Песнь тунгуса - Олег Ермаков

— Вещи без присмотра как оставишь? — уклончиво ответил Мишка.

Они вышли, приблизились к белой «Ниве». За рулем сидел светловолосый мужчина с оттопыренными ушами, невысокий — как будто постаревший Славик.

— Это твой друг из заповедника? — спросил он, взглянув на Мишку.

— Да, — ответил Славик.

— Здравствуйте, — сказал Мишка.

— Меня зовут Анатолий Владимирович, — сказал отец Славика. — Ну что, поехали?.. И махнул рукой… та-та-та… Словно вдоль по Питерской, Питерской… — напел Анатолий Владимирович, трогаясь, переключая скорости.

— Тимирязева, — буркнул Славик.

— А вот твой друг рад здесь учиться! — воскликнул Анатолий Владимирович, взглядывая на Мишку в зеркальце.

Славик с надрывом засмеялся.

— Хорошая специальность будет, а пока — живи в городе, ходи в кино, — говорил Анатолий Владимирович, выруливая на дорогу. — Чем плохо, да, Михаил?

Тут уже и Мишка ухмыльнулся, услышав, как важно его величают. И как-то помимо воли поддакнул. Славик посмотрел на него, как на главного врага своей жизни.

— Все правильно, — говорил довольный Анатолий Владимирович, — специальность любая хороша, верный хлеб. А там можно и другую получить. Все в твоих руках.

И Мишка снова поддакнул.

— Ведь ты эвенк? — продолжал Анатолий Владимирович. — Советская власть эвенков из тайги вывела. Грамоте научила. И что же добру — знаниям пропадать? Знания надо увеличивать. Верно, Михаил?

— Ага, — сказал Мишка с широкой улыбкой.

И Славик отвернулся к окну и больше не смотрел в его сторону. Анатолий Владимирович предложил ребятам леденцы, Мишка взял, Славик отказался. Анатолий Владимирович гонял леденец во рту и снова рассуждал вслух о пользе знаний, о важности специальности агронома.

Наконец Славик не выдержал и сказал, что Мишка-то не агрономом будет.

— А кем? — растерянно спросил Анатолий Владимирович.

Славик не отвечал, молчал сердито.

И убаюканный теплом в салоне автомобиля, голосом папы Славика, Мишка ляпнул нечаянно, как в шестом классе — в сочинении:

— Браконьером.

У Анатолия Владимировича брови взлетели выше зеркальца.

— Кем?..

Даже Славик повернулся и ошарашенно посмотрел сквозь очки на друга.

— Лесником, ага, — ответил Мишка.

И Анатолий Владимирович рассмеялся, клацая зубами по леденцу.

— А твой друг юморист почище Райкина!

Славик снова отвернулся.

— Но… погоди, — сказал Анатолий Владимирович, — в техникуме ведь нет лесного отделения?

— Ага, нет, — согласился Мишка.

— На кого же ты учишься?

— На этого, на фельдшера, — сказал Мишка.

— Значит, ветеринарным специалистом будешь, — сказала Анатолий Владимирович, — хоть и у нас в колхозе.

— Не-а, — ответил Мишка, покрутив головой. — В заповедник вернусь.

— У вас там что, большое стадо? — заинтересовался Анатолий Владимирович. — А я думал, раз заповедник, то хозяйственная деятельность сведена к минимуму.

Город остался позади, мосты, кинотеатры, техникум, общага, Ангара, и Мишке казалось, что бег по льду в городе был сном. Да и все остальное. Автомобиль увозил Мишку Мальчакитова сквозь зиму. «Ээ, никогда сюда не вернусь», — думал Мишка.