Кислотники - Николас Блинкоу

Инспектор почти касался коленом Терезы. Похоже, он комментировал свои соображения, пользуясь картинкой на экране. Тереза слышала постукивание — вроде как он дотрагивался полицейской дубинкой до разных частей лица Эстеллы. Берджис стоял за его спиной, придвинувшись почти вплотную.

— Пол Сорел?

Кроссовки Бернарда подгребли поближе.

— Сорел?

— Просто красотка! — одобрил инспектор Грин. — Хотел бы я знать, зачем он вернулся сюда после всех этих лет?

Ни Бернард, ни Берджис ничего не ответили. Их ноги словно прилипли к полу слева и справа от ног инспектора Грина.

— Не напирайте, парни, не напирайте. — Бернард и Берджис отодвинулись. — Остальные кассеты на телевизоре? Точно. Заберите-ка их, сержант.

Грубые башмаки двинулись вперед, кроссовки и ботинки убрались с дороги. Что-то заставило Терезу перевести взгляд с ботинок Берджиса на его лицо. Он уставился на нее сверху, слегка приподняв одну бровь. Тереза попятилась, затравленно глядя на него и замирая от страха. Инспектор снова заговорил — и Берджис отвел глаза.

— Хотите забрать меня в участок? — спросил Берджис. — За что? Вы же получили записи.

— Да, теперь получил. Но вы можете мне помочь еще в одном деле. Этот ваш бывший партнер, Пол Сорел, он вернулся, и у меня возник миллион вопросов.

— Почему вы называете его моим партнером?

— Он ведь вел счета, не так ли? В те давние времена, когда вы были королем Манчестера в распространении некоего продукта…

— Да пошли вы! Я не стану отвечать на вопросы по делу, на котором ваша контора обломала зубы двенадцать лет назад.

— Не так уж давно это было. Теперь, когда вернулся Сорел, мы возобновим дело.

— Вы же не думаете, будто я знал, что это Пол? Как бы я смог узнать этого ряженого?

— Почему бы и нет? Он всегда любил переодеваться. Только сейчас он на гормональных таблетках и обзавелся сиськами. Интересно, а член он себе отчекрыжил или не успел? Может, вы в курсе?

— Да я понятия не имел, что это Пол Сорел.

— Тогда почему скрыли видеозаписи и почему стоп-кадр на его лице?

— Мы с Берни смотрели на него… на нее, черт, потому что его замели вместе с Джанком после того, как нашли тело Какстона. А что такого?

— Это один из пунктов вашего внутреннего расследования?

Берджис не ответил.

— Ладно, вы сможете все объяснить подробно, заглянув в полицейский участок.

— И как вы хотите меня туда доставить? — спросил Берджис.

— В полицейской машине, как еще? В автобус сажать не будем.

— Так я помогаю следствию или нахожусь под арестом?

— А это важно? Это ведь скорее проформа. Мне нужно, чтобы вы приехали в участок, и, будьте уверены, приедете!

— Тогда я позвоню адвокату.

— Вы, кажется, нервничаете? — поинтересовался инспектор Грин.

— Я должен быть осторожен. Если вы вдруг надумаете связать меня с Сорелом в обличье трансвестита с колумбийским паспортом, пусть адвокат напомнит вам о моих гражданских правах.

— Колумбийским? Когда я с ним разговаривал, у него был бразильский паспорт. С чего это вы называете Сорела колумбийцем?

Наступила пауза.

— Мне так сказали, — неуверенно произнес Берджис. — Во всяком случае, латинос.

— Вот ведь как странно! Разве Колумбия не то самое место, откуда появляется дурь?

— Если собираетесь вешать на меня еще и это дерьмо, я немедленно звоню своему чертову адвокату!

— Не беспокойтесь, в участке все сделаем в лучшем виде — какой-никакой адвокат для вас найдется.

Инспектор Грин сказал все, что хотел, и направился к двери, а сержант начал выпроваживать Берджи-са и Бернарда. Тереза услышала удаляющийся звук шагов по лестнице.