Две тайны аптекаря - Ирина Трофимова

— Это просто какая-то чудовищная глупость — бояться дохлых грачей! Если тебе так нравится бояться, иди в гостиную и пугайся моего Амедея.

— Это не грач, это была ворона.

— Ты сама сказала, что она черная. Вороны не бывают черными, к твоему сведению. Они серые. Написано в детской книжке про природу, я вчера читала от скуки, не могла заснуть. Как раз перед тем как ты примчалась и окончательно меня растормошила. Черный — это ворон или грач.

— Да какая мне разница, Марта, если у меня в доме валяются мертвые птицы! И вообще… Это дурная примета.

— Дурная примета — ходить в мороз без шапки: это к менингиту. А несчастная птица, которая разбилась о твое окно, — это грязный воздух и экология. И мобильные телефоны.

— Телефоны-то тут при чем?

— При том, что от этих телефонных станций, передатчиков или как их там, от этих волн птицы теряют ориентацию в пространстве. В тебя же ночью еще кто-то влетел, ты рассказывала — вот, пожалуйста, всё живое сходит с ума.

— У тебя всегда всему есть объяснение.

— Конечно. Рациональное, заметь, объяснение. Всегда и всему.

— Ну, хорошо. Но она не была в крови. И оранжерея не разворочена, она по ней не металась. Если бы она врезалась в окно, разбила бы его, порезалась, потом упала в оранжерею, была бы в крови, металась в агонии, переколотила горшки… А она была целехонька! Как будто кто-то кинул ее ко мне в окно уже мертвую!

— Ты что, детектив? — Марта смотрела на меня как на душевнобольную. — Тогда бросай свои картины и иди в следователи. А то, я смотрю, тебе совершенно некуда девать фантазию с дедукцией. Талант пропадает. У несчастной птицы случился сердечный приступ, вот она и рухнула вниз прямо на лету. И угодила в твое окно, оно же у тебя почти в крыше. У меня с соседкой снизу случилось ровно то же самое. Рухнула, где стояла, вот тут во дворе. Почему это не могло произойти с вороной? Мы все — твари Божьи.

— К тебе самой в окна когда-нибудь падали птицы?

— Я тебе только что сказала, что у меня под окнами падали соседки. Этого недостаточно?

Мы завтракали у Марты на кухне. Она оставила меня у себя на ночь, и я всё еще не решалась идти домой. Марта пообещала пойти со мной, но для этого нужно было дождаться прихода няни.

— Можно, я залезу у тебя в Интернет? — попросила я.

— Хочешь посмотреть статистику падения ворон в окна?

— Нет, мне нужно зайти на свой сайт, проверить, нет ли сообщений.

— Хорошо, сейчас посмотрим. — Марта развернула к себе ноутбук, который стоял тут же, на кухонном столе, и продолжила: — Любой человек может сочинить и сам себе внушить кучу беспочвенных страхов. Потому что за этим он прячет собственные проблемы. Чувство вины, комплекс неполноценности… Или просто привлекает к себе внимание, потому что в детстве его недолюбила мама.

— Хочешь сказать, что у меня комплекс неполноценности? Или у меня проблемы с мамой?! Я что, придумала себе эту ворону?

— Не кипятись. Я говорю вообще, в принципе. Просто у большинства наших кошмаров на самом деле нет никаких оснований. И сильней всего напугать нас можем мы сами. Потому что накаляем ситуацию, вместо того чтобы отпустить ее, успокоиться и наслаждаться жизнью. Тебя же никто не преследует, не шлет страшных угроз, не нападает в темных переулках. Какой у тебя адрес? Что-то сайт не открывается. — Она еще раз пробежала пальцами по клавиатуре. — Ага, вроде открывается. Так вот, о чем я хотела тебе сказать… — провозгласила Марта и вдруг запнулась. Внимательно посмотрела на экран и подвинула компьютер ближе к себе, отвернув от меня монитор.