Твоя судьба - Любовь Барановская

― Два, спасибо.

― Точно, скоро запомню. Держи. Не грусти. В крайнем случае, перерыв на пару месяцев ты точно можешь взять.

― Нет-нет, всё хорошо. Сейчас я погружусь в этот спокойный мир книг и бабушек с кичками, и станет значительно лучше. Замедление ― то, что мне нужно. Дауншифтинг, все дела.

На самом деле, мне было страшно осознавать, что я больше не хочу работать сутками (да, и с гусями тоже). Так много перемен за один год, и все к лучшему… Кроме выгорания.

Как люди вообще определяют выгорание заранее? Возможно, никак, ведь не состоявшееся выгорание не считается. Кажется, ещё вчера это слово было для меня равно экзотической болезни, сродни расстройству личности, и вот она я, собралась спрятаться среди книжных полок.

Не про меня, не в этой жизни, говорила я, пойду ещё поработаю. И ― щелк ― хочу завернуться в одеяло куда сильнее, чем обсуждать с заказчиками новые задачи.

Возможно, всё это время я просто компенсировала работой отсутствие личной жизни, а сейчас перестала себя обманывать?

Помнится, в детстве я мечтала выйти замуж за миллионера и никогда не работать. Но сейчас, подумав о том, чтобы стать домохозяйкой, я поняла, что не готова сидеть дома. Посуды в новый дом закупила ― и хватит, кто сказал, что в ней ещё и готовить надо?

Завтра первый день, костюм выглажен, выбраны туфли на оптимальном каблуке. Уже скоро я окажусь на работе мечты (если таковая вообще может существовать). Книги и чаепития ― что может пойти не так?

Ну, разве что количество пыли в архиве я не учла.

Для того, чтобы понять структуру книжного хранилища (и помочь разгрести завалы, разумеется), меня отправили на весь день перебирать устаревшую литературу.

Часть зала была разобрана до меня, и о том, что стеллажей было в два раза больше, говорили только царапины на полу.

В полупустом помещении гуляло эхо, и я вздрогнула от оклика:

― Лора? Ты здесь?

Так как разбирать я начала с нижних полок, первое, что я увидела в просвете между книг ― замшевые бежевые туфли на высоком каблуке и классическую юбку до колена в клетку.

― Лора? ― уже тише повторила незнакомка.

Опомнившись, я встала и выглянула из-за стеллажей.

― Привет.

― Я Зоя, ― протянула девушка руку.

― Очень приятно, ― улыбнулась я. Одета Зоя была продуманно, хотя каблуки и заставляли её передвигаться медленно и аккуратно, как по палубе корабля. Интересно, как бы она на них автобус догнала? Впрочем, я и сама на автобусах уже пару лет не каталась.

― Твой первый день, верно?

― Да, и сразу в самую гущу событий, как видишь!

Зоя негромко рассмеялась.

― А ты давно здесь работаешь?

― Год, сразу после института.

― Ты библиотекарь по образованию?

― Филолог. Для магистратуры хочу выбрать какое-нибудь действительно захватывающее направление, например, дефектологию, а может, и издательское дело… Пока не решила.

― Ты не пошла в магистратуру сразу?

― Да, так получилось. Нужна была помощь… семейные обстоятельства. Думаю, успею подготовиться к следующему году.

― А почему именно библиотека?

― Моя мама была библиотекарем, когда я была маленькой. После занятий в садике я сидела с ней, смотрела, как она общается с читателями, как рассказывает о книгах. От нее у меня любовь к чтению. Что же, твоя очередь!

― Хм?

― Слышала, ты здесь тоже не всю жизнь стремилась оказаться?

― Зоя! ― послышался из коридора голос Анастасии Витальевны.

― Иду! ― отозвалась девушка и негромко спросила: ― Выпьем кофе вечером?

― Да, конечно!

Повернувшись обратно к полкам, я подумала, что на этом месте работы я вновь не останусь без друзей.

― Итак?

Мы сидели в небольшой кофейне в нескольких домах от библиотеки. Народу во вторник было немного, и долго ждать заказ не пришлось. Несмотря на предложение выпить кофе, Зоя взяла какао с маршмеллоу и задумчиво топила зефирки ложкой.

― Ты сказала, что я не всегда хотела здесь работать, но я люблю книги. С детства много читала, к пятнадцати даже трудно было найти что-то новое в местной библиотеке.

― Любишь книги ― сильнее, чем IT?

― Сложно сравнивать… На самом деле, я просто устала. Жила прежней работой и обожала её, как каждую предыдущую. Думаю, нет смысла оставаться где-то, где ты не чувствуешь себя счастливым.

― Тебе же говорили когда-нибудь, что большинству людей хватает спокойствия и стабильности?

― Меня «спокойствие и стабильность» пугают. «Нужно бежать со всех ног, чтобы только оставаться на месте, а чтобы куда-то попасть, надо бежать как минимум вдвое быстрее», как писал Льюис Кэррол.

― Но есть ли смысл бежать, не зная направления? Как ты узнаешь, что бежишь туда, куда нужно, если сама с целью не определилась?

― Периодически я куда-то прибегаю и понимаю, что это не мое. Думаю, так проще.

― Возможно, ― пожала Зоя плечами. ― В любом случае это лучше, чем бояться перемен и обрастать мхом.

― «Слишком стар, чтобы что-то менять» ― так говорили некоторые мои знакомые. Может, глядя на них, я и хочу успеть до старости побольше. На одной из предыдущих работ при увольнении я узнала, что сотрудница отдела кадров тоже собирается уходить, но месяца через три. Сказала, что с ребенком сложно всё бросить, когда захочешь.

― Понимаю… Если бы я не жила с родителями, всё было бы куда сложнее. Возможно, работала бы я совсем не в библиотеке, и о магистратуре оставалось бы только мечтать.

― Пусть у нас всё получится! ― шутливо подняла я стакан с латте в воздух.

Сортировать книги по коробкам было несложно, и через пару дней я закончила работу. Пора узнать у Анастасии Витальевны, что делать дальше.

― Добрый день! ― заглянула я к ней в кабинет.

― Здравствуй, Лора. Ты вовремя, мы как раз собираемся на чаепитие.

― Я думала, это вы метафорически говорили…

― Нет, вполне серьезно. Раз в неделю мы проводим собрания, сейчас всё увидишь.

Может, это дни с Лениным на меня так повлияли, но кабинет отлично подошел бы для партийных собраний. Даже портрет президента занимал свое законное место на стене.