Дрессированные сучки - Виржини Депант

Я позвонила Мирей в бар — узнать, когда она заканчивает, и предупредить, что зайду за ней.

Хозяин ответил, что она больна и не работает сегодня.

Я позвонила домой, номер был занят, и я отправилась к ней пешком.

Ставни были закрыты, я постучала, и в этот момент почему-то подумала: "Чем это она вчера была занята, кого ждала?"

Жалюзи медленно поползли вверх, на полпути я нагнулась, чтобы проскользнуть внутрь, иначе никакого терпения не хватило бы.

Выпрямилась по ту сторону, уже в комнате. Это не Мирей. Я отшатнулась — смутный страх дал команду прежде, чем мозг переварил информацию.

Мой ужас заставил незнакомца улыбнуться.

— Бояться нечего — мы пока недостаточно хорошо знакомы, чтобы я на вас покусился.

Жалюзи опускались, а он насмешливо скалил зубы.

— Полагаю, ты — Луиза?

— Я пришла к Мирей, но могу…

— … можешь подождать ее, она сейчас вернется — вышла за покупками, очень рад, я — Виктор…

Тихий щелчок — жалюзи встали на место. Первая мысль при взгляде на него — "неплох", потом, как только он назвал имя, — "ага, все ясно…". Пожала ему руку (какая теплая ладонь!), произнесла:

— Мне много о вас рассказывали…

В ответ — гримаса радостного удовлетворения.

— Не слишком хорошее, надеюсь…

— Все намного сложнее. Мирей скоро вернется?

— Уже идет, садись, она будет рада тебя видеть. Вчера она говорила о тебе, пела дифирамбы. Я как раз варил кофе, хочешь чашку?

— Куда она пошла?

Я неуютно чувствовала себя в этом замкнутом пространстве с незнакомым парнем. К тому же здесь мало света. Меня поймали и принуждают, воздуха не хватает. Что за черт — никто никогда не бросался на меня с наскока, а я чего-то опасаюсь, сижу на самом краешке стула, вцепившись в сиденье руками, готовая в любой момент сорваться с места?! Умом понимаю, что ничего не случится, но успокоиться не могу, со мной всегда так. Я ждала Мирей с лихорадочным нетерпением.

Я была благодарна Виктору за то, что он не приближается, даже чашку протянул издалека, потом сел в кресло и, не глядя на меня, болтал только о Мирей:

— Она сказала, что много чего тебе наговорила, надеюсь, ты позволишь мне изложить собственную версию…

— Мне и дела нет…

Мирей вернулась. Особой радости на ее лице я не заметила, но удивлена она была очень, это точно.

Виктор не отходил от нее: так себя ведут те, кто только что сошелся или, наоборот, расходится. Его пылкость была не слишком убедительной. Он взял газеты, которые купила для него Мирей, и оставил нас одних, объявив:

— Пойду приму ванну. Луиза, ты останешься обедать?

Я согласилась, потому что идти мне было некуда, а домой я возвращаться не хотела. Когда я уходила, соседка хныкала в одиночестве, ломала вещи, рыдала, стонала.

Мирей принесла шикарной жратвы и бутылку настоящего виски. Не разбирая пакетов, свернула себе сигарету.

Десять минут на косячок, мы снова вместе, и мне хорошо.

Виктор провел в ванной больше часа — видно, прочел все газеты от корки до корки. Мирей сияла. Да-а, что бы я там себе ни думала, бабы расцветают, когда мужики ими занимаются.

Мирей предупредила — очень тихо и очень серьезно:

— Никому не говори.

Она заставила меня несколько раз поклясться, что я буду держать язык за зубами.

— Ладно, я тебе доверяю. Описала тебя Виктору и велела открыть дверь, если меня не будет. Знаю, что могу на тебя положиться.