Полчасика для Сократа - Иван Краус

Всадники на лошадях с лицами, закрытыми платками, догнали наконец дилижанс.

— Руки вверх! — приказал один из них.

Как только кучер подчинился, бандиты открыли дверцы дилижанса и схватили добычу.

Это был мешок, набитый банкнотами.

— Сто тысяч долларов, — захихикал довольно главарь банды, садясь на коня.

Я переключил на другой канал.

Полицейская машина как раз настигла гангстеров в каких-то доках. Инспектор привычным движением достал из машины и открыл черный дипломат.

— Двести пятьдесят тысяч долларов, — заявил он с улыбкой спеца, умеющего с одного взгляда определить сумму.

Я снова переключил.

Сердитый похититель звонил из автомата, смешно меняя голос. Хрипя, он требовал три четверти миллиона долларов за освобождение жены бизнесмена. Бизнесмен в это время лежал в постели с юной любовницей. Что удивительно, платить за жену он не отказался. В итоге они сошлись на полумиллионе.

Теперь телевизор переключила жена.

Мужчина целовался с блондинкой. Под аккомпанемент скрипки. Наконец-то романтический фильм. Вдруг блондинка, оставив поцелуи, сообщила любимому, что у нее для него новость. К сожалению, от Джона.

— Сколько? — нервно спросил любимый.

— Миллион, — вздохнула хрупкая блондинка, словно это ей предстояло тащить такую тяжесть.

Я переключил на другой канал.

Двое мужчин в политкорректном телесоставе (один белый, один черный) сидели в машине в каком-то гараже над открытыми кейсами. Две секунды понадобилось им, чтобы прийти к одному и тому же выводу: у них в руках миллион. После чего оба закатились типичным смехом веселых сериальных грабителей.

— Тот белый похитил ребенка, — сообщила жена.

— Когда?

— На прошлой неделе. Сразу после детской передачи.

— По-моему, ты путаешь его с тем гангстером, который ограбил гостиницу.

— Где?

— В Сан-Франциско.

— А на каком канале?

— Уже не помню, — сказал я.

И подумал, что все могло быть куда проще, если бы каждый канал держал свой криминал в одном городе.

Еще я заметил, что ковбои довольствуются меньшими суммами, чем их коллеги в городах. Жену это не удивило. В городе квартплата выше. А еще бензин, парковки, гараж. У городских грабителей расходы побольше, чем у тех, кто нередко ночует в чистом поле и передвигается на краденых лошадях.

Она была, как всегда, права.

В этот момент на экране возникли инопланетяне. Одеты они были так, как будто пришли на аэробику. Земные же космонавты из Голливуда напоминали советские агитплакаты: капитан был белый, первый помощник неф, а на кнопки нажимала китаянка. Когда, успешно распилив инопланетный корабль лазерной пушкой, они стали обниматься, я переключил на другой канал.

Джордж только-только потопил свою яхту. Она ушла на дно вместе с женой. Мстительно отсмеявшись, он позвонил в страховую компанию и потребовал возмещения ущерба. Интересно, что за судно он просил больше, чем за супругу.

Жену это удивило.

У Джорджа, естественно, была любовница. На момент кораблекрушения она обеспечивала себе алиби в горах. Приехав к ней, Джордж сообщил, что все прошло по плану. За яхту он затребовал три четверти миллиона, за жену половину.

Любовницу удивило, почему за жену он получит меньше, чем за яхту.

— Вот видишь? — сказала жена, согласившись, как ни странно, с любовницей.

Я переключил на новости.

Дикторша сообщила, что были украдены четыре картины Пикассо стоимостью три миллиона евро.

— А почему не в долларах? — недоумевала жена.

— Потому что кража произошла на Лазурном Берегу, — ответил я, доставая карманный калькулятор.

Следующая информация о контрабанде кокаина на сумму десять миллионов тоже была дана в евро. Я не успел перевести это в доллары и поэтому поддержал жену. Принимая во внимание, что мы регулярно и в срок платим за телевидение, не мешало бы ему пойти нам навстречу и объявлять суммы в новостях в той валюте, к которой мы давно привыкли в сериалах. Кроме того, за нефть на мировом рынке и выкуп гангстерам платят тоже долларами.

Не говоря уже о том, что евро представляется не такой уж твердой валютой.