Солнце в скобках - Наталья Штурм

– А что ваш муж говорит? Он такой умный, – высказала свое мнение Вероника и кинула камушек в грязный пруд.

– Максим не посвящает меня в свои дела. Но я знаю, что он ведет свое расследование и уже есть кое-какие результаты.

– А мне можно рассказать? – загорелась Вероника.

– Можно – это уже не секрет. Харламор сейчас в Сочи.

– Харламор?? Что он там делает?! Загорает? – рассмеялась Вероника.

– Когда Иван начал домогаться тебя, я хотела позвонить Харламору и искала его телефон. Но он позвонил мне сам, сказал, что приедет и выдернет ноги Ивану. Я стала его успокаивать и заверила, что мы справимся без скандалов. А потом случилось то, что случилось... И Харламор, чтобы спасти тебя от тюрьмы, срочно вылетел в Сочи.

– Но при чем здесь этот город и Харламор? – недоумевала Вероника.

– Мой муж оттуда родом, из Хосты, а это недалеко от Сочи, где много лет назад отдыхал Иван. С его девушкой произошла трагическая история – она утонула и ее не нашли. История эта покрыта мраком тайны. Никто ничего не знает. Свидетелей не было, и милиция не нашла ни тела, ни виновных. Максим Михайлович предполагает, что следы убийства Ивана ведут в Сочи. Там у мужа осталось много друзей, и, на удачу, оказалось, что Харламор тоже достаточно известная фигура в криминальном мире Сочи... Других зацепок у нас нет.

– А зачем вам это? Меня освободили, Иван больше никому не причинит зла, мама спасена.

– Я обещала Розе найти убийцу Ивана. Она хочет знать, почему погиб ее любимый человек. У любой загадки должна быть разгадка, деточка, – многозначительно ответила Лада.

Харламор прилетел во Внуково и сразу же набрал Максима Михайловича. Они договорились о встрече в центре, в восточном ресторане «У Ферхада».

– Это наш близкий держит, там нормально сможем побазарить.

С Харламором было еще два человека, таких же напряженно-колючих. Все молча сели за круглый накрытый стол и молча стали жевать, лишь бросая друг на друга изучающие взгляды.

– Короче, если бы кто-то не замочил этого Ивашку, мы бы сами это сделали. «Писарь не местный», отморозок... Мы перетерли с сочинскими и узнали, что совсем недавно рыбаки наткнулись на труп, к спине которого был привязан кирпич. Эксперты установили, что это труп Ники Антоновой, пропавшей несколько лет назад в районе Сочи во время купания. Она не утопла. Ее просто утопили, как котенка.

– Ты думаешь, это Иван? – спросил Максим Михайлович, глубоко затягиваясь сигаретой.

– Харламор, ты про того фраера ему расскажи, который терся возле ментов всю дорогу, – подал голос скуластый парень с серым лицом.

– Да. Когда нашли труп, один мужик очень интересовался, говорил, что это его пропавшая дочь. Вроде ему поверили, у него и фамилия Антонов, и анализы подошли. Дело ведь подвисло на несколько лет, а когда трупак нашли – следствие возобновили. Назначили генетическую экспертизу. Короче, это реально оказался отец утопшей.

– Он в Сочи сейчас? – уточнил Максим Михайлович и потянулся за телефоном.

– Не знаю. Дочь похоронил и исчез куда-то. Я думаю, это он Ивана завалил, похоже, что он.

– Единственное место, куда он рано или поздно вернется, – это могила дочки. Как, говоришь, его фамилия была – Антонов? – переспросил Максим Михайлович. – Но ведь у Ивана тоже фамилия была Антонов!

– Атоян была его фамилия, когда Вероника мне звонила, жаловалась, что к ней пристает мамин хахаль Иван Атоян! Я еще точно запомнил, думал, «зверьку» ноги выдерну.

– Вот это и странно, – сказал Тузов. – Мой приятель из Хосты точно помнит историю с исчезновением девушки. Фамилия парня была Антонов, а не Атоян. Но когда он приехал в Москву и устроился в мою клинику, то уже был Атоян. Зарплата у нас скромная, поэтому я и не докапывался, что он без рекомендации. А потом друг мой приехал, жизнью побитый, ментовскими пулями израненный, ха-ха, на массаж попросился – тут он Ивана и признал.

—И чё? – не понял скуластый с серым лицом. – В чем понт-то?

– А в том, что Иван, скорее всего, виновен в смерти девушки, раз сбежал, да еще и фамилию сменил. Ясно?

– Теперь ясно, – отстал серый.

Официант поменял приборы под натянутую паузу компании.

– Но с Ивана теперь спрос невелик, а Вероника в опасности. Кто знает, что у этого мстителя на уме. Если он такой крутой, что решился на «мокрое» средь бела дня и в людном месте, то от него можно ждать «многоходовки». Я хочу увести Веронику обратно в Хабаровск. Здесь ей нечего делать, от вашей Москвы одни проблемы, – уверенно резюмировал Харламор, проводив подозрительным взглядом официанта.

– Пусть она сама решит, остаться ей или вернуться. После того что она пережила, бояться ей уже нечего. Лада заботится о ней, как о родной: выслушивает, объясняет, сопереживает. Девочка находится в дружественной атмосфере и не чувствует себя одинокой. Ей нужно все осмыслить, чтобы понять, почему в борьбе со злом чаще всего побеждает зло. Кровь смывается кровью, равнодушие является нормой жизни, а сердечная недостаточность уже не диагноз, а стиль отношений между людьми.

– Прям Ушинский какой-то, – заржал серый и хлопнул чекушку водки.

– Ты, паренек, жало прикуси. Я плаваю в мутной воде с тех пор, когда тебя еще на свете не было. Вы свое дело сделали – большое вам за это человеческое спасибо. Можете погулять по Москве, посмотреть Кремль, гостиница к вашим услугам, за все заплачено.

– Я Веронику хочу увидеть, – решительно заявил Харламор.

– Она тебе позвонит, – ответил Максим Михайлович и знаком попросил у официанта счет.