Тремарнок - Эмма Бёрстолл

– С Рози несложно, – ответила она, – я не жалуюсь.

Роберт встал и снова отправился за выпивкой. Лиз уже слегка захмелела, поэтому обрадовалась, когда официантка принесла еду.

Выглядели их блюда странновато: заказанная Лиз камберлендская колбаска высовывалась из горки политого маслом картофельного пюре, а в гамбургере, который принесли Роберту, торчала шпажка, увенчанная розовым коктейльным зонтиком. Они посмеялись, решив, что у шеф-повара, должно быть, сегодня игривое расположение духа, но еда оказалась вкусной, так что почему бы и нет.

– Приятно иногда съесть для разнообразия что-нибудь простое, – сказал Роберт, – кулинарные эксперименты – это отлично, но, честно признаться, порой хочется взять и поесть без изысков. Ради этого можно и розовый зонтик потерпеть!

Лиз согласилась.

За едой она немного рассказала ему о себе, и он удивился, узнав, что ее отец так редко навещает Рози.

– Она же его единственная внучка? – спросил Роберт, качая головой. – Другой на его месте ни на шаг от нее не отходил бы.

Лиз в нескольких словах со всей возможной беспристрастностью описала ему Тоню, но брови у Роберта тут же поползли вверх.

– Да она просто ужасная! Не дай бог, заявится к нам в ресторан. Ведь каждую секунду будет ныть!

Лиз невольно рассмеялась.

– Да нет, на самом деле она неплохая. Просто знает, чего хочет, и своего не упустит.

– Жуть, – он снова покачал головой, – сочувствую твоему отцу.

На десерт она выбрала шоколадный мусс, а Роберт попросил пирог баноффи со взбитыми сливками и так стремительно принялся расправляться с ним, что Лиз смотрела в полном изумлении.

– Говорил же – я сладкоежка, – сказал он, заметив, что Лиз наблюдает за ним, – но у Алекса вкуснее.

– Ну, это тебя не остановило, – улыбнулась она. От ее глаз не укрылось, что Роберт жадно поглядывает на остатки ее шоколадного мусса, – тот оказался таким сытным, что Лиз осилила только половину. – Хочешь? Вот с этой стороны я не ела. – Она пододвинула тарелку Роберту, и он в два счета расправился с десертом и довольно вытер рот салфеткой.

Два полных бокала вина и плотный ужин сделали свое дело – Лиз пребывала в самом благодушном настроении. Она откинулась на спинку дивана, закинула ногу на ногу.

– А после той твоей невесты ты с кем-нибудь встречался? – От алкоголя на нее напала непривычная разговорчивость.

Если он и обиделся, то виду не подал.

– Вообще-то нет.

– Почему? – с несвойственной ей напористостью поинтересовалась Лиз.

Он пожал плечами:

– Наверное, мне просто никто не нравился достаточно сильно.

«Или настолько же сильно», – решила про себя Лиз, опять подумав, что, видимо, бывшая пассия до того запала ему в душу, что с ней никто и в сравнение не идет.

– Ну а ты? Ты с кем-нибудь встречалась после того, как вы с Грегом расстались?

Услышав это имя, Лиз растерялась – она и забыла, что сама упоминала о нем. А при мысли о новых отношениях Лиз едва не рассмеялась.

– Думаю, после Грега я теперь к мужчинам и близко не подойду.

Роберт принялся грызть ногти, хотя весь вечер сдерживался. А может, Лиз просто не замечала. Она тотчас же пожалела, что поторопилась с ответом.

– У меня столько забот, – поспешно добавила она, – и с Рози, и на работе. Ты-то понимаешь, каково это?

– Понимаю, – печально ответил Роберт.

Желая сменить тему, Лиз рассказала, как недавно, гуляя с Рози по берегу, они успели осмотреть старые здания береговой охраны и два наполеоновских форта и добрели до кафе на самой вершине холма, откуда открывались потрясающие виды на окрестности.

– Мы где-то мили две прошли, для Рози это много, но мы никуда не торопились, и сил у нее вполне хватило. Я ей пообещала мороженое, и это сработало.

Роберт спросил, бывали ли они на одной местной ферме, где из молока племенных коров делают волшебное органическое мороженое, и когда Лиз покачала головой, то предложил как-нибудь в хорошую погоду свозить их туда.

– Может, на каникулах, когда Рози не надо будет в школу.

Лиз сказала, что они с удовольствием поедут.

Он хотел принести им еще выпить, но стрелка часов уже перевалила за одиннадцать, а вставать Лиз надо было в пять. Уходить ему явно не хотелось, да, впрочем, и ей тоже, однако он попросил счет и, несмотря на ее возражения, настоял на том, чтобы оплатить его целиком.

– Тебе вообще не следовало меня куда-то приглашать, чтобы извиниться. Что случилось, то случилось.

Но он отверг все ее возражения.

Когда они добрались до «Голубки», было уже заполночь и ни души вокруг. Даже старомодные газовые фонари на улицах погасли – муниципальный совет хотел сэкономить. Роберт притормозил в нескольких шагах от двери, однако проводил Лиз до входа и ждал, пока она в поисках ключей рылась в сумочке. Ключи спрятались на самом дне, и Лиз казалось, будто она целую вечность их ищет. Наконец удалось их выудить.

– Та-дам! – Лиз отперла дверь. – Я бы пригласила тебя на кофе, но мне так рано вставать…

– Конечно. Может, как-нибудь в другой раз. – Его голос прозвучал необычно – низко и загадочно, лица Лиз разглядеть не могла.

– Еще раз спасибо за чудесный вечер. – Она отвернулась, открыла дверь, поставила ногу на порог. И вдруг ощутила неловкость, почему – она и сама не понимала.

– Лиз?

Все произошло стремительно. Лиз обернулась, оставив ключ в замочной скважине, а Роберт быстро наклонился и коснулся ее губ своими. Этот поцелуй, мягкий и робкий, был удивительно приятным, Лиз хотела было отстраниться, но поняла вдруг, что вовсе не желает этого, так что прикрыла глаза и замерла. Всего на несколько секунд…

Роберт первым прервал поцелуй.

– Тебе и правда надо хоть немного поспать, – прошептал он, погладив ее по голове, – до завтра.

Когда Лиз пришла в себя, он уже сел в машину, завел двигатель и включил фары. Машина тронулась с места, а Лиз стояла и смотрела вслед. Роберт еще раз взглянул на нее и улыбнулся – быстро, но, как показалось Лиз, нежно. Многообещающая улыбка. И, наверное, чуть озорная. Сердце у Лиз билось учащенно и… радостно.

Она разделась, приняла душ, почистила зубы и забралась под одеяло, а губы ее сами собой растягивались в улыбку. Она обхватила себя руками. Внутри бурлило ощущение чуда, открывшихся возможностей. «Надо же, – думала она, – Роберт. Неуклюжий, нелюдимый и застенчивый. Старый добрый Роберт. Который боится высоты и не переносит солнца, не любит море и помидоры, обожает сладости и никогда не смотрит в глаза. Он в одиночку растил сестру, добр к Рози и своим подчиненным. Он даже со своей капризной племянницей мирится, хотя хуже нее официантки в мире не найти».