На каждом шагу стукач - Илья Гуглин

– Рассказывайте. Я вас слушаю…

Я начал издалека. Не от Пушкина и вещего Олега, конечно.

Иногда возникает желание осветить проблему, глядя как бы в корень. Рассказав о своей работе, о возможности решать старые задачи новыми методами, я начал развивать тему её возможных применений. Начал я почему-то с электронной пишущей машинки, а закончил описанием электронного телеграфного аппарата. Всё-таки министерство связи.

Мне никогда не приходилось выступать перед такой аудиторией. Обстановка в кабинете была рабочая и не прекращалась всё время. Сотрудники Степанова по-прежнему звонили куда-то, о чём-то договаривались, а затем подсаживались к нашему, не очень большому столу. Потом начали приходить другие люди, из соседних отделов со своими стульями, поэтому обычная беседа превратилась в семинар, и мне уже как докладчику пришлось встать и продолжать выступление с мелом в руках. Никаких специальных прений не было, поскольку каждый считал своим долгом вклиниться в удобный для него момент. Вот и получался невероятный разнобой мнений…

Сначала были высказывания, что мои предложения настолько же заманчивы, насколько и нереальны. Потом появились мнения, что поднять такую технику не по силам в рамках одного ведомства. Поэтому кто-то подбросил идею отдать эту работу в другое министерство. Пусть ломают голову. Я, в свою очередь, как мог объяснял и пытался перевести проблему из заоблачной выси на нашу грешную землю.

Никто почему-то не говорил о вычислительной технике. Может быть, потому, что она была слишком несовершенна. Правда, один из присутствовавших заметил, что он недавно был в НИИВТ, и там разрабатывают дисплей на осциллографе. Но он обещает быть таким же монстром, как и другие составляющие ЭВМ. Было бы неплохо сделать устройство, которое предлагает товарищ, и продавать его… Но на него почему-то сразу зашикали. Особенно один из присутствующих, человек очень вальяжный. По тому, как его слушали и одобрительно кивали головами, мне было ясно, что это фигура крупного масштаба. Он не упускал возможность выразить самое наболевшее, вернее, директивное:

– О чём вы говорите? О каких дисплеях может идти речь, когда у нас на 100 человек населения приходится 8 телефонов. В Америке их 180. Вот что нужно развивать в первую очередь. Электронная почта по телефонному каналу без развитой телефонной сети, нонсенс! – он говорил ещё что-то и очень убедительно, с цифрами на устах… Но я его уже не слушал… У нас в стране всегда было плохо со связью, но очень хорошо с болтунами. И это было намного раньше эпизода, когда президент страны не смог дозвониться до генерального прокурора…

До чего же талантлив наш народ, когда характеризует таких людей: «Начальственная селёдка отличается от обычной тем что она жирная и без головы!»

– Такие вопросы решаются на коллегии, – заметил следующий выступающий… – А что по этому поводу думает замминистра?.. И вообще, пусть они там, за бугром, сделают, а мы потом. Вы ведь знаете, что догонять нужно, но ни в коем случае не перегонять… – Дружный смех показал мне, что и в министерской среде любят юмор. Короткая фраза была из анекдота, заканчивающегося словами: «…догонять, конечно, нужно, но ни в коем случае не перегонять, чтобы они там, за океаном, не увидели наш голый зад».

Потом все успокоились и как будто забыли обо мне, и спорили о чём-то своём, о своих трудностях и проблемах… Время от времени они все же обращались ко мне, но это было уже как дань вежливости…

– Вы хоть понимаете, на что вы замахнулись? Ведь телеграфом занимается целая отрасль промышленности. Несколько заводов останутся без работы, многие научные подразделения окажутся не у дел, наше министерство потеряет прибыль.

– А об армии скромных тружеников, телеграфистов и почтальонов, которых придётся уволить? – сказал очередной гигант мысли.

Где-то в конце комнаты сидел маленький и хмурый человек. Вначале на него никто не обращал внимания, но в конце обсуждения, когда все, кто хотел, высказались, взоры присутствующих почему-то обратились на него. Он был совсем немногословным, но в его словах чувствовалась уверенность и какая-то непререкаемая сила:

– То, что мы с вами сегодня услышали, ещё раз говорит о том, в каком сложном мире мы живём, и только от нас зависит, какое направление получит новое достижение. Далеко за примерами ходить не нужно. Отпустили Зворыкина, – в Нью-Джерси появилось телевидение. Не в Подмосковье… Заметьте, товарищи. То же самое случилось и с Сикорским. Сколько лет пропало на разработку вертолёта? Вот именно. Поэтому и в данном случае мы не можем быть… Мы ведь не фирма, которая считает копейки… – Последние слова вызвали лёгкое оживление. Все почему-то приосанились, как будто прозвучала команда «смирно» всем сидящим. – А вся ответственность ляжет на наше ведомство, – продолжал он. – На мой взгляд, есть только две возможности. Первая, это запатентовать. Ребята из патентного ведомства хорошо знают, что предпринять в подобных случаях. И вторая, это поставить гриф секретности.

И, обращаясь уже ко мне, неожиданно спросил:

– Вы принесли с собой технический отчёт, аванпроект или что-нибудь? – Этот вопрос был настолько неожиданным, что я даже как-то опешил. Такого откровенного цинизма я не ожидал. Мне даже показалось, что подложи этому типу какую-нибудь бумажку, он припечатает на неё такой гриф, какого я ещё и не видел. И эти бумаги никто уже не увидит.

– Нет, – говорю, – не принёс. – А потом пришёл немного в себя и выдал:

– Нечего было приносить. И темы такой нет, поэтому и волноваться вам не о чем. «А гриф можно поставить только мне на задницу. За то, что забыл, что уже один раз был в вашем ведомстве…» – последние слова я произнёс почему-то про себя, уже на выходе. Как жаль, что хорошие мысли и слова приходят иногда с опозданием. Но это было уже в самом конце встречи.

Провожая меня к выходу, Степанов, нервно теребя свой запорожский ус, всё время повторял, как бы оправдываясь:

– Вы только не волнуйтесь. Ничего необычного не произошло. Я обязательно сообщу замминистра. А вы к этому времени напишите хороший отчёт или небольшую книгу. Боритесь! У нас иначе не бывает… Оставьте свой домашний телефон.

– А я и не волнуюсь, – решил ответить на всё сразу, – всё это я предвидел. И брошюру уже написал. А до Морзе мне далеко. И среда не та… К тому же и телефона у меня нет…

– Ну вот, видите…

Это были его последние слова. Так мне и в этот раз не удалось стать родоначальником… А ведь мог!