Солнце в скобках - Наталья Штурм

Пострадавший пообещал, что непременно подтвердит свои показания у следователя и в суде.

Следующим звеном цепочки снова оказался рабочий из цеха.

На этот раз он был уже более расслаблен.

– Ну не помню я, может, и выходил на минуту. Я ж, поди, не арестованный, могу себе позволить подышать свежим воздухом!

Адвокат сам проводил беседу и действовал, как всегда, хитро.

– По секрету вам скажу, что весь ваш коллектив, который в тот день находился на работе, хотят уволить.

– За что? – испугался рабочий.

– А ни за что, просто при вас было совершено убийство, а это бросает тень на репутацию предприятия. Хотя... Если вы поможете следствию, то в благодарность именно вас оставят.

– А что я должен сделать? – засуетился рабочий.

– Вы должны подробно рассказать все, что происходило с того момента, как в помещение вошли мужчина и девушка.

– Так я уже рассказывал! Ну, вошли в комнату, болтали там долго, я ничего не слышал, ведь машины работали. Потом я услышал, что она закричала. Я машины остановил, заглянул к ним, как мне Михалыч велел, послушал некоторое время и снова работать стал...

– Это все? – внимательно посмотрел на мужчину адвокат. – А дальше что было?

– Потом девушка выбежала в слезах из комнаты, а мужчина остался там. Я не решился зайти, потому что мне велели проследить за девушкой, а не за мужиком. Ну, а раз она ушла, значит, все в порядке, и я расслабился...

– Как именно вы расслабились? – уточнил адвокат.

– Ну, я пошел себе пиво купить, ларек недалеко, в нескольких шагах от магазина. Правда, задержался немного... Мужик за мной в очереди стоял, вдруг за сердце стал хвататься и хрипеть. Ну, я ему предложил «скорую» вызвать, а он и говорит: «Лучше сбегай в аптеку – возьми нитроглицерин, а сдачу оставь себе. И дал пять тысяч. Я сначала хотел отказаться, мне ведь категорически запрещено отлучаться и выпивать на рабочем месте, но хотелось человеку помочь, да и сдачу надо было отдать.

– Отдали? – удовлетворенно потирая руки, спросил адвокат.

– Да в том-то и дело, что нет! Аптека недалеко – за углом. Я лекарство взял, минут семь прошло, а потом, когда вернулся, мужика того уже не было. Я подождал его еще минут десять и пошел в магазин. А киоскершу предупредил, что сдачу, дескать, тот может забрать в магазине «Пальчики оближешь».

– Так что ж вы раньше молчали, господин хороший, что отсутствовали около двадцати минут? – с укором спросил адвокат и поднялся для прощания.

– Так работу не хочу потерять, ваша честь, мне хорошо платят, ну а что выпить люблю – так жарко же, трубы горят! – оправдывался работник, вытирая потный лоб.

– «Ваша честь» скажете судье, когда показания будете давать. Надеюсь, наша с вами договоренность по поводу показаний останется в силе.

Лада встречалась с адвокатом в кафе. Говорить по телефону он категорически отказывался, отключал телефон и даже вынимал «симку», чтоб не прослушали.

– А что, можно прослушать даже выключенный телефон? – удивилась Лада, подозрительно оглядывая посетителей заведения.

– Запросто. Если есть цель прослушать абонента, лучше телефоном вообще не пользоваться, – уверенно ответил адвокат.

– Итак? – вопросительно подняла брови Лада.

– Итак, мы имеем дело с убийцей, который помогает следствию доказать, что Вероника не виновна.

– Новый Робин Гуд? – сыронизировала Лада. – И где нам его искать?

– А мы его скорее всего не найдем. Мне думается, у этого убийцы была одна конкретная цель – уничтожить Ивана Атояна. И для общества этот мститель не представляет опасности. Хотя, конечно, я могу ошибаться, но мотив личной мести прослеживается во всех его действиях. Он навел нас на улики, которые рассыпят всю доказательную базу. Рабочий цеха отсутствовал двадцать минут, и за это время кто угодно мог пройти в магазин со служебного входа, убить, а еще отведать круассанов и попить чайку. Поэтому Веронику, скорее всего, освободят прямо в зале суда.

– Спасибо! – Лада признательно накрыла руками руки адвоката. Они всегда лежали ровно и ладонями вниз по примеру президента.

– Это не мне спасибо, просто преступник порядочный оказался, – усмехнулся антитезе адвокат. – А охраннику тому советую компенсировать ущерб – если бы не его зуб, нам еще долго пришлось париться над этим делом.

Как и предполагал адвокат, Веронику освободили из-под стражи за недоказанностью вины прямо в здании суда.

За это время девушка похудела на шесть килограммов и теперь была похожа на безмолвную тень. Потрясения, которые выпали на ее долю, могли сравниться с аттракционом «американские горки», но без кнопки управления.

Лада забрала девочку к себе домой и ухаживала за ней с нежностью женщины, никогда не имевшей собственных детей. Максим Михайлович целыми днями пропадал на работе, вел какие-то телефонные переговоры, но Лада не обижалась на него. Главное сейчас для Вероники – восстановить пошатнувшееся здоровье и доверие к людям.

Через неделю Вероника первый раз вышла погулять. Лада привезла ее в Серебряный бор, и там, глядя на милых уточек с утятами, Вероника призналась:

– А знаете, Лада, я ведь подлая. Когда Иван сказал, что вы возитесь со мной из-за наследства мамы, я ведь почти поверила. Вы для меня столько сделали, но гадкие сплетни такие едкие, что начинаешь во всем сомневаться. Простите меня!

Лада обняла девочку и засмущалась:

– Не думай об этом, я тоже не святая. Это ведь я все подстроила.

– Что подстроили? – не поняла Вероника.

– Я угрожала Ивану, писала ему SMS-сообщения. Это я попросила мужа встретиться с Иваном и показать документы, подтверждающие, что ты дочь Розы. Я точно рассчитала, что Иван станет выяснять правду у Розы, а узнав, расстанется с ней. Мне было страшно за твою маму, ведь все, с кем общался Иван, умирали или долго лечились. Поверь, я очень люблю твою Розу, потому что она талантливейший человек. У нас, у артистов, это всегда ставится на первое место. Ею восхищаются миллионы людей. Да, она оказалась плохой матерью, точнее, никакой. Но едва ли в этом только ее вина. Ни ты, ни я – мы не знаем, что случилось в вашей семье на самом деле, поэтому давай не будем ее казнить за это. Тем более что она уже казнена.

– Как это? – испугалась Вероника. – Я не хочу, чтобы она из-за меня страдала!

Лада грустно улыбнулась и скорбно покачала головой:

– К сожалению, она страдает не из-за тебя, а из-за того, что погиб Иван. Они плохо расстались, он даже не попрощался.

– Откровенно говоря, там, в камере (девушка передернула плечами от воспоминаний) мне казалось, что это мама или вы убили Ивана. Да, я допускала такие мысли, представляете?

– Нет, детка. Я не убивала Ивана. Моей ненависти к нему хватало лишь на SMS-сообщения и интриги, которые я плела, чтобы разлучить их с Розой. Но кто его убил, и для меня большая загадка.