Такой я была - Смит Эмбер

– О нет, это я обсуждать не буду!

– Брось, должна же я познать радости жизни хотя бы через тебя! – умоляет она.

– А как дела у вас с Камероном?

– Никак, – вздыхает она. – Ни на шаг не сдвинулись. Все еще просто друзья. – И вдруг по ее взгляду я понимаю, что между нами пролег целый океан. Мы стоим на противоположных берегах и смотрим друг на друга с разных концов света.

– Так что давай, рассказывай про своего крутого бойфренда. Ну пожалуйста, – просит она, отказываясь замечать разделяющую нас пропасть.

– Он мне не бойфренд, – отвечаю я.

– Что, он не хочет им быть? – Мара закатывает глаза. – Думает, можно просто спать с тобой и…

– Да нет же. Это я не хочу становиться его подружкой.

– С ума сошла? – не раздумывая, выпаливает она.

– Возможно, – смеюсь я.

– Нет, правда. Совсем сбрендила, да?

– Я просто… не знаю я. Не нравится мне эта мысль. Не хочу связывать себя. Брать на себя обязательства. Ярлыки навешивать, понимаешь?

– Ничего я не понимаю. Но как знаешь. Главное, чтобы он не скрывал ваши отношения и прочая такая гадость.

– Он не скрывает. Правда. И что плохого в том, чтобы не трезвонить всем о своих отношениях?

– Как скажешь, Иди. Мне-то откуда знать. – Она пожимает плечами, и мне кажется, в ее голосе звучит обида. Но понять я не успеваю: в следующую секунду Мара уже улыбается. – Но это же приятно? Здорово? Как и должно быть? – Она смущенно хихикает. – Когда вы вместе, он добр к тебе?

Я киваю.

– Пусть только попробует тебя обидеть, – прищуривается она.

-Можешь объяснить, – запыхавшись, говорит он и проводит рукой по моим волосам, – почему ты не хочешь быть моей девушкой?

– Зачем это тебе? – отвечаю я. Даже когда он такой милый, все равно не упускает случая меня взбесить.

– Затем, – бормочет Джош, уткнувшись губами мне в шею, – что мне не нравится представлять тебя с другими. – Он замолкает, покрывая мою шею поцелуями.

– Так не представляй.

Он прекращает целовать меня и смотрит на меня пристально. Он делает так иногда, и этот взгляд меня пугает.

– Это не так уж просто.

Я не отвечаю. Знаю, я должна успокоить его и сказать, что ему не о чем волноваться, что я принадлежу только ему и никаких «других» не существует. Но почему-то я не могу.

– Когда, по-твоему, у меня есть время встречаться с другими? Мы вместе каждый вечер.

Парень усмехается своей фирменной усмешкой, и мне на минуту кажется, что тема закрыта. Но тут он заводит разговор, который, видимо, не давал ему покоя все это время – все эти несколько недель с тех пор, как он понял, что это мое имя украшало стены во всех туалетах.

– Просто интересно… – произносит Джош, теребя прядь моих волос.

– Что?

– С кем еще ты… ммм… – Он не договаривает.

– С кем еще я что?

– С кем еще ты… ну… была вместе? – наконец завершает он фразу.

– А что? – спрашиваю я, и выходит грубовато.

– Не знаю, – отвечает он.

– А тебе не все равно?

– Да все равно, наверное.

– Вот и хорошо. – Потому что мне не хочется даже об этом думать, не то что говорить. Не хочется даже признавать, что был кто-то другой.

– Но… – начинает он опять, – …я все равно хочу знать.

– Просто считай, что ты первый, ладно? – Я-то притворяюсь, что так и есть, почему он не может?

– Я не об этом. Меня это не волнует, нет. Просто…

– Зато меня волнует. – О черт, мой дурацкий рот – мне бы его заклеить! Я перекатываюсь на другую половину кровати. Нащупываю ногой трусы и надеваю их под одеялом.

– Что? В чем дело? У меня тоже были другие девушки.

– Да уж, об этом я догадалась. – Но у него-то совсем другой случай. Я прикусываю щеки, чтобы не ляпнуть еще что-нибудь. Прикусываю до крови. Но лишь сильнее стискиваю зубы.

– Это не так уж важно. Я просто спросил. – Он делает паузу – одна, две, три, четыре секунды. Потом спрашивает: – Так… до меня у тебя был один парень или несколько?

– Джош! Ну правда! Мне совсем не хочется это обсуждать!

– Ладно. – Пауза. – Давай я назову своих.

– Не надо! Мне все равно, ясно? Мне это не интересно. Не хочу знать. – Я, конечно, и так знаю, с кем он переспал, – его личная жизнь никогда не была тайной. До меня. – И не будем больше говорить об этом, ладно? Я не шучу.

– Просто… мне иногда кажется, что я ничего о тебе не знаю. И это странно.

– Мне тоже иногда так кажется. – Но я лукавлю.

Парень лишь вздыхает в ответ.

– Ладно. Спроси меня о чем угодно, вот правда, только не об этом – задай любой вопрос, и я отвечу, хорошо?

– О боже. Неужели это было так ужасно? – Я поворачиваюсь и смотрю на него; не знаю, как еще донести до него, что я совершенно не хочу это обсуждать. – Что? Я просто хочу сказать… тот парень оказался полным придурком, да? Кто бы это ни был.

– Почему ты так думаешь? – с усмешкой отвечаю я. – Из-за гадостей на стенах туалета?

– А ты их видела? – тихо спрашивает он. – Иден, ты же понимаешь, что я не верю ни одному слову, да? Я же знаю правду.

Правду. Правду! Правду? Да ни черта он не знает! Я открываю рот и чуть не говорю ему об этом.

– Неважно, – тихо отвечаю я.

– А что теперь? Я просто пытаюсь… – Джош тянется ко мне, но я отодвигаюсь. – Брось, Иден. Я просто хочу сказать, что я с тобой никогда так не поступлю. Ведь только полный придурок мог это сделать.

Это точно. Он прав. Но я молчу. Нужно сейчас же сменить тему. Кажется, до него это тоже доходит, и он замолкает. Он молчит очень долго.

Я смотрю на потолок его комнаты. В доме, как всегда, гробовая тишина – родители спят или где-то пропадают. Я поворачиваюсь к нему. Он лежит на кровати и все еще смотрит на меня.

– Открой мне тайну, – шепчет он. Мне всегда казалось, что он догадывается о том, что у меня есть секрет. Глубоко запрятанный, страшный секрет. – Расскажи о том, что я о тебе не знаю.

– Ладно, – с улыбкой отвечаю я, пытаясь выкинуть из головы наш неприятный разговор. – Поскольку ты совсем-совсем ничего обо мне не знаешь. – я подтруниваю над ним, но лишь отчасти.

– Ага, именно поэтому ты и должна мне что-нибудь рассказать. – Он притягивает меня ближе и целует. А я думаю: как бы он отреагировал, если бы я ему призналась? Что бы сделал, если бы я открыла ему свой главный, самый страшный секрет – тот, что способен затянуть в черную дыру и разом поглотить всю вселенную?