Моя судьба - Саша Канес

Я не верю в чудеса. Знаю, что чудес не бывает. Но Господь дал нам в утешение компенсацию — случайность! И что касается лично моей жизни, то случайность играла в ней всегда столь большую роль, что, положа руку на сердце, я несомненно признаю участие в своей судьбе некоей сверхъестественной силы, помогающей мне выживать и двигаться куда-то вперед, порой даже вопреки собственной воле. Я действительно встретилась с пожилым брахманом Лалитом Чатурвэди, причем задолго до того момента, когда, по логике вещей, на то должен был представиться шанс.

Манго Сингх пробыл в Москве только три дня. На четвертый день мы вместе с ним уже улетали ночным рейсом Аэрофлота, следующим из Шереметьева-2 в Дели. Я поставила маму перед фактом своей командировки, отправила Лешу с Евпатием в вологодскую глушь и позвонила Оле. Я поймала ее как раз в больнице, откуда они с родителями забирали в это время Леню. Через три недели они должны были приехать в Москву к тому самому специалисту по сломанным позвоночникам, и я попробовала настоять, чтобы они остановились у меня. Но Оля смогла меня все же убедить, что для Лени слишком тяжело будет ездить из загородного поселка в центр города на приемы и на процедуры. А кроме того, он будет крайне неловко чувствовать себя у меня дома в своем нынешнем состоянии. Единственное, в чем мне удалось проявить непоколебимую твердость, — я сняла для них два номера люкс в гостинице «Украина» рядом с легендарной клиникой и прикрепила к ним служебную машину, которая будет дежурить в ожидании указаний двадцать четыре часа в сутки на протяжении всего времени их пребывания в Москве. Я попросила Олю поднести трубку к Лениному уху и крикнула в телефон, что люблю его. Мне страшно хотелось, чтобы он ответил так же, но, видимо, смущенный присутствием людей, он только шепнул мне «Спасибо!» и как-то по-особенному тепло и радостно рассмеялся. После этого разговора я, сама не знаю почему, долго плакала.

В Шереметьево-2 мы с Манго Сингхом приехали за два с лишним часа до вылета — Ленинградское шоссе вечно ремонтировали, и я боялась пробок. Но в этот день их почему-то не было, и вся дорога заняла не более сорока минут. Мы быстро прошли регистрацию и пограничный контроль в VIP-зале, после чего проследовали в зал для пассажиров первого класса. К моему удивлению, народу было полно, в основном бизнесмены, следующие транзитом через Москву из Европы на Восток или в обратную сторону. Все столики в зале для некурящих пассажиров были заняты, и мы с Манго Сингхом заглянули на всякий случай в соседнее помещение. Зал для курящих оказался тоже битком забит, но за ближайшим к выходу столиком сидел только один человек с сигарой в зубах и стаканом в руке. Я вспомнила показанную мне Чертковым фотографию и по реакции Манго Сингха поняла, что это действительно не кто иной, как сам Лалит Чатурвэди! Господин Сингх, безусловно, не знал о том, что Чертков настоятельно предложил мне при возможности познакомиться с этим человеком, и все в очередной раз произошло исключительно благодаря случайному стечению обстоятельств.

Манго Сингх остановился возле Лалита, прижал свои маленькие ручки к сердцу и застрекотал на родном языке. Каждый раз после нескольких фраз он низко наклонял голову в громоздкой чалме. Лалит слушал и в ответ на глубокие поклоны маленького человечка слегка наклонял голову и ослепительно улыбался. Наконец господин Сингх закончил свой длинный панегирик и ухватился за свободную от стакана руку Лалита Чатурвэди с явным намерением ее поцеловать. Но тот не дал ему этого сделать. Поставив стакан на стол, господин Чатурвэди взял левой рукой правую руку Манго Сингха и пожал ее. Манго Сингх при этом трепетал, и в глазах его стояли слезы восторга.