Про любоff/on - Оксана Робски

А! Пара-ра-ра-ра-ра-ра!

Льно! ГЕ-НИ-А-ЛЬНО!

– Что это ты такой веселый?

– Зови меня просто «гений». Кстати, знаешь, в Англииподсчитали, что в мире настоящих гениев – пять процентов. Это значит, где-тотриста миллионов. И неужели ты думаешь, что мы не входим в это такое огромное число?Вася, кто же, если не мы?

Я нажал кнопку громкой связи:

– Тань, организуй мне покупку холодильникакакого-нибудь… ну, нормального, среднего, и отправь по адресу… Адрес у водителявозьми. Он там сегодня был со мной.

– Это ты кому холодильник отправляешь?

– Ты не знаешь.

– Новая девка?

– Да нет. Это так…

– О, Вась! Ну-ка, посмотри на меня!

Запищал мой телефон. Sms.

Все малолетки любят посылать сообщения. С обещаниями – начто я могу рассчитывать, если приеду прямо сейчас. Откровенно и подробно.

– Надо Ярослава отправить на губернские выборы, –сказал Димка. – Они деньги занесли. Пусть выступит в поддержку.

– Пусть. Только скажи ему, чтоб про картины молчал.Если наш пройдет, он у него и так всю коллекцию купит.

– Всю не купит. Он каждую ночь по полотну создает.

– Может, ему девку?

– Ну, начнет девок рисовать. Какая разница?

– Хорошую. Пусть отвлечется.

– Ну, не знаю. Я, кстати, своей квартиру купил. УВалерки, в новом доме. Вообще не ссоримся. Даже про жену не вспоминает.

– Так, может, она тебя разводит?

– Нет. Она меня любит.

– Я понял.

Я пил кофе с радиоведущей. Она раздвигала под столом коленкии говорила мне «вы».

– Очень интересный эфир получился. Большаязаинтересованность у слушателей.

Значит, будем умничать. Подошел официант. Я сделал заказ:

– Мне «Пламенеющий кракиян» с сабайоном «пинья-колада»и шоколадным ганашем.

Она смотрела на меня во все глаза и стеснялась спросить, чтоэто такое. Горячее? Алкоголь? Десерт?

Официант записал, понимающе кивая.

– Я очень люблю здесь десерты. А вы?

Она улыбнулась.

– Пожалуй.

– Могу я вам что-то рекомендовать?

– С удовольствием.

– Тогда для дамы: мильфей «Мусковадо» с муссом пралинеи лесными ягодами. Вы не против?

– Нет-нет. Спасибо.

Я заказал чай. И все время смотрел на часы. Через сорокминут положил на стол салфетку.

– К сожалению, у меня важная встреча. Вынужден васпокинуть. Вы больше ничего не хотите?

Она смотрела растерянно. У нее явно были на сегодня другиепланы.

Я проводил ее до машины. Она пыталась взять себя в руки.Невпопад хохотала.

Я поехал к Сане. Он пил со стриптизершами.

Лада ела шоколад. Она могла за день съесть килограммшоколада. И больше ничего. Только полплитки еще на ночь.

Я валялся перед телевизором и читал книгу. «Кио Ку Мицу!(Совершенно секретно – при опасности сжечь)».

Через двадцать минут на НТВ-спорт – теннис. Наши девчонки.Хочу посмотреть.

– А знаешь, что Ленке Макс на день рожденияподарил? – спросила Лада.

Опыт подсказывал, что это вопрос с продолжением.

Но я все-таки попытался отмолчаться.

– Влад?

– М-м-м?

– В Бельгии есть такая шоколадная фабрика, они толькодля випов работают.

К чему она клонит? Может, собирается заказать своескульптурное изображение из шоколада? Иногда хочется, чтобы кресло, как вяпонских мультфильмах, провалилось под землю и улетело в космическое пространство.Со скоростью света. А в кресле сидела бы Лада.

– Ленка туда ездила, на дегустацию. Говорит, такоговкусного шоколада в жизни не ела.

– Дорогая, а что у нас там с ремонтом? Ты довольнаархитектором?

Лада проигнорировала мою слабую попытку завести разговор натему, интересующую обоих.

– И ей дали выбрать четыре начинки. Которые ей большевсего понравились. И сделали специально для нее четыре конфеты с ее инициалами!Круто?

Четыре конфеты? Не Ладин размах. Значит, просто такрассказывает.

– Круто! – Я даже книгу отложил, чтобы беседуподдержать.

– Так Макс подарил ей пожизненную ежемесячную доставкуконфет из Бельгии. Прямо домой в упаковке, разработанной специально для Ленки!Представляешь? Конфеты с инициалами, каждый месяц, специально для тебя?! Стоитединицу. Мне кажется, нам тоже надо. Дорогой, давай купим.

Миллион долларов за то, чтобы нам конфеты домой приносили?!

– А мне кажется, нам не надо, дорогая.

– А летом они бесплатно присылают шоколадные ракушки смороженым.

– Я не люблю мороженое. И ты тоже.

– Влад! Мне очень хочется! Я так редко тебя прошу очем-то!

– Лад, ну ты нормальный человек? Ты представляешь себе,что такое миллион?

– То же самое, что и для всех остальных! Тебе простожалко! Ты ничего не можешь для меня сделать!

Начался теннис. Я сделал звук погромче.

– Тебе лишь бы эту фигню смотреть! – разозлиласьЛада. – Сам ничего не можешь! Только смотришь, как другие что-то умеют!

– Ты много умеешь! На маникюр записаться и на массаж неопоздать.

– Ах, вот как! Только это? А ты никогда не задумывался,есть ли моя заслуга в том, что ты стал тем, кем стал?

Какой идиот Макс! Не мог подарить какое-нибудь кольцо! Илидва! Или десять!

– Да и кем ты стал? Ты только пьешь целыми днями ишляешься! Ты думаешь, у тебя друзья есть? Да они смеются над тобой!

Я выключил телевизор.

Надо врезать замок в кабинете.

Взорвать шоколадную фабрику в Бельгии.

Хлопнула дверь. Лада уехала.

– Аллоу.

Снова Ларчик. Это ее тупое «аллоу».

– Привет, моя дорогая. Как ты?

– Ничего. Ты как? Гуляли вчера?

– Да, поужинали тихо-спокойно. Я в два уже дома была.Как твоя Анька?

– Не пустила я ее на похороны.

– Ну, может, и правильно.

– Отправляю в лагерь. В Новую Зеландию. Там такой лагерьспециальный, для девчонок. Именно шестнадцатилетних. Всего сорок человек.