Клиника жертвы - Мария Воронова

Владимир Валентинович, не найдя слов, покрутил пальцем у виска.

– Серьезно, брат! Мы живем вместе, я порхаю по дому в дебильном фартучке, что она еще должна думать? И я еще такой: уси-пуси, давай я тебя покормлю! Вот же блин! – Страдая, Артур обхватил голову руками и громко застонал.

– Пока не начнешь выщипывать брови, ты вне подозрений.

– Думаешь?

– Лариса, – с нажимом произнес Нейман, – очень разумная и порядочная женщина. Она понимает, что на свете, кроме всякой грязи, есть дружба. А ты… ты должен твердо уяснить, что тебе с Ларисой ничего не светит. Есть такое слово – невозможно.

Помолчали. Артур прилег в ногах Неймана, вроде фигуры Ночи на саркофаге Сикстинской капеллы. Видно было, что ему до смерти хочется поговорить о внезапно поразившей его влюбленности.

– Я прямо не знаю, что со мной случилось…

– Зато я знаю. – Суровым тоном Нейман думал отрезвить друга. – Сто раз видел на дискотеке в Доме офицеров.

– Нет, это другое. Я смотрю на нее – и будто в раю, что ли. Ты боишься, что я стану ее клеить, но, клянусь тебе, братик, я так счастлив, когда ее просто вижу, что о сексе не думаю. Она такая… такая чистая…

– Вот именно. Я знаю эту семью, они с Игорем живут душа в душу. Лариса – удивительный человек, я сам чуть в нее не влюбился. Поверь, Артур, я понимаю твои чувства, но своими ухаживаниями ты только оскорбишь ее. Я тебя очень прошу, одумайся.

По улице проехала машина, свет фар на секунду упал в комнату, осветив лицо Артура.

– Душа в душу? – вдруг зло спросил он. – А что же они с Настей к тебе приперлись?

– Не понял?

– Зачем идти к чужому мужику, когда дома есть свой, прекрасный? Да еще и вице-мэр! Сам бог велел просить защиты для подружки у него!

На секунду Владимир Валентинович растерялся, но потом вспомнил, что Артур не знает о его общественной работе. Коротенько он доложил, чем занимается в свободное время.

Артур засмеялся:

– Ну, братик, ты даешь! Дон Кихот прямо.

– Хочешь, присоединяйся.

– Нет, спасибо. Если ты не выдаешь женщинам дробовики вместе с лицензией на отстрел мужа, твоя деятельность не имеет смысла.

Нейман усмехнулся. Наверное, Артур быстро найдет общий язык с Кристиной. А сам он что? Отойдет в сторонку, тихо порадуется счастью молодых…

Вдоволь поиздевавшись над необычным хобби друга, Артур отправился в свою комнату. В дверях притормозил:

– И все же не понимаю! Зачем действовать через задницу, если можно через голову? Помощи просить надо у того, кто имеет реальную власть! Без обид, но кто ты и кто вице-мэр! Странно это, братик…

Я написала предыдущий пост не для того, чтобы вы сочувствовали мне или негодовали насчет моих родителей. Поверьте, у вас нет повода на них сердиться, в результате их усилий вы получили очень добросовестного члена общества. На меня можно положиться, я не предам, всегда помогу – чего еще пожелать? Да и мне тоже грех жаловаться, кто знает, что могло из меня получиться в другой семье? Мама с папой никогда не были со мной жестоки, они просто не объяснили мне, что у меня есть право не любить. И право не нравиться.

Но как бы то ни было, хребет мне сломали не они. Это сделал мой муж.

Просто у меня оказался очень мягкий хребет, раскололся с первого удара. Я часто думаю, если бы наши пути не пересеклись, если бы я встретила хорошего мужчину… Родительское воспитание подготовило меня к тому, чтобы быть идеальной женой. Как счастлива я могла бы быть…

Я не нравлюсь себе в своих записях. Понимаю, что выгляжу слабой, истеричной натурой, которая готова обвинять в своих бедах всех, кроме себя самой. Мало у кого жизнь течет по укатанной дорожке, судьба все время подкидывает то ухабы, то крутые повороты, а то и топкие места. Но многие и многие находят силы удержаться в седле на виражах, выбраться из болота.

А я тону… Меня тянет на дно груз детских комплексов, которые я никак не могу отбросить.

Не всем женщинам суждено счастье, это правда. Быть одной тяжело и страшно. Когда я думаю о судьбах одиночек, мне становится по-настоящему жутко – приходить в пустой дом, где никто тебя не ждет, ложиться в холодную постель… Накануне праздников с тоской ждать, позовут ли тебя в компанию, и, не получив ни одного приглашения, остаться дома или собраться с такими же несчастными, зная, что вы абсолютно не нужны и не интересны друг другу, что вас согнала вместе только общая неприкаянность… Наверное, муки ада покажутся веселым развлечением после так прожитой жизни. И я рада, что избежала этого. Хоть и дорогой ценой.

Иногда меня тревожат революционные мысли. Я начинаю завидовать свободным дамам. Да, они одиноки, но, черт возьми, они свободны! Они живут открыто, не пряча постыдных тайн. И у них есть то, чего лишена я: надежда. Ведь чудеса случаются, и любовь выпрыгивает внезапно из-за угла, как в известном романе. Каким бы ни был твой жизненный путь, ты не видишь его дальше сегодняшнего дня. И одинокая женщина смело идет по своей дорожке, зная, что за любым кустом ее может ждать счастье. Я искренне верю в такие кусты. Для всех, кроме себя. Ведь я-то не иду, я тону в болоте.

И думаю – ну, выберусь я, что дальше? Кто выйдет ко мне, с ног до головы покрытой головастиками и болотной жижей?

Тогда я нахожу приятные моменты в своем болоте. У меня надежный муж, за годы брака мы много пережили вместе. Это не так мало. Он интересный человек, с ним всегда есть о чем поговорить. И хоть я знаю, что все время должна контролировать себя, чтобы случайной фразой не вызвать вспышку гнева, эти беседы доставляют мне определенное удовольствие. Да, два-три раза в месяц нас навещает демон. Что поделаешь, за все приходится платить. Я хожу по струнке, но это мое привычное состояние, с раннего детства. Лучше ли, если бы я позволила себе распуститься?

Идеальных мужей не бывает, как нет и идеальных браков. В конце концов, могло быть гораздо хуже…