Твоя судьба - Любовь Барановская

Зоя фыркнула.

― Да, помню, в первый день ты показалась мне выше, и я не сразу поняла, что сейчас каблуки и костюм ты сменила на джинсы и свитер.

― Верно. Скучно всё время оставаться одинаковым. Однажды на свидании со случайным чуваком из интернета я узнала, что «на всех фотографиях я выгляжу по-разному». То стрижку сменю, то накрашусь…

― Рада, что ты нашла свое место в жизни.

― Как ты сказала?

― Ну, что город, где ты живешь, тебе по душе, славно это.

― Да, пожалуй, ― кивнула я. ― Ещё бы с остальным в жизни определиться.

― Не бойся, говорят, когда найдешь свое ― сразу поймешь.

― Надеюсь…

― Что ты делаешь на работе так поздно? ― сняв очки, Анастасия Витальевна устало потерла переносицу. Я заглянула в кабинет, подумав, что она ушла, не погасив свет.

― Сегодня на обеде задержалась дольше, чем хотела, и в итоге подготовка к обучению затянулась.

― И что же тебя задержало, если ты того не хотела?

― Искала книгу, чтобы взять за основу обучения.

― Нашла?

― Да.

― Рада, что не ошиблась, посчитав тебя ответственной.

― А почему вы здесь до сих пор? Каждый вечер до ночи работаете?

― Не всегда. Впрочем, не могу вспомнить, когда в последний раз уходила в шесть.

― Вы не похожи на человека, который пришел сюда доживать.

― Я люблю это место. Тем страшнее понемногу становиться капитаном тонущего корабля. Современные технологии имеют свои минусы… О чем я, не забивай себе голову, в твоем возрасте это вредно.

― Не думаю, что думать вредно в каком-либо возрасте.

― Должно быть, дома тебя уже потеряли, ― поймала она мой быстрый взгляд в сторону телефона. Индикатор на экране мигал и напоминал о сообщениях от Валеры.

― А ваши родные не считают, что работа не должна заменять жизнь?

― Иногда внучка говорит что-то подобное, но она знает, что, забросив работу, я потеряю смысл существования, и сильно не настаивает. Иди, тебе пора отдыхать, я тоже скоро собираюсь вызывать такси, не переживай. Может, и тебе вызвать?

― Нет, спасибо, предпочитаю метро. Хороших вам выходных!

― И тебе, и тебе.

За одну поездку в метро можно увидеть массу интересного.

Вот девушка в наушниках повторяет танцевальные движения на ходу. Вот девочка с огромным пакетом, пакет летит над ней, в пакете воздушные шарики. Вот пара, они говорят на языке жестов, хотя их губы шевелятся, в наушниках непонятно, издают ли они звуки. Но без музыки я ездить давно не могу, а потому ― продолжаем смотреть.

Над толпой плывет свернутый в трубочку матрас, вскоре становится видно и его владелицу, хрупкую женщину в форме уборщицы. Ребенок, пугливо цепляющийся за руку отца или брата, бросает быстрый взгляд на уезжающие поезда через плечо. Девушка, при виде которой я понимаю, какую стрижку хочу, но сфотографировать не успеваю.

И быстрее. Полотняные сумки с призывами беречь окружающую среду. Толпы восторженных китайцев с фотоаппаратами. Гитарист, поющий в переходе. Блестящие глаза кошки в переноске. Рабочий, спящий на лавочке в вагоне. Насупившаяся барышня, стучащая ногтями по экрану айфона. Парень, похожий на девушку. Девушка, похожая на парня. Нечто вовсе уже бесполое, но привлекательное. Формулы по физике в тетради старичка. Молитвы в книжице женщины. Толпы мужчин восточного вида.

Куда каждый из всей этой живой, ослепительной, несмолкающей массы едет сегодня? Кого ждут дома? Кто везет в пакете бутылку? Когда в последний раз они были в библиотеке? Что им снится по ночам?

Знает ли кто-то из них, зачем живет?

Разговор с Зоей почему-то задел меня. Счастлива ли я? Счастлива, счастлива, счастлива. Счастлива! Какие могут быть сомнения.

Когда хочешь лишь покоя и находишь его ― что может быть лучше?

― Как день?

― Нормально, твой?

Валера рассказал пару историй с работы. Мы познакомились там, в компании, из которой я недавно со скандалом уволилась. Скандал ― потому что меня хотели удержать. Мне нравится думать, что я всегда знаю, когда приходит время. Вдохновившись книгой Джоанн Харрис «Шоколад», я называю это ― подул восточный ветер. Уходить легко, когда ты уверен в своем решении.

Валера вот устойчив к ветрам и работает на одном месте уже больше пяти лет. Его всё устраивает, видимо, он тот человек, кто нашел свое место в жизни.

― Ладно, не буду отвлекать от виртуальной семьи, ― поцеловал он меня.

― Что ты, не отвлекаешь. Это достаточно фоновое занятие.

― И как там у них дела? ― присел он рядом.

― Замечательно, судя по жизненным показателям. У них в мире вообще всё просто ― причины недовольств ясны и легко устранимы, из врагов можно за день стать лучшими друзьями. А главное ― можно выбрать любое дело, и ты непременно в нем преуспеешь, если уделить достаточно времени.

― Разве в жизни не так?

― Ну а много ты знаешь генеральных директоров и кинозвезд? Всё решают деньги, удача, связи и множество других факторов, а не количество прочтенных книг и присутствие в офисе в рабочие часы.

― Что не мешает тебе добиться всего, чего ты захочешь.

― Я уже всего добилась, ― улыбнулась я. ― Дом, ты, работа… Чего ещё желать?

Но беспокойство не уходило.

― Наконец-то нам повезло с погодой!

На выходных мы с Алисой, моей самой близкой подругой, выбрались в парк и сейчас лежали на огромных мешках, разглядывая уток. Утки плывут быстро, оставляя за собой широкие треугольные следы. Следы, пересекаясь, составляют сложные геометрические фигуры.

― Как новая работа?

― Прекрасно! Просто место мечты!

― Первые недели прошли продуктивно?

― Да-а-а, разобрала архив, выпила море кофе, успела посмотреть на «современную» программу, для работы с которой меня наняли, и провести первый урок для бабушек.

― Интерфейс программы, наверное, ужасен?

― Как ни странно, минималистичен и вполне неплох. Ты как, освоилась?

― Да, вот вчера с разрабами выяснили…

У Алисы всегда всё хорошо, не считая того, что больше года она лечит депрессию и успела перенести операцию из-за туннельного синдрома, которая помогла не настолько, как хотелось бы.