Сердце в опилках - Владимир Кулаков

…Сегодня Пашка успел все дела завершить как можно быстрее. Внутри него всё нетерпеливо зудело. Впереди ждала жонглёрская репетиция! Он дорожил этими недолгими минутами, что ему выделяли Комиссаровы. Он впитывал каждое сказанное слово, совет, замечание, чтобы потом, на конюшне, довести это до совершенства. Как истинный жонглёр, Пашка «ловил всё на лету». Он освоил жонглирование пятью мячами за какой-то месяц. Комиссаровы и все остальные цирковые смотрели на него как на феномена.

— Месяц? Да ладно, не «гоните»! — не верили и удивлялись те, кто в этом хоть что-то понимал.

У Пашки была природная постановка рук и корпуса. Володе Комиссарову не пришлось долго возиться и объяснять: «где» «что» и «как» должно быть у настоящего жонглёра. Ученик мгновенно соображал, как и когда кисть «открыть» или наоборот «закрыть». Реакция и координация у Пашки были вообще потрясающие, которые не часто встретишь и у профессионалов, не говоря уже о «простых» людях. Короче, он удивил всех и себя в том числе.

Каждый день, как только находилась свободная минутка, он репетировал подаренными мячиками и сделанными Захарычем булавами. Совсем недавно у Пашки появились и настоящие жонглёрские кольца…

…На манеже сегодня Комиссаровы репетировали одни. Рыжовы «сачковали», Родыгин тягал штангу в спортзале. Было тихо и спокойно. Люба увидела Пашку.

— Привет! Минут через десять Вовка тобой займётся, мы скоро закончим.

Они пробовали новый трюк. Володя пытался выбрасывать вверх три булавы, успеть сделать сальто, поймать их и, не останавливаясь, перейти на парное жонглирование. Люба никак не могла сообразить, когда ей вступать. Она то опаздывала, то начинала бросать слишком рано. Булавы сталкивались и беспомощно падали на манеж.

— Любань! Чуть пораньше! Видишь я начинаю приземляться — бросай!..

Володя сделал сальто. Не успев ещё толком стать на ноги и поймать свои булавы, получил от жены «подарок» — её булавы полетели точно в него. Первую, которая неслась ему в лицо, он успел отбить левой рукой, другую — правой ногой. Третья булава, на полной крутке, «передала привет» от Любы — точно в пах! Владимир охнул, согнулся и сел на колени…

— Люба, мать твою… «ЧБ», у нас же с тобой ещё нет детей!.. — сдавленным голосом напомнил тот своей жене, катаясь по манежу.

— Да ладно, Комиссаров, проблема! Если что — вон Пашка поможет! — Люба кивнула в сторону их «ученика» и подмигнула. Тот встревоженно наблюдал за происходящим на манеже, ожидая «грозу».

Володя, поприседав и стерев невольно выступивший пот со лба, начал потихоньку приходить в себя.

— А ещё говорят, что жонглирование не опасный жанр! Пашка, подумай, может лучше в джигиты? — Комиссаров с лёгкой укоризной поглядывал на жену. Та продолжала бессердечно улыбаться, как будто ничего не произошло.

— Пашка, не слушай его! Там шею свернуть — на раз! А тут… — Люба ослепительно улыбнулась и… накапала очередную порцию женского яда мужу: — Варежку не разевай и тогда не будет проблемы с детьми!..

— Всё, закончили на сегодня! Сейчас дух переведу и займёмся тобой. — «травмированный» кивнул Пашке. — Ты пока кисти разомни, да мячики побросай. А я ещё поработаю.

Люба-«ЧБ» сделала всем воздушный поцелуй, собрала реквизит и пошла переодеваться в гардеробную. Володя сел на барьер и стал качать пресс…