Лучше, чем секс - Хантер С. Томпсон

О, боги. Вот Саддам Хуссейн, Билл Клинтон и Джордж Буш, и все трое готовы к войне. Клинтон шутливо ласкает маленькую смеющуюся чернокожую девочку, прижимает её к своему бедру, пока говорит с репортерами о потоке дешёвой, гнилой, безмозглой, низкопробной лжи, которая, как он знает, польется на этой неделе из Хьюстона, когда Буш и его наемные бойцы начнут свой отвратительный поход против всего того, за что сам Клинтон выступает или собирается выступить.

Джордж Буш опять сотрясает воздух на публике, ожесточенно отрицая обвинение, выдвинутое в субботнем номере Нью-Йорк Тайме, где говорилось, что бомбардировщики США запланировали главную воздушную атаку против Ирака на утро понедельника, чтобы вызвать у избирателей приступ патриотического безумия и таким образом повысить рейтинг президента в опросах общественного мнения… Что было правдой, но Буш был вынужден всё отрицать на национальном ТВ приблизительно 29 часов подряд.

19 августа 1992

Кому: Джэнн

К моменту, когда вы получите это письмо, половина Багдада будет лежать в руинах. Первый удар был запланирован на полдень понедельника (по вашингтонскому времени), чтобы событие попало в заголовки вечерних теленовостей и на передние полосы утренних газет… Гениальный ход, верный, мастерский план для водворения Чудака Джорджа назад в Белый Дом…

Бомбардировка повторится. Завтра. В полдень. Поверьте мне на слово: Джордж Буш только наполовину человек, а наполовину — обезьяна. Или я говорю о мистере Билле? Дерьмо. В наши дни так легко всё перепутать. Там, в Нью-Гемпшире, одни злобные собаки, но Калифорния — другое дело, а?

Можете не сомневаться! Мне тяжело дался мой хлеб, точно, и я молюсь изо всех сил, чтобы мне никогда не пришлось пройти через это снова. Иисус! Нью-Гемпшир похож на Питера Пэна и Венди в пути. А Калифорния — спустя всего пять месяцев — на Калигулу и Пять Гномов… Можно сойти с ума, причём не важно, на чьей вы стороне. Выиграете вы или проиграете — карты будут розданы к тому времени, когда дело дойдет до Калифорнии. Клей густеет, и в нем вы завязнете — и единственное, что вам остается, это ночь выборов.

Вот блядство! Ночь выборов. Последний, омерзительный оргазм в любой политической кампании… Никто, кроме меня, не знает почему. Нет. Это ложь. Есть другие. Но их немного. И большинство из них уже покинули нас, хорошо это или плохо. Или умерли, или ушли, или убиты, как Бобби Кеннеди, который лучше других понимал дикую энергию скоростной, «убей-или-будешь-убит», современной американской политической кампании. Он мог бы до сих пор быть нашим президентом, если бы Рузвельт Грир был настоящим мужиком и, вместо того чтобы вильнуть в сторону, встретил бы грудью ту маленькую пулю 28 калибра, которая пробила мозг Бобби.

Один из способов делать политику: не мудрый, но в определенном смысле очень сильный — и Бобби Кеннеди остается в истории Америки единственным кандидатом в президенты, прилюдно застреленным в ночь выборов, в момент наивысшего взлета.

— Хантер

Пятница, 21 августа — опрос общественного мнения после партийных съездов:

Вашингтон-Пост: Буш 37 %, Клинтон 46 % Си-эн-эн: Буш 39 %, Клинтон 51%

Кому: Джорджу Хитрецу — в штаб-квартиру Клинтона

Не давайте злобному ублюдку Бушу даже притязать на то, что он может уменьшить разрыв.

Билл должен немедленно сделать что-нибудь динамичное: он получит большую прессу, если предложит за свой счет отправить Вуди Аллена на лечение от сексуальной озабоченности.

Или пригласит герцогиню[45]Йоркскую в Литтл-Рок, чтобы в дождливый день вместе побегать трусцой.

Всё правильно. Наилучшие пожелания.

— ХСТ

22 августа

Кому: Эду Тернеру/Си-эн-эн

Дорогой[46]Эд…

Ты должно быть окончательно, на хуй, спятил, если веришь, что ваш Буше-Квайловский альбатрос[47]за несколько последних дней прибавил 19 процентов в опросах общественного мнения, потому что они взмыли, как орлы, на съезде в Хьюстоне. Я потрясен этими ужасными информационными помоями, которые прямо сейчас вижу на Си-эн-эн (6:17 утра, 22 августа 1992). Буш, должно быть, гораздо быстрее Карла Льюиса, если он сегодня всего на два процента отстает от Клинтона, как нам сообщает некий сомнительный «опрос популярности», проведенный Си-би-эс и Нью-Йорк Тайме.

Откуда вы там взяли эти цифры, Эд? У Мэри Мейта-лин?

И, вообще, что это за хуйня — «опрос популярности»? И почему Чарльз Бирбауэр сообщает из Белого Дома, что Буша охватил болезненный оптимизм, когда он получил известие о том, что «отстает в опросах общественного мнения всего на 10–12 процентов»???

Упс! Вот снова появились Главные Новости, которые сообщают: «Ситуация выглядит как ничья».

Иисус! Я скажу тебе, как это выглядит с моей точки зрения, Эд: «Ситуация выглядит как классический случай пьяной журналистики, как будто какой-то чокнутый придурок, который ведет вечерние новости, окончательно спятил, когда получил, как он теперь будет вечно клясться, «чрезвычайно серьезный, совершенно секретный телефонный звонок с коммутатора Белого Дома — да, это был женский голос, довольно таки знойный».

И этот знойный голос спросил его, не хочет ли он «поговорить с мистером Бейкером».

Ещё бы, мадам! Мы с Джеймсом давно знакомы. Дьявол, я из Техаса. Я охотник за сенсациями.

«Привет, старина! Это Джеймс Бейкер из Белого Дома. У тебя есть свободная минута?»

«Конечно, сенатор! Я весь превратился в слух. Чем я могу вам сегодня помочь? Может быть, вы хотите выступить в прямом эфире?»

«Ни за что, сынок. Если дашь меня в прямом эфире, тебя заколотят как гвоздь в бревно — моргнуть не успеешь. Так что, заткнись и просто запиши цифры».

«Да, сэр! Конечно. Да. Пожалуйста, простите меня, сэр. Я просто пошутил относительно прямого эфира. Дьявол, нет. Мы никогда такого не сделаем».

«Я тоже, сынок. И я никогда не угрожаю человеку тем, что его утопят в его собственной ванной за раскрытие источника конфиденциальной, сверхсекретной информации из Белого Дома. Я мог бы пригрозить, но это было бы неправильно — так?»

«Абсолютно, сэр! Совершенно неправильно… Но вы не должны беспокоиться относительно меня, сэр. Этого звонка не было. Мы никогда не разговаривали. Просто, типа Глубокой Глотки[48]».