Фосфор - Свен Лагер

— Поглядела бы ты на друзей Огурца. Это тот, который недавно съехал. Из той комнаты, где сейчас сидят Микро и Шон. С Огурцом я здесь прожил совсем недолго. Он время от времени приглашал на обед своих друзей, и аура от них дурная была. Жрали все как свиньи. Настоящие дауны. Говорили только о том, что в мире не так и что их по жизни раздражает и что на свете дерьмово — обычная болтовня пенсионеров. Что погода уже не та из-за климатических катастроф, и что солидарности больше не существует. И когда я спросил одного, нет ли у него сигаретки, он обиженно показал мне половину своей пачки и ответил: «У меня самого почти не осталось». Пока здесь жил Огурец, это была обычная студенческая дыра, и всякий раз, когда они приходили, я себя спрашивал, зачем им, собственно, образование? Именно этим, больным на голову.

— Я тоже не учусь.

— Извини. Я просто хочу сказать, что в наши дни учится любой недоносок. Или в основном это недоноски.

— Да нет, я учебу бросила и почти забыла о ней. Но потом у меня появился парень, все пытавшийся меня утешить, думал, у меня комплекс недоучки. Оказался настоящим говнюком.

— Конечно, он был говнюком.

Мне совсем не нравится, что у Фанни уже был парень. Я каждый раз об этом думаю. Каждый раз, когда девушка рассказывает мне про своего прошлого парня, особенно если он еще и кретином был, у меня от одной только мысли портится настроение. Не хочу, чтобы у девушек были друзья кретины. Тут я нескромен. Да, уж это меня касается, еще как касается. Это почти так же плохо, как если бы девушки в моем вкусе имели хороших парней. Последнее совсем уж невыносимо. Меня все девушки касаются. Ни у одной не должно быть парня. Страна девчонок — вот что мне нужно. Повелитель девушек, вот я кто. Логично. Теперь нужно быть поосторожней. Фанни здесь. Не абстрактно. Не какая-нибудь девушка. Не дай бог, всплывет какая-нибудь фраза, которая непроизвольно засела в подсознании. Кто это сказал, что парни ревнуют к своим предшественникам, а девушки к своим последовательницам? У меня в голове еще полно афоризмов о парнях и девчонках. Алло, архив! Сперва открой ей дверцу машины, а если потом она откроет тебе дверцу изнутри, значит, это та девушка, которая тебе нужна. В жизни есть только три большие любви. И все их я встретил в четырнадцать лет. Вот, вспомнил. Так говорит Чез Пальментэрри в «Улицах Бронкса»[10]. Роберт Де Ниро несет полный бред. Мальчишки — как сортиры: либо заняты, либо… стоп, довольно, хватит уже. Господи, какого же объема у меня жесткий диск?

— Не иметь высшего образования, — говорю я Фанни, — в наши дни так же непозволительно, хм-м, как татуировка двадцать лет назад. Правда-правда. У меня оно есть, но понятия не имею откуда. Ведь когда ты его получаешь, то думаешь лишь о том, что нужно учиться. Но учиться чему? Мне два года потребовалось, чтобы понять, что как раз этого я не хочу.

Фанни бросает мне строгий взгляд.

— Нет, утешать я тебя не буду. Не люблю жалости. Но знаешь, что еще хуже, чем просто не иметь образования? Еще хуже иметь какой-нибудь паршивый диплом из-за границы, да еще сразу кандидатскую степень какого-нибудь там самаркандского университета. Будь у меня деньги, я бы дарил дипломы всем желающим, и никаких больше бурь в стакане воды. Черт, кажется, я проговорился. Я, к сожалению, беден. Я тебя все еще интересую?

Попалась. Фанни кокетливо, как невеста, садится мне на колени и целует меня.

— Ты мне подходишь, — говорит она.

— Еще вина?

— Хм.

Я иду к Микро и спрашиваю его, «откуда», указывая на пустую бутылку в своей руке, а он кивает на телевизор. При чем тут телевизор? Заглядываю за нею, и действительно, за телевизором — Огурцова коллекция вин. Невероятно, бутылок десять — никак не меньше. Что на него нашло, что он их забыл? Я возвращаюсь в кухню, и Фанни как раз сосредоточенно заправляет рубашку обратно в брюки. Нужно принимать побольше наркотиков, думаю я. Или пить побольше вина. Под кайфом начинаешь делать такие милые штуки, как, например, самозабвенно заправлять рубашку в штаны или охлаждать ноги в раковине, не прекращая при этом интересной беседы. И все так благостно, без налета секса. Лучше без понуканий. Расслабленно. Вечно мы все эротизируем, вечно этот электрический ток, поток электрических токов. Я открываю вино.

— Чем хуже вино, тем его больше, — говорю я и опрокидываю целый стакан залпом. И Фанни делает то же самое. Хочу быть пьяным. Тогда не придется думать, останется Фанни или нет. На какое-то время в моей жизни — я в этом смысле. Основной мотив всех пьяниц — веселое отчаяние.