Путин Инкорпорейтед - Максим Калашников

Так же, как пенсионеры и бизнесмены, либеральному фашизму не нужны и «дети СССР» — люди, работающие в науке и на сложных производствах. Ученые, инженеры, изобретатели, высококвалифицированные мастера и рабочие. Все, кого можно назвать детьми высокоразвитой, индустриальной державы — Советского Союза. Режиму Голема опасны и те, кто готовит кадры таких людей — хорошие школьные педагоги, преподаватели созданных в СССР вузов, университетская профессура.

Я не случайно называю всех этих людей «детьми Советского Союза». Мы действительно его чада — от убежденных коммунистов до столь же ярых антисоветчиков. Ведь мы учились в советских институтах и университетах, набирали опыт и навыки на советских производствах и в красных НИИ. Мы воспитывались на культуре, сохраненной и финансируемой советским строем. Мы росли на фильмах и книгах СССР. Занимались в кружках юных техников при дворцах пионеров. И этого нынче не вытравить даже из закоренелого антикоммуниста.

И теперь мы становимся ненужными и опасными для режима. Почему? Потому что «Новый Петербург» должен оставить в РФ исключительно сырьедобывающие и примитивные отрасли промышленности. Отверточное производство и «заворачивание гамбургеров», где могут работать даже умственно отсталые. Идеальный массовый гражданин для либерального фашизма — это дебил со счастливой улыбкой. Дебил, радующийся любой, даже самой грязной и бессмысленной работе за жалкие гроши. Дебил, который сосет дешевое пиво, жрет «сникерсы» и смотрит в телевизоре на очередную «Фабрику звезд» или реалити-шоу для болванов. Такой дебил с умилением поверит Любимому Президенту, обещающему кого-то опять замочить в сортире. Дебил не задумается над очевидным и пойдет голосовать так, как ему скажут. Дебилы хороши как чернорабочие, охранники, официанты и *censored*тки — а большего «Путин Инк» и не нужно.

А мы с вами, читатель, относимся к отряду лишних «детей СССР». Мы хорошо образованы и умеем думать. Мы читаем умные книги. Изобретаем и творим. Мы смеемся над медвежьенеуклюжими «пиар-ходами» власти и не испытываем оргазма при виде Любимого Руководителя. Нам смешно смотреть киноподелки Голливуда, где нарушаются законы и логики, и физики. Мы задаем власти неудобные вопросы. Нам тошно быть обслугой при нефтяных скважинах, винтиками очередного «Макдональдса» или бессловесным «электоратом». Мы мечтаем о звездах и других планетах, о великих открытиях и победах. А потому нас Голем и хочет вывести с лица земли.

Именно поэтому путинство проводит идиотские реформы образования, уничтожающие его лучшие достижения и плодящее «детей единых государственных тестов» — американоидное тупое быдло. Именно поэтому из школьной программы изгоняются предметы, способные научить детей думать и разбираться в окружающем мире. Именно поэтому образование норовят сделать платным — чтобы навсегда отрезать от него основную массу молодежи, сделав ее толпой неразвитых, темных и забитых рабов для кучки «элитарных господ». Еще в 2002-м году знаменитый мыслитель Сергей Переслегин обнаружил убийственные параллели между путинской школьной реформой и теми школьными преобразованиями, что готовились для оккупированных славянских земель гитлеровским идеологом Розенбергом.

По той же причине Путин как марионетка Голема истребляет носителей настоящей культуры. Расцвело знаменитое путинское телевидение — еще более отвратительное и дебильное, чем при Ельцине. Зачем? Человека, лишенного культуры, млеющего от «Тату» и «Виагры», легче сделать живым роботом. Я даже распространяться на этот счет не буду — и так все ясно.

Уничтожение научно-инженерных и преподавательских кадров в стране идет рука об руку с истреблением русской науки и «хай тек».

…Летом 2004 года в тиши путинских чиновных кабинетов родилась «гениальная» «Концепция участия Российской Федерации в управлении государственными организациями, осуществляющими деятельность в сфере науки». Согласно этому 34-страничному документу, уже к 2006 году бюджетных организаций в сфере науки должно стать в два раза меньше. А к 2008 году число институтов и научных центров должно сократиться до 100–200. Все остальное академическое имущество предложено акционировать, приватизировать и пустить с молотка. Действительно, зачем выяснять, кому принадлежит интеллектуальная собственность, вкладывать деньги в «ноу-хау» и развивать какие-то инновационные предприятия, если можно быстро обогатиться, выставив на продажу целый академический институт?

Ни к чему становятся споры о приоритетных направлениях развития науки. Важность той или иной области знаний будет напрямую зависеть от того, насколько близко здание института расположено к центру Москвы, Санкт-Петербурга или иного крупного города. Или от того, насколько подходит клочок академической земли для строительства коттеджей. Ставшее в одночасье ненужным исследовательское оборудование продадут по цене металлолома, а на высвободившихся площадях предприимчивый «инвестор» откроет водочный цех, лабазы для китайско-турецкого барахла или что-то в этом роде. Не верите? Посмотрите на некогда мощное КБ имени Туполева. Часть его площадей в эпоху торжества товарно-денежных отношений над разумом пошла под торговые склады, часть — под еврейский ресторан «Шагалет». Уникальные испытательные стенды выдирали из корпусов трактором. Думаете, приватизированные институты РАН ждет иная судьба? На «экономике знаний» можно будет поставить жирный крест.