Смерть современных героев - Эдуард Лимонов

Холод и сырость, собранные за время путешествия в гондоле, полностью не покинули тело Галанта даже после горячих и жирных спагетти с мясом. И даже после затянувшейся пешеходной прогулки в быстром темпе (дабы не успеть охладиться) от Санта-Люсии к отелю «Конкордиа» его все еще время от времени передергивало от вышедшей вдруг из-под кожи новой порции залежавшегося глубоко в теле холода. Так прилепившиеся ко дну бокала с шампанским пузырьки подымаются на поверхность, если шампанское в бокале вдруг всколыхнут или размешают.

— Давайте встретимся с вашими новыми друзьями, boys? С американцами, как их, с парой… Ба?.. — предложила мисс Ивенс, когда они оказались в комнате. Она извлекла из сумочки зеркало и щедро рассыпала на нем кокаин.

— Беннетов, — подсказал Галант.

— Пусть Беннет-мужчина сфотографирует всех нас троих на память. Поскольку завтра вечером мы покинем Венецию, приятно будет иметь сувенир в память о нашем здесь пребывании. Чтобы через полвека взгрустнуть, взглянув на фотографию… И вообще, мне кажется, что вы заскучали со мною.

Проговорив весь обед в траттории о негодяе-гондольере, о склонности южных наций к обману, выстроив целую теорию, мисс Ивенс, очевидно, уже забыла о потерянных сорока тысячах лир и вновь была в хорошем настроении.

«У нее счастливейшая конституция, — сказал себе Галант, — вот как следует относиться к жизни. Она мгновенно переваривает все неприятности и проблемы».

— Я могу им позвонить, если они еще не ушли. Уже восьмой час. А если они работают для drug-inforcement agency?

— Маловероятно, — сказала мисс Ивенс спокойно. — Я не настолько важна для них, чтобы они выслеживали меня по всей Европе. Они могли распрекрасно следить за мной в Париже. Плюс я все равно отошла от дел. Я переводчик, boys, никакой не драг-курьер. Месяц назад «Эдисьен Лаффон» дало мне большую работу. Кирпич в пятьсот пятьдесят страниц! И с агентами также возможно иметь хорошее время. Судя по вашим рассказам, они симпатичные ребята…

— Позвони им, Джонни. — Виктор снял пиджак и пошел в ванную.

— Как будет «шестьдесят два» по-итальянски?

— Сессанта дуэ.

Беннетов не оказалось на месте. Когда Галант спустился на их этаж, решив оставить в двери записку, он обнаружил дверь комнаты настежь открытой. В глубине 62го горничная срывала с кроватей белье.

Вернувшись, он сообщил об исчезновении Беннет-компании.

— Ну и дьявол с ними… — сказала мисс Ивенс равнодушно. — Что станем делать, boys?

* * *

Они никуда не пошли. Виктор лишь выскочил на Калле Ларга и угол Спеччиэри и вернулся с сандвичами, сеточкой апельсинов и тремя пирожными. Мокрый.

— Дождь со снегом, — сообщил он.

Мисс Ивенс, с нахлынувшей на уши и лоб экземой, спустилась в холл и вернулась с колодой карт, позаимствованной у только что заступившего ночного портье.

— Будем по-домашнему резаться в карты, boys. Проведем вечерок у камина. Но предварительно я должна вколоть себе жизненно необходимую порцию витаминов.

Взяв сумку, мисс скрылась в ванной. Мужчины переглянулись. Виктор наклонил голову.

— Пардон! — извинился он перед Галантом, но в действительности извинение было направлено к Фионе Ивенс, скрывшейся за дверью ванной. Героин обернулся невинными витаминами.

— Наши подозрения… — начал Галант, — я хочу сказать, что проще было спросить Фиону, для чего ей служит шприц, для каких инъекций, и она бы охотно и подробно сама бы нам объяснила. От какого рода аллергии защищают ее витаминные уколы…

— Йес, Джонни. Ты прав. — Прислонив подушку к стене, Виктор откинулся на нее. Теперь, когда у них были билеты и менее суток оставалось им провести в городе, напоминающем гнилой писсуар, они вдруг грустно успокоились. — Йес, Джонни… Почему мы не посетили ни единой галереи? Нужно было сходить в галерею…

— Какую?

— Ну, я не знаю, но есть же у них тут галереи, как Лувр в Париже…

— Ты был в Лувре?

— Да, Джонни. Три раза. С Фионой…

— Ты думаешь, Беннеты, Виктор… ты думаешь, они просто Беннеты?

— Какое это уже имеет значение, Джонни? Через… — он посмотрел на часы, — двадцать два часа мы будем сидеть в «вагон-ли», вдруг поезд дернется, если машинист не очень опытен, или мягко отплывет, если машинист старый, от станции Санта-Люсия… Прощай, Венезиа! Я бы пожил здесь с большими деньгами. В палаццо с камином, а, Джонни? С хорошими напитками в баре.