Богиня на кухне - Софи Кинселла

Триш лежала на кровати, откинувшись на подушки в полном одиночестве. На ней была шелковая ночнушка; волосы растрепаны, макияж размазался под глазами. Мое появление, как ни странно, ее, похоже, удивило.

– Саманта, что вам нужно? – спросила она резко. – Что-нибудь стряслось?

Меня как стукнуло: что-то здесь не так. Мой взгляд был устремлен на Триш, но периферийным зрением я замечала детали обстановки: валяющуюся на полу книгу «Чувственные удовольствия», бутылку пахучего масла для массажа и…

И довольно потрепанный экземпляр «Радостей секса». Прямо возле кровати. Раскрытый на разделе «В турецком стиле».

Так. Чая они явно не ждали.

Я сглотнула, стараясь сохранять спокойствие и притвориться, будто ничего не заметила.

– Я… принесла вам чай, – выдавила я. – Мне подумалось… вам захочется…

Не смотри на «Радости секса». Смотри перед собой. Триш расслабилась.

– Саманта, вы сокровище! Поставьте, пожалуйста, вон туда. – Она махнула рукой в направлении прикроватной тумбочки.

Я повернулась в ту сторону, и тут распахнулась дверь ванной и появился Эдди, практический голый, если не считать тугих боксеров. Какая волосатая у него грудь!

Господи…

Я как-то ухитрилась не уронить поднос.

– Я… Извините… – пробормотала я, пятясь. – Я не знала…

– Не глупите! Идите сюда! – заявила Триш, окончательно свыкшаяся с мыслью о том, что я нахожусь в их спальне. – Мы не ханжи.

Да уж… Я осторожно приблизилась к кровати, переступила через лиловый кружевной лифчик, поискала взглядом, куда поставить поднос, и нашла для него местечко, отодвинув фотографию Триш и Эдди в джакузи с бокалами шампанского в руках.

Торопливо наполнила чашки, вручила Гейгерам. Не поднимая головы – я не могла заставить себя взглянуть на Эдди. На какой другой работе можно застать своего босса голым?

Сами знаете, на какой. Почему-то это соображение не вдохновляло.

– Э… Я пойду, – промямлила я.

– Не спешите! – Триш с наслаждением сделала глоток. – М-м… Раз вы зашли, давайте поболтаем. Обсудим наши дела.

– Хорошо, мадам. – В вырезе ночнушки был виден сосок. Я поспешно отвернулась – и уткнулась взглядом в бородатого мужчину из «Радостей секса», изображенного в диковинной позе.

В сознании вдруг возникла картина – Триш и Эдди, расположившиеся точно так же…

Хватит! Перестань!

Я чувствовала, что лицо горит. Какая-то фантасмагория: я стою в спальне людей, с которыми едва знакома, и мне всячески дают понять, что они только что занимались сексом. А их самих это как будто мало заботит…

И тут до меня дошло. Конечно же! Я – прислуга. Передо мной можно не стесняться.

– Значит, все в порядке, Саманта? – Триш отставила чашку и с прищуром поглядела на меня. – Вы составили себе расписание? И у вас все под контролем?

– Абсолютно. – Я помедлила, подбирая ответ попрофессиональнее. – Я полностью овладела… – Тьфу ты! – То есть полностью освоилась и готова отдавать себя…

Черт!

– Отлично! – Триш лучезарно улыбнулась. – Я в вас не сомневалась. Вам не нужны наставления, вы сами прекрасно во всем разбираетесь.

– Думаю, да.

Триш одарила меня новой улыбкой и потянулась за чаем.

– Надеюсь, сегодня вы займетесь стиркой. Стиокой? О стирке я и не думала.

– Да, поменяйте, пожалуйста, белье, когда будете застилать постель, – прибавила она.

Застилать постель?

Это тоже моя обязанность?

Я ощутила легкую панику. Какое там «полностью овладела»! Сообразить бы еще, чем тут нужно овладеть!

– Разумеется, я составила собственное… э… расписание, – сказала я деловито. – Но, наверное, будет лучше, если выдадите мне список обязанностей.

– А… – Триш эта идея пришлась не по вкусу. – Хорошо, если вы настаиваете…

– Что касается меня, Саманта, – вмешался Эдди, – мы должны с вами обсудить условия вашего контракта. – Он стоял перед зеркалом, сжимая в руке гантель. – Узнаете, на что подписались. – Он хохотнул и с натугой поднял гантель над головой. Живот заходил ходуном. Не слишком приятное зрелище.

– С вашего разрешения… Займусь другими делами… – Я попятилась к двери, не поднимая головы.

– Увидимся за завтраком. – Триш заливисто хихикнула. – Чао-чао!

К ее переменчивому настроению привыкнуть нелегко. Вот и сейчас – от беседы работодателя с работником мы мгновенно перешли на тон светской болтовни на борту круизного лайнера.

– Э… Счастливо оставаться, – проговорила я, копируя ее тон. Сделала книксен, снова перешагнула через лифчик и выскочила из комнаты.

Завтрак оказался кошмаром. Мне понадобилось три неудачных попытки, чтобы понять, как разрезать грейпфрут надвое. Нет чтобы позаботиться о тех, кому приходится готовить, – нарисовали бы направляющие, или перфорацию бы пробили, или еще что-нибудь. Пока я возилась с грейпфрутами, убежало молоко; а когда я выронила кофейник, кофе расплескался по всей кухне. По счастью, Триш и Эдди настолько увлеклись спором по поводу того, куда поехать в следующие выходные, что совершенно не обращали внимания на происходящее в кухне. И не слышали моих воплей. С другой стороны, мне удалось совладать с тостером.

Когда Гейгеры позавтракали, я сунула грязные чашки и тарелки в посудомоечную машину и попыталась вспомнить, как я включала ее вчера. И тут в кухню вошла Триш.

– Саманта, мистер Гейгер желает видеть вас в своем кабинете, – сообщила она. – Чтобы обсудить размеры жалования и условия контракта. Не заставляйте его ждать.

– Э… хорошо, мадам. – Я присела, потом огладила форму и вышла в коридор. Подойдя к двери кабинета, я дважды постучала.

– Заходите! – пригласил меня жизнерадостный голос. Эдди сидел за столом – огромной конструкцией красного дерева в комбинации с выделанной кожей. На столе возвышался дорогостоящий на вид ноутбук. Эдди, слава Богу, был полностью одет – бежевые брюки, спортивная рубашка; в кабинете пахло лосьоном после бритья.

– А, Саманта! Готовы побеседовать? – Он указал на деревянный стул с высокой спинкой. Я послушно села. – Вот! Вот документ, которого вы так ждали!

С довольным видом он вручил мне папку, на которой было вытиснено: «Контракт экономки». Я раскрыла папку и увидела лист кремовой веленевой бумаги, заполненный старинной рукописной вязью – компьютерной, разумеется. Наверху витиеватым средневековым шрифтом значилось:

КОНТРАКТ ОБ УСЛОВИЯХ

между Самантой Свитинг

и

мистером и миссис Эдуард Гейгер.