Бумеранги жизни - Абрам Хаит

В один из дней, уже перед окончанием рабочего дня, Владимир, попросив разрешения, вошёл в кабинет Нины. Он доложил ей о состоянии изучения материалов дела, которое в ближайшее время должно было рассматриваться в Арбитражном суде. Она спросила:

– Все ли необходимые документы предоставил поручитель?

Владимир сказал, что еще кое-что недостает, но обещают завтра все доставить, и спросил:

– Вы не собираетесь домой?

– Нет, мне надо еще немного поработать. До завтра.

Он тоже попрощался, и Нине показалось, что он еще что-то хочет сказать, но не решается, а она не стала продолжать разговор. Владимир вышел из кабинета.

Работа бюро протекала в обычном режиме, но и Нина, и Владимир, ничего не говоря друг другу, чувствовали, что в отношениях между ними что-то назревает. Даже себе они, особенно Нина, старались в этом не признаваться. Она понимала, что Владимир неспроста старается прейти к ней на доклад перед самым концом рабочего дня, когда остальные работники уже начинают готовиться к уходу домой. Так повторялось неоднократно, когда ему действительно надо было о чем-то доложить или получить указание. Зайдя к ней в очередной раз и доложив по делу, он вдруг спросил:

– Нина, простите, но у вас кто-нибудь есть?

Она, опешив от, как ей показалось, наглости вопроса, спросила:

– Вы о чем?

– О том, о чем вы подумали.

С улыбкой посмотрев на него, она, как будто ей это неизвестно, спросила:

– Владимир, вам сколько лет?

– 28. Ну и что?

– А то, что вы мне почти как старший сын.

Он что-то пытался возразить, но она дала понять, что разговор окончен, решительно сказав ему:

– До свидания.

Они расстались. Когда Владимир ушел, Нина вдруг с грустью подумала, что она одинока. Тут же себя поправила – есть любимый сын, друзья, коллеги по работе. Поймала себя на мысли, есть ли у нее право думать, что она одинока, не грешит ли она перед богом. Прекрасно понимая, что это и то, о чем подумала после ухода Владимира, совсем не одно и то же, попыталась ухватиться за эту мысль. Ей хотелось, думая о сыне и всех доброжелательных людях, в окружении которых она находится, отогнать от себя тревожные мысли о своем одиночестве. Но это оказалось не очень легко выполнимым желанием. Нина слышала о разных причинах женского одиночества, но никогда не рассматривала их применительно к себе. Сейчас ей захотелось проанализировать эти причины, насколько они свойственны положению, в котором находится она. В ее жизни не было причин, чтобы объяснить одиночество издержками воспитания, в отношениях родителей не было намека на то, что мужчины опасны, что они плохо относятся к женщинам, а поэтому спокойнее быть одной и не связываться с ними. В ее нынешнем положении, она даже мысленно не допускала, что ею интересуются не как привлекательной женщиной, а как женщиной успешной в бизнесе. Подумала – это тоже серьезный мотив, который при определенных обстоятельствах толкает женщину к одиночеству. Правда, каждый раз задумываясь об этом, она вспоминала о неудачном замужестве, закончившимся разводом с мужем. Но Нина старалась отогнать от себя любые опасения, связанные с тем, что если вдруг повторно выйдет замуж, может вновь быть покинута. Испытать новое разочарование в жизни будет невыносимо. Думая об известных ей многих причинах женского одиночества, Нина пришла к выводу – несмотря ни на что, ей в своей личной жизни еще не поздно что-то менять, поэтому не надо отчаиваться. Такое настроение придавало ей силы для выполнения немалых нагрузок по работе, всех обязанностей в семье и продолжения делать все необходимое, чтобы оставаться привлекательной женщиной. Тем не менее она всячески пыталась себя убедить в том, что не может себе позволить хоть чем-то проявить свое небезразличное отношение к знакам внимания, проявляемым к ней Владимиром. И потому, что он значительно моложе, и потому, что он ее подчиненный. Но, видимо, неслучайно появилось изречение «что человек предполагает, а бог располагает». При всем желании, быть полностью уверенной в том, что в этом вопросе все зависит только от ее взглядов и убеждений, она не могла.