегодня. У тебя больше нет причин отлынивать.

— Всех пригласили к Гэри.

Гэри был одним из одноклассников Скотта. Скотту он не особенно нравился, но у него дома была игровая комната с бильярдным столом. Погонять шары в свободный день было куда приятнее, чем заполнять анкеты для поступления в колледж.

— Сперва заполни анкеты, — отрезал Уэс. — Я сам их проверю. А после обеда отвезу тебя в зал, чтобы ты не пропускал тренировку.

— Я сам могу поехать. Уэс покачал головой.

— Тебя еще занесет на льду, врежешься во что-нибудь и ногу сломаешь. Нет, я сам тебя отвезу.

Дора встала на защиту сына:

— Думаю, ничего страшного не случится, если он пропустит одну тренировку.

— Ты так думаешь? Это лишь показывает, как мало ты понимаешь, Дора.

Зазвонил телефон.

— Я возьму, — сказал Скотт.

— Я возьму. — Уэс выхватил трубку у него из рук. — А ты иди заполняй анкеты.

Скотт отнес свою тарелку к раковине и предложил матери помочь с посудой, но она отказалась.

— Лучше сделай, что он велел. Чем скорей закончишь, тем скорей сможешь уйти к своим друзьям.

Уэс положил трубку.

— Это был Уильям Ритт.

У Скотта волосы шевельнулись на затылке.

— Он сказал, что мне срочно надо ехать в аптеку.

— Зачем? — спросил Скотт.

Дора бросила взгляд в окно.

— Разве он сегодня торгует?

— Еще как торгует! Вы не представляете, кто только что приехал на встречу с Датчем. — Уэс перевел взгляд с Доры на Скотта, потомил их неизвестностью еще несколько секунд и наконец изрек многозначительно: — ФБР!

— Что им нужно от Датча? — удивилась Дора.

Скотт знал ответ, но предпочел промолчать. Пусть старик скажет.

— Держу пари, это насчет Миллисент. — Уэс уже натянул свою куртку. — Поскольку я председатель городского совета, Ритт решил, что я должен быть в курсе. — Он открыл заднюю дверь и обернулся уже на пороге: — Может, у них есть след.

Скотт проводил его взглядом и еще долго смотрел на дверь, когда она закрылась.