Две тайны аптекаря - Ирина Трофимова

И тут раздался звонок. Аптекарь резко переменился в лице, быстро поднялся и вышел из комнаты. Через минуту он вернулся.

— Я очень прошу извинить меня, но мне нужно открыть дверь. Это немного странно, потому что обычно ко мне никто не приходит без звонка. Но я должен посмотреть, кто там.

— Конечно, конечно, — кивнула я, и он снова скрылся в коридоре, а я потянулась за конфетой, предвкушая удовольствие.

Как странно устроен наш организм: еще несколько минут назад меня била дрожь, а теперь я с наслаждением уписывала сладости и не думала ни о чем дурном. За окном разливалось весеннее тепло, а из глубины дома доносились голоса. В одном из них я четко узнавала ровные интонации Аптекаря, но вот второй голос был далеко не так спокоен. Сначала мне показалось, что они ссорятся, но потом я услышала, что собеседник Аптекаря о чем-то его просит. «Невозможно», «отчаянно», «пожалуйста»… Слова долетали до меня урывками. Я вспомнила совет Аптекаря не докапываться до сути и взялась за новое пирожное, но тут в дверях комнаты возник сам Аптекарь.

— Мне весьма неловко… — тихо сказал он. — Но я вынужден просить вас уйти. Это очень срочное дело.

— Хорошо, — легко согласилась я. — Я уже и так собиралась ехать. Спасибо за сладости, было очень вкусно.

Я поднялась с дивана и подняла с пола сумку. Аптекарь взял меня под локоть и вдруг буквально потащил в сторону, противоположную двери.

— Вам придется уйти через черный ход. Простите, мне очень неловко, но мои клиенты должны оставаться инкогнито. Это тоже условие. Их никто не должен видеть. Не бойтесь, вы сейчас выйдете в сад, там тропинка. Дом лучше обойти справа.

— Как-то у вас всё очень строго поставлено. Даже не верится, что вы лечите только мигрени, пристрастия и зависимости…

— Еще раз простите, я непременно перезвоню вам!

«Ничего себе, — подумала я. — Не слишком ли часто меня выставляют из этого дома без предупреждения?» До шоссе надо было добираться по узкой проселочной дороге, я ехала медленно и размышляла о том, что произошло. Фотография, разговор с Аптекарем, его странный клиент… Главное, что страх отступил, и я снова могла нормально соображать. Не случилось никакой катастрофы, завтра наступит новый день, а потом я пойду на свидание с Марком. Я включила погромче радио и открыла окно. Когда я уже выезжала на шоссе, мимо меня на огромной скорости пронеслась машина. И я как будто ее узнала.

Следующий день начался со звонка Марты.

— Хочешь заказ? — выдала она сразу, не дав мне даже секунды на то, чтобы сказать «алло». Я давно привыкла к ее манере — моя подруга с такой жадностью относилась к своему бесценному времени, что считала преступлением убивать его на лишние политесы.

— Привет. Что за заказ?

— Заказ шоколадный, — с упоением пропела она. — Просто шоколадно-брильянтовый. И даже шоколадно-брильянтово-сливочный. Я бы не раздумывала ни секунды, бери без подробностей, я плохого не посоветую, ты меня знаешь.

Я знала. Для Марты всё подчинялось правилу: «Или самое лучшее, или ничего».

— Кто заказчик? Видимо, не музей. Есть хозяин?

— Хозяин есть. Он же хозяин моего Амедея. Который Отважный, — добавила она после паузы.

— Я помню, орден Чертополоха.

— Ага, он самый, — подтвердила Марта. — Так вот, его хозяину понадобилось подчистить картину. Освежить. Лак потемнел, вещь старенькая. То, что ты любишь. И не только старенькая, но и особенная. Деньги — не вопрос, хозяин не бедствует.

— Надо сначала посмотреть. Вообще-то у меня сейчас полно работы. — Я тут же вспомнила, что на моей совести теперь еще и портрет, который оставил Марк.

— Ты нормальная? — поинтересовалась Марта. — Я же тебе сказала, что заказ шоколадный. Всё остальное можно подвинуть. Записывай телефон.

Дискуссии и аргументы не помогли бы, поэтому я просто взяла ручку и записала номер.

— Позвони ему прямо сейчас. Его зовут Александр. Скажи, что ты от меня. И не забудь, в субботу бассейн!

Разумеется, поговорить с Александром лично мне не удалось. После того как десяток секретарей и помощников внимательно выслушали меня, по очереди переключая друг на друга, мне, наконец, была назначена встреча в офисе компании, куда и пообещали привезти картину сегодня же к вечеру. В приемной меня встретил личный ассистент, который проводил в комнату, устланную мягкими коврами и залитую мягким правильным светом, где я смогла посмотреть свою будущую работу.

Марта оказалась тысячу раз права. Я в жизни не видела более милой королевской охоты с гончими. Прекрасная работа, отличный мазок, старый известный мастер, динамика, азарт и адреналин, но при этом картина излучала удивительное веселье и спокойствие. Чудесная вещица для дома — хоть пару веков назад, хоть сейчас — забава детишкам, утеха тщеславию отца семейства, красивое пятно в интерьере на радость глазу хозяйки. Все документы и реставрационные паспорта были в идеальном порядке. Я спросила, где я смогу работать, но оказалось, что Марта успела настолько сильно заверить всех в моей компетенции и благонадежности, что мне позволили забрать картину в мастерскую. Разумеется, после подписания всех бумаг и соблюдения формальностей. Я немного засомневалась, учитывая более чем высокую стоимость картины, но охранная система в моей мастерской позволяла работать с такими ценностями. Картину пообещали доставить завтра, и весь вечер я провела в прекрасном настроении — от предвкушения интересной работы, свидания с Марком и еще чего-то хорошего. Странно, но я чувствовала себя так легко, будто не было никаких странных сообщений, угрожающих фотографий и исчезнувших шедевров.

Райские птицы умны, веселы и кокетливы. Они знают, насколько красивы и сколько опасности в их красоте. Райские птицы — бродячие птицы, то летят к берегам, то назад, в глубь лесов, чувствуя поспевание дивных древесных плодов. В беспрерывном движении живут эти птицы и иначе не могут, иначе не жизнь им. Летят с ветки на ветку, с дерева к дереву, никогда и нигде не бывая подолгу и питаясь небесной росой. Обман и ловушка — райские птицы. Люди слабы и не в силах оторвать от них взгляда. «Шэк-шэк», — кричат райские птицы, таинственны и коварны. Никто никогда не видел ни гнезда их, ни кладки яиц. Период любви у них может зависеть только от ветра монсуна. Им всё равно, зима или лето. Танцуя, не видят они никого, не чувствуют, как скоро станут добычей, как близка к ним опасность. Распускают прекрасные перья, и вот уже будто не птица танцует, а огромная хризантема.

Райские птицы живут в одиночку, редко — верными парами. Но всю жизнь ищут ее, свою пару.

Бархатистые перья, смарагды и пурпур… Веселые нимфы в воздушном море… Хрупкие… Легкие… Берегись, райская птица, берегись… Прячь голову под крыло, бойся…