Клиника жертвы - Мария Воронова

Она была счастлива уже тем, что он исчез с ее горизонта. Ну, платит она за коммунальные услуги на триста рублей больше – разве это большая цена за спокойную жизнь?

Сбросив балласт, она будто обрела новые силы. Работала на две ставки, консультировала в частной клинике. Завоевала репутацию отличного терапевта, о ней узнали в Петербурге… Вскоре Настю разыскал бывший преподаватель и сам – событие небывалое! – предложил поступить к нему в аспирантуру. Аспирантские годы были очень удачными: Настя защитила диссертацию, выплатила кредит и обустроила гнездышко по своему вкусу.

– И только я повесила последнюю занавеску, – с чувством сказала она, – как из тьмы выполз этот гад!

Блудный муж вернулся в лоно семьи, ничуть не смущаясь тем, что это лоно вовсе не желает принимать его. «Не хочешь жить как муж с женой, будем жить как соседи! – заявил он. – Я здесь прописан и имею право!»

Он даже сохранил ключи. Настю спасло только то, что во время ремонта она поменяла дверь.

Но муж не сдался и устроил засаду. Настя не смогла попасть в дом одна: бывший муж вошел вместе с ней, а как его выгнать, она не знала. Но сдаваться девушка не собиралась. Несколько дней она жила на работе, а муж терроризировал ее по всем телефонам. Дело дошло до серьезных угроз, но и это не склонило Настю к возрождению семьи.

– Я ходила и просила о помощи везде, где только можно. В милиции сразу сказали: пока он ваш муж и прописан у вас, мы ничего делать не будем. Правда, там нашелся один приличный парень, он сказал: главное – не пускайте его в квартиру. Даже если он приведет нас, ментов, и мы станем требовать именем закона, посылайте всех подальше. Максимум, что вам грозит, – штраф за самоуправство. Но вот когда он додумается в ваше отсутствие вызвать МЧС и вскрыть квартиру – все! Пиши пропало! Я обратилась во вневедомственную охрану, чтобы поставить квартиру на сигнализацию, надо мной там просто поржали. Решайте сами свои семейные проблемы, гражданка! Я пошла в суд. Там мне тоже ничего хорошего не сказали. Да, я собственник квартиры, но выписать моего бывшего мужа можно только через суд. А для этого нужно сначала с ним развестись, что тоже непросто. Ведь чтобы провести бракоразводный процесс, как минимум надо, чтоб он был официально о нем извещен. Если же он станет бегать от повесток, все затянется по крайней мере на пять лет, пока его не признают безвестно отсутствующим. С другой стороны, – вздохнула Настя, – для него развод может очень даже благополучно повернуться. Квартира была куплена в браке и считается совместно нажитым имуществом. А как мне доказать, что он туда и рубля не вложил?

– Вот скотина! – ответил на ее риторический вопрос Артур. – Он ведь специально ждал, пока вы кредит заплатите! Кредит тоже считается общим, и теперь доказать, что его гасили только вы, практически невозможно. Если бы вы затеяли развод сразу после сделки, все было бы просто: вам остается и жилье, и долг, а он гуляет.

Настя грустно усмехнулась:

– Он вот еще что придумал: я, говорит, сделаю справку, что я инвалид, и ты не только не сможешь меня выписать, но и будешь мне пенсию платить!

Артур встал и легонько погладил девушку по голове:

– Не переживайте, Настя! Если он так поступит, мы приведем справку в соответствие с реальностью. В государственном приюте он будет с чувством глубокого удовлетворения вспоминать о своей прописке.

– Я так растерялась! Понимаете, я как будто окружена глухой стеной! – Настин голос подозрительно зазвенел. – Я кричу «помогите», а все отворачиваются. Я знаю, закон суров, но это закон… – Она потерла виски ладонями и как-то виновато улыбнулась. – Знаете, у нас в медицине тоже есть стандарты. Но когда тяжелый случай, мы говорим – к черту стандарты, и бьемся до последнего. Иногда спасаем.

– Да уж, Настенька, – заметил Нейман и после небольшого колебания взял ее за руку. – Не скромничайте. Вы столько людей вернули к жизни, мне ли не знать.

– Ну вот… А когда меня нужно спасти, всем по фигу. Недаром говорят, что врач – самая бескорыстная профессия.

– Мы вас не оставим. – Старобинец говорил серьезно и смотрел на Настю с искренним участием.

Нейман заметил, что в его лице появилось что-то хищное, и вообще он весь подобрался. Таким Артур бывал перед выполнением боевой задачи. Владимир Валентинович подумал, насколько бы все упростилось, если бы стрела амура, пронзившая сердце его друга, была заряжена не Ларисой, а Настей. Но увы, этот зловредный младенец так же слеп, как и Фемида.

– Может быть, вы считаете меня аферисткой? – Настя смущенно хихикнула. – Думаете: выманила у мужа денег на квартиру, а теперь хочет кинуть, вот и плетет небылицы. Такая логика имеет право на существование, возможно, суд будет руководствоваться именно ею. Я вам еще должна признаться, что у меня появился любимый человек. Это тоже против меня.

– С какой стати? Муж бросил вас много лет назад, и вы имеете полное право…

– Но со стороны это выглядит иначе. Неверная жена решила выкинуть надоевшего мужа на улицу, чтобы зажить с любовником в доме, который этот муж заработал своим горбом. Я потому и попросила Ларису пойти со мной. Она моя давняя подруга и все обо мне знает. Может подтвердить мои слова.

– Я вам полностью доверяю, Настенька, – сказал Нейман. – Мне даже обидно слушать такое от вас.

– Но мужская солидарность…

– Эта гнида не имеет отношения ни к чему мужскому! – отрезал Старобинец. – Он до сих пор торчит под вашей дверью?

– Не совсем. Эти события произошли месяц назад. Он сдаваться не собирался, помощь мне ниоткуда не пришла, поэтому я дала ему денег…

– Это еще зачем? – изумился Владимир Валентинович.

– Чтобы он снял себе жилье. Я подумала: раз лишаю его законных прав, должна компенсировать. Но месяц уже кончился, и теперь он снова требует денег. Мол, либо платишь, либо я вселяюсь к тебе. С одной стороны, на свое спокойствие денег не жалко, а с другой… Он же не сделал мне ничего хорошего, только жил два года в моем доме и ел мой хлеб! Ни рубля не вложил, пальцем о палец не ударил! Почему я должна его содержать? Чтобы он жил как король и дальше считал, что земля вертится вокруг него?

Артур улыбнулся:

– Не волнуйтесь, Настя. Он скоро поймет, что земля имеет форму задницы, а он всего лишь дырка в этой заднице. Простите, дамы.

Нейман с Ларисой переглянулись.

– А ваш молодой человек какую тут роль играет? – спросил Владимир Валентинович.

– Никакую. Я от него все это скрыла. Мне очень стыдно было… Он знает только то, что я была замужем. Господи, мне и вам неприлично рассказывать, а ему признаться я ни за что бы не смогла. Да я умру со стыда, если он узнает! Слава богу, он сейчас в походе, иначе я вообще не представляю, что делала бы!

– Где он? – насторожился Нейман.

– В походе. Он подводник, служит на Севере. Мы познакомились в учебном центре.

– Настя, с этого надо было начинать! Теперь мы точно не дадим вас в обиду, правда, Артур?