Алфи и Джордж - Рейчел Уэллс

— Это что? — Джордж с изумлением оглянулся на меня и осторожно встал лапкой на газон.

— Трава, — ответил я. — По ней можно ходить.

— Она мягкая, пружинит и немножко мокрая! — закричал он.

Глядя на мир глазами котенка, я начинал замечать вещи, которых обычно не видел. Может быть, именно для этого заводят детей и котят? Тогда многое становится понятнее. Я ласково ему улыбнулся; он был неподражаемо мил.

— Ходить по траве очень приятно, а мокро потому, что раннее утро. Правда, еще бывает сыро, если дождь.

— Значит, она не страшная? Не такая, как купание?

Обучать Джорджа было довольно утомительно. Я смотрел, как он скачет по нашему небольшому газону. За дверь его пока выпускали только для того, чтобы он освоился в саду. Клэр и Джонатан обсуждали, не купить ли ему поводок — словно он не кот, а какая-то собака. Дурацкая идея, я и сам прекрасно за ним прослежу. Я пытался донести это до Клэр громким мяуканьем и недовольными взглядами, но, как говорит Джонатан, переспорить ее невозможно.

Джордж лег на спину и стал кататься по траве. Ему так мало было нужно для счастья — за это я его тоже очень любил. Я помнил, как мне самому достаточно было сидеть на чьих-нибудь теплых коленках или валяться на солнышке, но это наивное время закончилось безвозвратно, когда я потерял первую хозяйку. Теперь мне хотелось обеспечить простое счастье Джорджу и уберечь его от сложностей жизни. Так я понял, что и в самом деле стал отцом.

— Привет, Алфи, — раздался шепот Тигрицы. Она перепрыгнула через ограду к нам в сад.

— Тигрица! — я очень ей обрадовался.

— Я знаю, что люди могут рассердиться, но хотела тебя навестить.

— Люди не против, они знают, что мы дружим. Я думаю, они даже из дома тебя не выгонят, Снежка все время заходила внутрь.

— Ну, это другое дело. В общем, мне хотелось взглянуть на Джорджа, а еще кое-что тебе рассказать.

Джордж услышал незнакомый голос и подошел, прячась за мои лапы с некоторой опаской.

— Не бойся, Джордж. Это Тигрица, моя лучшая подруга. — Я горделиво показал ей малыша.

— Джордж, я очень рада с тобой познакомиться, — сказала Тигрица.

Джордж пролез между моих лап и очаровательно кивнул.

— Привет, — пропищал он своим милым голоском.

— Какое же ты чудо!

Тигрица подошла ближе и потерлась об него шеей. Я никогда не слышал, чтобы она разговаривала так нежно — по крайней мере, точно не со мной. А с ним не успела пробыть нескольких секунд и уже была очарована.

— Ты моя мама? — спросил Джордж. — По-моему, нет, но немножко похожа.

Тигрица посмотрела на меня, и я понял, что она, как и я, окончательно растаяла.

— Нет, Джордж, но, если хочешь, я буду помогать Алфи тебя воспитывать.

Тигрица прижалась к котенку плечом, и он радостно вытянул лапки в траву.

— А у тебя есть котята? — спросил он.

— Нет, своих никогда не было. Может, ты станешь моим котенком? — Тигрица с надеждой покосилась на меня.

— Какие тут могут быть сомнения, Тигрица? Мы все — одна семья и будем заботиться друг о друге. Я и людям это внушаю, и Джорджу начал объяснять.

— Теперь у меня есть папа и мама! — воскликнул Джордж.

Я взглянул на Тигрицу и сам не ожидал, что так расчувствуюсь.

— Вот и славно, Джордж. Значит, когда тебе разрешат больше гулять, я вместе с Алфи помогу тебе освоиться на Эдгар-Роуд и познакомлю со здешними кошками. А если захочешь, свожу на охоту, — Тигрица была непривычно оживлена. — Ах, сколько мы всего переделаем!

Джордж вприпрыжку кинулся на другой конец сада и принялся там скакать, потому что увидел низко пролетевшую птицу.

— Думаешь, он станет охотиться? — спросил я подругу.

— Для кошек это естественно, Алфи. Если ты никудышный охотник, это не значит, что малыш не захочет попробовать, — поддразнила меня Тигрица.

— Дело не в умении. Мне было неприятно, даже когда приходилось ловить еду, чтобы с голоду не умереть. Я вообще это не люблю, поэтому Джорджу повезло, что ты составишь ему компанию.

— Мяв! — Джордж попытался влезть на куст и, разумеется, свалился на собственный хвост, да к тому же вывалялся в лепестках.

Мы с Тигрицей снисходительно улыбнулись и не стали помогать ему подняться. Я бы бежал к нему всякий раз, как он падает, но он должен был сам научиться правильно приземляться.