Каждый новый день - Дэвид Левитан

Просыпаюсь и оказываюсь не в четырех часах от нее, не в часе и даже не в пятнадцати минутах.

Нет-нет, я просыпаюсь в ее доме.

В ее комнате.

И в ее теле.

Поначалу мне кажется, что я все еще сплю и вижу сон. Открываю глаза: комната – как у любой шестнадцатилетней девушки, которая долго в ней живет. Куклы от Мадам Александр лежат вперемешку с подводкой для глаз и модными журналами. Все еще полагая, что это мое подсознание выкидывает свои фокусы, получаю доступ к памяти и понимаю, что я – Рианнон. Снился ли мне раньше этот сон? Что-то не припоминаю. Но вообще-то все может быть. Если я думаю о ней все время, с ней связаны все мои надежды и заботы, почему бы ей не проникнуть и в мои сны?

Но я не сплю. Я чувствую, как моя щека прижимается к подушке. Как замоталась вокруг ноги простыня. И я дышу. А ведь в сновидениях не нужно дышать.

И мгновенно мир становится хрупким, как стекло. Каждый миг жизни приобретает значение. Каждое движение – это риск. Я хорошо понимаю, что она вряд ли обрадовалась бы такому моему присутствию. И представляю тот ужас, что охватил бы ее, осознавай она то, что произошло. Полную потерю контроля над своим телом.

Любой мой поступок может что-нибудь нарушить. Любое сказанное мной слово. Я словно шагаю по тонкому льду.

Единственный способ избежать неприятностей – прожить этот день так, как Рианнон ожидала бы от меня. Если ей станет известно, что я был в ее теле (а у меня нет никаких сомнений, что станет), я хочу, чтобы она знала: я не воспользовался ситуацией. Я инстинктивно понимаю, что не нужно и пытаться что-нибудь выяснить таким путем. А также добиться каких-либо преимуществ.

Вот что она чувствует, когда поднимает руку.

Когда моргает.

Поворачивает голову.

Вот на что это похоже – облизнуть ее губы ее языком, встать на ноги.

Я легко мог бы увидеть любое воспоминание обо мне. Или о Джастине. Мог бы узнать, что она говорила, когда меня не было рядом. Прямо передо мной – гигантская, полнейшая версия ее личного дневника. Но мне нельзя его читать.

«Привет!»

Вот так она слышит свой голос, когда он доносится до нее изнутри.

Мимо меня, шаркая шлепанцами, проходит в коридор ее мать. Она встала с постели не по своей воле. У нее была бессонница, под утро она заснула, но ненадолго. Она говорит, что попробует снова уснуть, но жалобно добавляет, что это ей, конечно же, не удастся.

Отец Рианнон в кухне, собирается на работу. Его «с добрым утром» звучит не так жалобно. Но он торопится, и мне кажется, что, кроме этих двух слов, Рианнон от него больше ничего не услышит. Пока он ищет ключи, я съедаю свои хлопья. Затем он быстро прощается и убегает, я едва успеваю крикнуть вдогонку «до свидания».

Пожалуй, не буду сегодня принимать душ или менять после ночи футболку. Я и так слишком много уже увидел, всего лишь взглянув в зеркало на лицо Рианнон. Я не могу заставить себя зайти еще дальше. Расчесывать ее волосы – уже очень интимная процедура. Так же как краситься или надевать ее туфли.

А чувствовать равновесие ее тела, ощущать ее кожу как будто бы изнутри, касаться щеки – и чувствовать это касание и как я, и как она, – какие же это удивительно яркие ощущения! Я стараюсь остаться самим собой, но не могу избавиться от чувства, что я – это она.

Чтобы найти ключи и узнать, как дойти до школы, приходится обращаться к ее памяти. Может, остаться дома? Но я не уверен, что смогу вынести это испытание: целый день быть ею наедине с собой. Мне необходимо как-то отвлечься.

Я буду стараться по возможности избегать Джастина. Подхожу к своему шкафчику пораньше, забираю оттуда учебники и бегу на первый урок, никуда не сворачивая. Подружки по одной просачиваются в класс, и с каждой я стараюсь поговорить подольше. Никто не замечает, что я не Рианнон. А когда начинается урок и учитель принимается за свои объяснения, мне остается только спокойно сидеть, слушать и делать записи.

Запомни! – стараюсь докричаться я до Рианнон. – Запомни, как обыкновенно я себя веду!