Про любоff/on - Оксана Робски

– Да, клево. Даже не верится, Даш. Неужели все это сомной происходит?

– Конечно, с тобой! С кем же еще, если не с тобой? Ятак за тебя рада! Родителям будешь звонить?

– Да ну их. Пока не буду. После свадьбы позвоню.

– Не пригласишь?

– Чтобы они меня опозорили там?

Я пошла в магазин и купила книжку «Мы ждем ребенка». Ритеподарю. Все беременные любят читать книги про беременность. И журналы. Хорошийбизнес – конкуренция отсутствует. Покупается все.

Я сама с удовольствием полистала книгу.

Теперь Рите надо начинать правильно питаться. Интересно, онасразу переедет к КБУ или какое-то время я смогу о ней заботиться сама?

Рита переехала к КБУ сразу. И попросила больше не называтьего КБУ. Он, конечно, и Коротенький, и Богатенький, и Умник, но теперь самоеглавное, что он – отец ее будущего ребенка. Я согласилась с этим аргументом идала слово называть его Костей.

Восьмое марта Влад решил провести со мной. Я была не против.Я так ему и сказала.

– Я могу рассчитывать на еще один воздушный поцелуй вподарок? – поинтересовался он. – Ты мне ничего не подарила надвадцать третье февраля!

– А я – на еще одного Серого волка в мою коллекцию?

– В коллекцию? И большая она у тебя?

– Пока нет. Но я бы хотела ее пополнить. И кстати,двадцать третьего февраля мы не виделись.

– А ты все помнишь? Приятно. Надеюсь, мне не придетсяждать тебя полчаса в машине?

– Произнеси правильно слово «брюзжать»: вместо «з» и«ж» – два «ж».

– Брюжжать. Это намек?

– Так же произносятся «дожди» и «дождливый» – «дожжи» и«дожжливый».

– Ты неисправима.

– Надеюсь, ты – исправим. Так что повторяй.

– Так что повторяй.

– Влад!

– Влад!

– Ладно, до вечера.

– Ладно, до вечера.

Я не спросила, куда мы идем.

Я надела брюки от нового костюма и черную водолазку. Может,надеть блузку, которую мы покупали под этот наряд? Но я и так все время в нейхожу. Лучше водолазку. И шпильки.

Я посмотрела на себя в зеркало и осталась довольна тем, какя выгляжу.

Надеюсь, мы пойдем вдвоем в ресторан. Зажжем свечи и будемболтать.

А если он опять повезет меня к любительницам Remy Martin напалочке?

Я посмотрела на свое отражение глазами Лады и расстроилась.Водолазка явно смотрится слишком просто.

Рита сказала, что в «Mere» начались распродажи. Если вседелать очень быстро – то я успею.

Я достала из холодильника огромную суповую кость, которуюспециально купила к этому дню, и отдала ее Терминатору.

– С Восьмым марта тебя, девочка моя!

Девочка бросилась на кость, рыча и лая.

– Терминатор, с праздником! – Я сделала еще однупопытку, и, кажется, в этот раз собака благодарно улыбнулась мне.

В «Mere» я выбрала потрясающе бирюзовый свитер, расшитыйголубыми пайетками. Даже после скидки он стоил больше, чем я собираласьпотратить, но я решила, что сэкономлю на чем-нибудь другом.

В этом свитере я буду лучше всех. Интересно, а эти девушки,собираясь на вечеринки друг к другу, волнуются так же, как я? Или идут спокойнои уверенно?

Неужели возможно чувствовать себя спокойно, собираясьвстретиться хотя бы с одной из них?

Влад ждал меня в машине. Мы ехали в гости к его друзьям. Моюмечту о романтическом вечере вытеснила суровая реальность – Владу приятнообщаться с себе подобными.

Друзья Влада жили в огромном доме за городом. На верандестоял мангал, на котором жарили шашлыки. Все сидели за деревянным столом,уставленным тарелками с едой. На столике у стены тянулся длинный ряд напитков.

Все девушки были одеты в разноцветные пуховики и меховыесапожки. На шпильках была я одна. В свитере, расшитом пайетками, я выгляделатак, будто сбежала сюда с премьеры в Большом театре. Мое лицо навернякавыражало раскаяние в этом импульсивном поступке.

Тосты были за женщин и за Восьмое марта. И за мужчин, безкоторых Восьмое марта не имело бы никакого смысла.

Свиной шашлык показался мне очень вкусным, и я тихо спросилау хозяйки рецепт маринада.

– Я попрошу, чтобы вам записали, когда вы соберетесьуходить.

– Спасибо. Но я бы и так запомнила…

Красное вино, гранатовый сок, несколько специй – ядействительно запомню. Можно дома замариновать мясо и испечь в духовке. И накормитьбеременную Риту.

Хозяин дома только что приехал с юга Франции. Он веселорассказывал про то, как, покончив с делами, решил остаться на пару днейпорыбачить.

– Подхожу на ресепшн, говорю – организуйте мне рыбалку.Чтобы все было окей. Этот козел протягивает мне два листочка. На одномзаписан телефон, где взять яхту, на другом – где купить снасти.

– Вот урод! – возмутилась моя соседка слева.

– Представляете? Я ему говорю: ты не понял, я не хочу никудазвонить, я заплачу, сколько надо – организуйте мне все. А он опять: вот вам двателефона…

– И чем закончилось? – спросил Влад.

– Чем? Я, конечно, закипаю… Говорю ему: да не буду яникуда звонить! Ору уже, конечно. А он так спокойненько, с улыбочкой протягиваетруку, забирает у меня свои листочки и говорит: «Месье, только что вы лишилисьпрекрасной возможности купить уникальные французские удочки!»

Я смеялась вместе со всеми.

– Жена еле удержала меня! Я уже был в броске за этустойку!

– Ужас! Я думала, он его убьет там! – подтвердилахозяйка дома.

Мне нравилось есть шашлык, пить красное вино и слушатьсмешные истории.

В десять вечера был фейерверк. Все кричали и хлопали.

Хозяин дома был настолько пьян, что от одной из петардпытался прикурить сигару.

Когда я сказала, что у меня есть тост, Влад посмотрел наменя с любопытством. Наверное, потому, что это было первое, что я громкосказала за весь вечер.

– За фейерверк! – произнесла я. Все протянули комне свои бокалы, и почти каждый повторил за мной: «За фейерверк!»

Когда закончилось красное вино, мы стали пить граппу. Этобыл первый раз, когда я пробовала граппу. И надеюсь, что последний.

К чаю был торт «Наполеон».

– Вы потрясающе готовите торты! – похвалила яхозяйку. Она расхохоталась.

– Я потрясающе умею их выбирать! На рынке!