Развод - Майк Гейл

18.45

Мы с соседями по дому сидим в гостиной, слушаем музыкальные записи и играем с Диско. Она уже стала членом семьи, и нам всем очень нравится покупать для нее в магазине, что на углу, еду, игрушки и всякие разности, необходимые в кошачьей жизни. В благодарность за нашу заботу и любовь Диско веселит и развлекает нас, переворачиваясь на полу через спинку, принимая воинственные позы при виде незнакомых предметов, карабкаясь по занавескам в гостиной на такую высоту, что мы бросаемся снимать ее, и, конечно же, как и все кошки, она обожает играть с клубком шерсти. Когда я приготовилась встать и вынуть ее игрушки из мешочка, лежащего на кухонном столе, в дверь неожиданно постучали.

— Мы кого-нибудь ждем? — обращаюсь я к девушкам. — Если кто-то должен прийти, то я одета не для гостей.

Все отрицательно качают головами. Очень часто бойфренд одной из девушек заявляется к нам без предупреждений и предварительных звонков, что, в общем-то, не обязательно, если я хотя бы наполовину одета подобающим образом, в противном случае это уже неприятный инцидент. Сейчас я одета как раз неподобающим образом. На мне практически все то же, что и в тот пятничный вечер, когда я пошла в «Блокбастер», в том числе и резинка, которой я стянула волосы в хвост. Единственное, что отличает сегодняшний наряд от того пятничного, так это огромное пятно томатного соуса, пролившегося из банки с консервированными бобами на грудь моей блузы с капюшоном.

— Пожалуй, лучше пойти посмотреть, кто это, — говорю я. — Но кто бы ни стоял там за дверью, я его не впущу, ладно?

Подойдя к двери, я смотрю в глазок и, к своему удивлению, вижу стоящего на крыльце Джима. Когда я открываю дверь, то удивляюсь вновь, чувствуя пряный запах индийских кушаний, исходящий от коричневого бумажного пакета, который он держит в руках.

— Привет, — встречаю я его широченной улыбкой, пытаясь тем самым отвлечь его внимание от моего затрапезного вида.

— Привет, — отвечает Джим. — На твоем лице я без труда могу прочесть то, о чем ты хочешь меня спросить, а именно: что мне нужно? Просто дело в том, что я хочу пораньше провести наше свидание, назначенное на вечер понедельника.

— Свидание на вечер понедельника?

— Ты же в курсе, что сейчас все можно получить в предварительно упакованном виде, — продолжает он, — что они сейчас даже свидания упаковывают в коробки. — Джим смотрит на сверток, который держит в руках. — Хотя это скорее пакет, чем коробка. Пакет с ужином для двоих и видеофильмом.

— Все равно я никак не пойму, в чем дело.

— Послушай, — говорит он. — Мне вообще-то следовало все объяснить тебе по телефону. Я не могу в понедельник прийти на свидание. — И начинает подробнейшим образом излагать мне свою длиннющую и запутанную теорию о свиданиях, которые происходят по понедельникам. — Вот почему, — говорит он в заключение, — я стою здесь, на твоем пороге, явившись на свидание на двадцать четыре часа раньше назначенного срока. Мы не подумали и выбрали неподходящий момент для начала новых отношений, но мы же не хотим, чтобы они плохо закончились, верно ведь?

— Конечно нет, — отвечаю я со смехом. — Конечно не хотим.

Итак, после многословных и красноречивых извинений перед моими соседками, мы с Джимом усаживаемся в гостиной на зеленую, обитую велюром софу, на которой и происходит наше первое свидание. Мы едим цыпленка с йогуртом, помидорами и специями, овощной плов и мягкий пшеничный хлеб, который откусываем от одного ломтя. Тарелки стоят у нас на коленях. Во время еды мы играем с Диско, и ужин наш затягивается до той поры, пока все не ложатся спать.

23.55

— Ну а теперь что будем делать? — спрашиваю я Джима.

В доме стоит мертвая тишина, а мы все еще сидим в неудобных позах на софе.

— Не знаю, — мнется Джим.

— Можем поговорить, — предлагаю я.

— О чем же ты хочешь поговорить?

— Я очень рада, что ты пришел сегодня вечером. Я понимаю, что вела себя не совсем правильно, когда это произошло между нами.

— В этом нет ничего необычного. Нам потребуется… — он сделал паузу, соображая что-то, — долгое время, чтобы привыкнуть друг к другу.

Я смеюсь:

— Понятно, но я-то хотела сказать, что несмотря на все мои старания отшить тебя…

— …а их было ох как много…

— …я рада, что они не увенчались успехом.

— Ну а почему ты все-таки пыталась меня отшить? Ты всегда так поступаешь в подобных ситуациях? И Деймону тоже пришлось здорово потрудиться или ты только для меня придумала этот особый тест?

— Если не считать того случая на дискотеке первокурсников, когда я решила, что ты просто псих, то отношения, которые существовали между нами, можно охарактеризовать примерно так: чем больше и чем дольше тебе кто-то нравится, тем меньше остается надежды на то, что отношения когда-либо станут другими. И ведь так оно и есть, нам потребовалось довольно много времени, чтобы сделать их такими, какие они сейчас.

— На это ушло много времени, — говорит Джим, — но дело того стоит.

Понедельник, 1 марта 1993 года

7.33

Утром я просыпаюсь рядом с Джимом. Делаю ему несколько тостов, он идет через дорогу к себе, чтобы принять душ и переодеться. Через десять минут он возвращается, и мы вместе идем к автобусу, чтобы ехать в город.

13.22

Магазин звукозаписи «Революшн», в котором работаю я, и книжный магазин, где работает Элисон, расположены в разных концах центра города. Но, несмотря на это, во время обеденного перерыва я топаю в Кенуэй, чтобы пообщаться с ней хотя бы четверть часа. В конце концов мне нужно галопом бежать обратно, так что прощай обед. Чтобы не умереть с голоду, мне приходится вторую половину рабочего дня довольствоваться тремя чашками кофе и пакетом чипсов.

18.20

Джим встречает меня после работы, и мы заходим в погребок что-нибудь выпить. Джим так голоден, что возвращается от стойки с двумя кружками светлого пива и пятью пакетами поджаренного арахиса. Потом я веду его к себе и кормлю: он съедает пять тостов и две банки консервированных бобов.

Вторник, 2 марта 1993 года

7.30

Я предлагаю Элисон позвонить на работу и сказать, что ей нездоровится. Элисон решает, что прикинется простуженной с сильным насморком и ознобом, что, по ее мнению, может перейти в пневмонию. Я также звоню к себе на службу и плету историю о том, что отравился, съев что-то нехорошее, а чтобы окончательно убедить своего босса в истинности своего бедственного положения, не жалея красок, описываю, как меня буквально фонтанами несет с обоих концов. Отзвонившись, мы снова ложимся в постель и спим так долго, что пропускаем дневной показ телесериала «Соседи».