Книжная лавка - Синтия Суонсон

Я улыбаюсь:

– Невозможно угадать, когда дети вырастут из старой обуви.

Уже не первый раз собственные слова вызывают у меня оторопь. Откуда я знаю такие подробности?

– Сначала для юной леди…

Ричард открывает коробку и вытаскивает пару коричневых туфель с ремешком. Мисси грациозно приподнимает ножку, как Золушка, примеряющая хрустальный башмачок. Продавец надевает туфлю и застегивает ремешок. У Мисси изящные ступни, как у меня: я всегда гордилась своими ногами и считала их чуть ли не главным своим достоинством. Судя по тому, как сидят туфельки, моя воображаемая дочка пошла в меня.

Ричард нажимает на носок, нащупывая пальцы Мисси. Интересно, зачем? Мою ногу никто никогда не щупал. Ах да, наверное, проверяет, подходит ли обувь по размеру.

– Не жмут, солнышко? – спрашиваю я, пока продавец застегивает вторую туфельку.

– Нет, – отвечает Мисси, вставая на обе ноги. – Удобно!

– Пройдись немножко, – предлагает Ричард.

Мисси послушно проходит по отделу.

– Есть такая же пара черного цвета, – говорит мне Ричард.

Я качаю головой:

– Нет, коричневые лучше.

Мисси возвращается и садится рядом.

– Они мне нравятся. Можно, я и остальные примерю? Просто на всякий случай.

Улыбаюсь. Я веду себя точно так же, когда хожу по магазинам. Даже если мне понравилась первая вещь, я обязательно примерю все остальное, чтобы не упустить более удачную покупку.

Примерив еще две пары, Мисси останавливается на коричневых туфельках с ремешком. Одобрительно киваю: я бы поступила точно так же.

Теперь мы с Ричардом переключаемся на Митча. Он примеряет несколько пар ботинок на шнуровке, но заявляет, что они все неудобные. Под напряженным взглядом моего мальчика Ричард завязывает шнурки на очередной паре.

– Митч, не хочешь примерить мокасины? – предлагаю я, разглядывая витрину. – Их легко надевать и не нужно зашнуровывать.

Я улыбаюсь малышу, на лице которого читается явное облегчение.

– Хорошо, мам!

Пожалуй, быть мамой не так уж и сложно. Если что, я неплохо справлюсь с этой задачей. Немного интуиции и внимания к деталям – и дело в шляпе.

– Бетти пробьет вам чек на кассе, – говорит Ричард, когда мы выбрали все, что нужно. Он встает и собирает разбросанные коробки. – У вас славные дети, мэм. Вы можете ими гордиться.

– Я и горжусь! – с улыбкой отвечаю я.

Это правда. Меня охватывает совершенно иррациональная гордость за двух маленьких воображаемых людей.

Нахожу в сумочке чековую книжку; в верхнем левом углу каждой страницы напечатано «Ларс К. Андерссон» и «Миссис Катарина Андерссон». Выписывая чек за обувь, я неожиданно понимаю, что не знаю сегодняшней даты, поэтому просто нацарапываю несколько неразборчивых цифр.

Вырываю чек и протягиваю его Бетти, сидящей у кассы.

– Запишем покупку на ваш счет, миссис Андерссон? – уточняет она, забирая чек.

– Мой счет?

– Да, счет покупателя.

– Ах да… – Я прямо чувствую, как краснею. Разумеется, у меня есть счет в этом магазине. – Не сегодня.

Я вежливо улыбаюсь Бетти и забираю у нее чек. Прячу чековую книжку обратно в сумочку, и тут Митч тянет меня за рукав пальто.

– Мы хорошо себя вели?

– Что?

– Мы хорошо себя вели? Мы с Мисси?

– Да, очень хорошо.

Я улыбаюсь, вспоминая слова нянечки из прошлого сна: «На самом деле, у вас очень милые детишки». Конечно, они славные, по ним же видно. Что она тогда пыталась сказать?

Митч радостно подпрыгивает:

– Ура! Тогда мы пойдем, да?

Я не знаю, что он имеет в виду, и растерянно склоняю голову.

– В магазин «Игрушки Блубелл», – объясняет Мисси. – Разве ты не помнишь, мам? Ты пообещала, если мы будем хорошо себя вести в обувном, можно будет зайти в «Игрушки Блубелл». Ну, посмотреть, что там интересного.

Пообещала? Пообещала только посмотреть – или купить что-нибудь? Интересно, мы всегда покупаем игрушки, когда дети хорошо себя ведут на людях? Понятия не имею, что делать. Мне сильно не хватает Ларса, он бы помог разобраться.

– Да, обещала, – соглашаюсь я. – Бегите вперед, я за вами.

Мы спускаемся вниз на эскалаторе. Я осматриваю первый этаж в поисках книжного отдела. В «Мэй Ди-энд-эф» есть большой книжный магазин, где часто проводят встречи с писателями и презентации книг. Мы с Фридой тоже пытались устраивать такие встречи, но наша маленькая лавка не привлекает авторов – ни известных по всей стране, ни местных. В ответ на приглашения литературные агенты всегда присылают отказ, и от этого просто опускаются руки. Книжные магазины в крупных торговых центрах и газетные киоски, торгующие грошовыми изданиями, отбирают у нас куда больше покупателей, чем мелкие книжные лавки.

Сходим с эскалатора вместе с детьми и направляемся к большим дверям, ведущим в другую часть торгового центра, где находятся магазины поменьше. Я не привыкла ездить за покупками в такие места, в реальной жизни все совсем по-другому.

Около самой двери Мисси указывает на витрину с женской одеждой:

– Смотри, мам, твое платье! Ты его недавно надевала. – Она улыбается. – Ну, то есть не совсем твое. Твое сейчас дома в шкафу. Но это точно такое же, как у тебя.

Она права. На вешалке висит коралловое платье, которое я не смогла найти в «Мэй Ди-энд-эф», когда на днях ездила в город. Сейчас его переместили на распродажу.

– Ты не помнишь, когда я его купила? – спрашиваю Мисси.

– Помню! – отвечает она. – Сразу после Дня благодарения. Ты надевала его на рождественскую вечеринку у папы на работе. И когда вы ходили в гости к Нельсонам.

Я киваю, обдумывая ее слова. Платье наверняка из той коллекции праздничных нарядов, про которую мне рассказывала продавщица в реальной жизни. Если сейчас оно на распродаже, значит, мои подозрения подтвердились: в мире снов я переношусь в будущее.

Но насколько далеко в будущее? В 1963-й, на несколько месяцев вперед? Или еще дальше?

– Давайте поиграем, – предлагаю я, когда мы выходим на улицу. Воздух холодный, но солнце уже пригревает. – Вы знаете, кто сейчас президент Соединенных Штатов?

Митч и Мисси звонко хохочут.

– Конечно, знаем, мам, – отвечает Митч. – Мистер Кеннеди! У мистера и миссис Кеннеди есть маленькая дочка. И сын.

– Ты всегда говоришь, что хочешь быть светской дамой, как миссис Кеннеди! – Мисси прямо распирает от желания ответить правильно, и слова бьют из нее фонтаном.

Я качаю головой. Да уж, такие вопросы мне не помогут. Имя президента ничего не доказывает – на дворе может стоять шестьдесят третий, шестьдесят пятый или даже шестьдесят восьмой. Несмотря на напряженные отношения с Кубой и этими жуткими коммунистами, Джека Кеннеди наверняка переизберут, никто в этом не сомневается. Нельзя определить год по президенту.