Собиратели ракушек - Розамунда Пилчер

Середина июня, лето в разгаре. Ранняя и теплая весна оправдала всеобщие ожидания, перейдя в жаркое лето. Вся страна наслаждалась накатившей на нее жарой. Оливия была на верху блаженства. Ей доставляло огромное удовольствие выходить на залитые солнцем раскаленные лондонские улицы, видеть толпы легко, по-летнему одетых туристов, полосатые зонтики возле пивных баров над столиками, выставленными прямо на тротуар, влюбленных, лежавших обнявшись на газонах парков в тени деревьев. Казалось, ты где-нибудь за границей. Но если другие от жары делались вялыми, Оливия становилась только бодрее и энергичнее. Мисс Килинг была в своей стихии — деятельная, как никогда, с головой погруженная в работу над своим журналом.

Она была рада, что любимое дело, отнимающее массу времени, помогло ей оправиться и хотя бы на время выкинуть из головы мысли о недавних событиях и семейных делах. С тех пор как похоронили Пенелопу, она не виделась ни с Нэнси, ни с Ноэлем, хотя время от времени звонила им по телефону. «Подмор Тэтч» был продан в мгновение ока и за огромную сумму, которая не снилась Ноэлю в самых радужных снах. После продажи с аукциона находившихся в нем вещей Данус и Антония уехали. Данус купил старенький мамин «вольво», они сложили туда свои скромные пожитки и отправились на запад искать участок земли для небольшого тепличного хозяйства. Перед отъездом они позвонили Оливии попрощаться, но с тех пор прошел уже месяц, и от них не было никаких вестей.

Утром во вторник она сидела за письменным столом у себя в кабинете. В журнале появился новый редактор, молодая женщина, ведущая раздел моды, и Оливия читала гранки ее первой статьи. «Лучший аксессуар вашего костюма — это вы». Очень неплохо. Бьет прямо в точку. «Забудьте о шарфах, серьгах и шляпах. Сосредоточьтесь на собственных глазах, цвете лица и коже, визитной карточке вашего здоровья…»

Загудел аппарат селекторной связи. Не отрываясь от гранок, Оливия нажала кнопку.

— Да?

— Мисс Килинг, — сказала ее секретарша. — Вам звонят из города. Некая Антония. Соединить вас?

Антония. Оливия помедлила, обдумывая ответ. Антония ушла из ее жизни, обосновавшись где-то на западе. Почему она так неожиданно позвонила? О чем желает поговорить? Оливии не хотелось отрываться от дела. Надо же выбрать такое неподходящее время для звонка! Она вздохнула, сняла очки и откинулась на стуле.

— Ладно, соедините меня с ней. — Она сняла трубку.

— Оливия? — Раздался знакомый молодой голос.

— Ты где?

— В Лондоне. Оливия, я знаю, что ты безумно занята, но все же не можем ли мы где-нибудь встретиться в обеденный перерыв?

— Сегодня? — Оливия не могла скрыть ужаса и смятения. Сегодняшний день был до отказа забит встречами, к тому же она планировала, что на обед никуда не пойдет, а перекусит бутербродами прямо за рабочим столом. — Это называется: «свалиться как снег на голову».

— Я знаю. Прости меня, ради бога, но для меня это так важно! Пожалуйста, скажи «да», если есть хоть какая-то возможность.

В голосе Антонии слышалась настоятельная просьба, почти мольба. Что, черт возьми, у нее могло случиться? Очень неохотно Оливия взяла свой календарь с расписанием встреч. В половине двенадцатого встреча с председателем, потом в два совещание с руководителем отдела рекламы.

Она мгновенно произвела несложные подсчеты. У председателя она вряд ли задержится больше чем на час, но тогда не останется…

— Оливия, пожалуйста, прошу тебя…

Скрепя сердце она сдалась:

— Ну ладно. Но времени у нас будет мало. В два я должна быть на работе.

— Оливия, ты просто чудо!

— Где мы встретимся?

— Где тебе удобно?

— Тогда в «Кетнерс».

— Я закажу столик.

— Нет уж, я сама об этом позабочусь. — Ей вовсе не хотелось сидеть за каким-нибудь неприметным столиком возле кухни. — Я попрошу секретаря заказать нам столик. Значит, ровно в час, и не опаздывай.

— Ни в коем случае.

— Антония, а где Данус?

Но Антония уже повесила трубку.

Такси медленно пробиралось по запруженным полуденным улицам, поминутно останавливаясь. Сидящую в нем Оливию томило смутное беспокойство. Судя по голосу, Антония была немного взволнована, и Оливии трудно было предугадать, что сулит ей эта встреча. Она старалась представить себе, что ее ожидает. Видела мысленным взором, как входит в ресторан и идет к ожидающей ее Антонии, одетой, как всегда, в поношенные джинсы и хлопчатобумажную рубашку. В этом дорогом ресторане, традиционном месте встреч состоятельных бизнесменов, она будет совершенно не к месту. «Для меня это так важно!» Что такого важного могло произойти у Антонии, что она решила посягнуть на час ее бесценного времени и так просила о встрече, что невозможно было отказать? Трудно поверить, что у них с Данусом что-то не заладилось, но всегда лучше приготовиться к худшему. Мало ли какие возникают непредвиденные обстоятельства. Может быть, им не удалось найти подходящий участок земли для выращивания капусты, и возможно, Антония хочет обсудить какой-то новый план. Или они нашли участок, но им не нравится дом, и она хочет попросить Оливию поехать с ней в Девоншир взглянуть на него и высказать свое мнение. Или Антония ждет ребенка. Или они пришли к выводу, что между ними нет ничего общего, жить вместе они не хотят и решили расстаться.

Только не это, подумала про себя Оливия, и сердце ее сжалось от страха.

Такси остановилось у дверей ресторана. Она вышла из машины, расплатилась с шофером, пересекла тротуар и вошла внутрь. В зале, как обычно, было много народу, шумно и оживленно. В воздухе витали дивные запахи изысканных блюд, свежемолотого кофе и дорогих сигар. Состоятельные бизнесмены обступили стойку бара, а неподалеку за небольшим столиком сидела Антония. Но она была не одна; рядом с ней — Данус. Оливия узнала их не сразу, потому что привыкла видеть в удобной повседневной одежде, а на этот раз они были разодеты в пух и прах. Блестящие волосы Антонии были собраны на затылке и уложены в пучок, на ней были серьги тети Этель и восхитительное платье, голубое с крупными белыми цветами, как на веджвудском фарфоре. Волосы Дануса были причесаны волосок к волоску, и весь он был ухоженный, как скаковая лошадь перед скачками; на нем был безупречно сшитый темно-серый костюм, которому позавидовал бы даже Ноэль Килинг. Они были сногсшибательны — молодые, богатые, счастливые. И очень красивые.