Багряные скалы - Егор Лосев

Завернув за очередной изгиб тропы, увидел напружиненную, подавшуюся вперед спину товарища.

– Ну как? – хрипло поинтересовался он.

Двир оглянулся.

– Гранатой отоварил! А у тебя?

– Пулеметчика снял.

– Молодец, – Двир хлопнул его по плечу.

Рядом ударила в стену пуля, с визгом рикошетировав вниз.

– Погнали! – выдохнул Двир, оглядываясь вниз.

Теперь двигались вперед осторожно, прикрывая друг друга.

Лежавшая перед ними неширокая равнина, зажатая между хребтом и пропастью, была завалена крупными отколовшимися от стены болдерами, почти идеально кубической формы.

Погоня не отставала, постреливая вслед. Пули свистели над головами, били в камни. Высунувшись из-за очередного болдера, Двир вдруг отпрыгнул назад. Место, где он стоял мгновение назад, взорвалось пылью и каменной крошкой. Тут же донесся окрик команды и пальба стихла.

Били откуда-то сверху.

– Обошли, суки, – выдохнул Дмитрий, – по верху…

Просвет между валунами, судя по плотности огня, контролировали стволов в пять. Повезло напарнику, реакция – что надо.

Они поняли друг друга без слов. Дмитрий расстегнул подсумок, обхватывая пальцами круглое тело гранаты. Двир вытянул штык и нацепил на лезвие панаму.

Указательный палец плавно потянул за кольцо.

Грянувшим залпом изорванную панаму отшвырнуло в сторону. Защелкали затворы, но Дмитрий успел высунуться. Так и есть, метров на десять выше них, над гребнем торчат стволы и головы. И белая кафия саидина тоже там. Причем сгрудились все в одном месте, видать только оттуда просвет можно держать. Гранатой их вряд ли накроешь, но даже если с недолетом рванет, мало не должно показаться.

Описав дугу, граната улетела вверх, взметнуло разрывом облако песка и осколков. Перебежав опасное место, Дмитрий хлопнул товарища по спине и крикнул:

– Прикрой!

– Уходить надо… – пробурчал Двир, выставив назад короткое рыло Узи.

Дмитрий задрал ствол винтовки и удобно приладил на косом ребре скалы:

– Сейчас… сейчас…

Порывом ветра развеяло дым и над рваной бахромой гребня.

– Ну, давай, миленький, ну выгляни… шептал он.

Повезло. Над камнями медленно поднялась уже порядком запачканная кафия саидина. Дмитрий выждал, пока планка прицела совпадет с черным обручем, потянул спуск, привычно приняв плечом отдачу. Голова в кафие дернулась назад, кровь брызнула на камни.

– Вот теперь уходить! – удовлетворенно пробормотал он.

Вместо ответа Двир рявкнул: Берегись! – и толкнул Дмитрия за валун.

По камням защелкали нули. Но Двир уже волок его за собой.

Оранжевый диск солнца плавно нырнул за гряду. Приближалась ночь.

Минут через десять бега с препятствиями. Квадратные болдеры вдруг кончились. Перед ними протянулась полоса земли и засохшей грязи, тут и там утыканная небольшими с арбуз камнями, между которыми петляла козья тропа сбегающая в Вади Муса, а там уж разветвления, пещеры, да и темнота на носу, от погони оторваться несложно.

Оставалось лишь прорваться по этой открытой полоске земли к спасительному обрыву. Они переглянулись и рванули вперед, аж ветер засвистел в ушах.

Но далеко убежать им не дали. Оглянувшись, Двир крикнул: Ложись!

Дмитрий, четко, как на плацу, выполнил "пазацту". Упал, извернулся лицом к врагу, изготовился к стрельбе.

Двое легионеров возились за камнями, занимая удобные для стрельбы позиции.

Закат заляпал небо кроваво-красными разводами.

– Давай, прикрываю! – каркнул пересохшим горлом Дмитрий, выцеливая одного из преследователей. Выстрелил. Тот нырнул за камень.

За спиной забухали ботинки напарника. Дмитрий передернул затвор и пальнул в другого иорданца. Ответная пуля просвистела над головой. Он перекатился в сторону и добил обойму.

– Прикрываю! – донеслось сзади, характерно захлопали выстрелы Узи.

Дмитрий сунул новую обойму, вскочил и петляя помчался назад, миновав раскинувшего ноги товарища, отбежал еще с десяток метров, и выбрав глазами камень покрупнее снова сделал "пазацту".

К легионерам присоединилось еще несколько. Что-то рычал по-арабски офицер.

– Прикрываю! – прохрипел он, находя мушкой розовую кафию одного из легионеров.

Двир подскочил и рванул назад, отклоняясь то вправо, то влево. Пули взметнули фонтанчики пыли позади.

– Пошел! – Деловито захлопали выстрелы "узи".

Дмитрий подскочил и припустил назад. Пуля ударила в камень, рядом с ногой.

Он выбрал глазами удачное место для приземления, но тут что-то раскаленное шибануло по кисти и по ноге. От неожиданности Дмитрий уронил винтовку и рухнул.

Сжав зубы, он подтянул руку к глазам. Кисть оплывала кровью. На месте безымянного пальца торчал белый обломок кости, от среднего тоже немного осталось.

Нога вроде сгибалась, хоть и сильно отдавала болью при каждом движении. Здоровой рукой он ощупал бедро, наткнулся на входное отверстие. Выходного не было.

– Черт! – простонал он, откинув голову, глядя в темнеющее небо, – Меня зацепило…

До спасительного обрыва оставалось каких-то метров пять.

Загрохотал автомат Двира. В ответ гулко захлопали винтовочные выстрелы. Затем Двир крикнул:

– Сильно?

Что ответить, Дмитрий не знал.

– Относительно… – сообщил он, разрывая зубами пакет первой помощи.

Рядом ударила в землю пуля.

Дмитрий выматерился, отбросил в сторону винтовку и перекатился сам. Затем лежа на боку, принялся бинтовать руку. Морщась, примотал покалеченные пальцы к здоровым, кое-как затянул зубами. Хорошо, хоть левая пострадала.

Подтянув винтовку, он осмотрелся. Легионеры залегли за камнями и прижимали Двира к земле.

Прицелившись по вспышке выстрела, он потянул спуск.

– Прикрываю!

Двир подскочил и рванул назад. Легионеры открыли бешеную стрельбу.

Он тоже стрелял, целясь на вспышки, досылая патрон за патроном. Каждый выстрел отдавался острой болью в раненой руке.

Двир вдруг нелепо взмахнул руками и рухнул на камни. Преследователи радостно заорали.

От отчаяния Дмитрий впился зубами в рукав гимнастерки.

Двир неподвижно лежал на камнях, под головой растекалась темная лужа. Дмитрий присмотрелся и заскрипел зубами. Напарнику снесло пол затылка.

Ладно, эмоции потом.

Он сменил обойму. Наощупь посчитал. В подсумке осталось четыре, да где-то в ранце коробка патронов. Только, как с такой рукой снаряжать. Еще оставалась граната.