Про любоff/on - Оксана Робски

Рита уехала на Мальдивы на десять дней.

Теперь я сама гуляла с Терминатором. Она прыгала по сугробамна своих коротеньких ножках и рычала от удовольствия.

Интересно, хорошо быть собакой? Когда тебя любят просто зато, что ты есть. Какая бы ужасная ты ни была. А ты отвечаешь преданностью. Исчастливой тебя делает малейшее проявление благодарности за эту самуюпреданность. Например, одно слово, брошенное на ходу: «Молодец». И ты ужеулыбаешься. Как Терминатор.

Наверное, именно у нее я этому и научилась. Каждый взгляд икаждое слово Влада, обращенное ко мне, вызывает у меня улыбку.

– Даш, можно я буду немножко вредничать? Ты проси менячто-нибудь повторить, а я взамен буду требовать поцелуй!

В моем телефоне он теперь так и записан: «Вредина».

У них с Ладой нет детей. Когда-то давно она сделала аборт, иоперация прошла неудачно. С тех пор она не может забеременеть. Влад чувствуетсвою вину тоже, поэтому не может ее бросить.

И наверное, никогда не бросит.

Я не хочу об этом думать, но думаю.

Наверное, все женщины – эгоистки. Но я ведь никому не желаюзла. Даже наоборот.

Хотя, конечно, сложно представить, чтобы мы жили втроем – я,Влад и Лада.

Неужели я такая типичная женщина – месяц знакомства, а ядумаю о том, как сделать перестановку в его квартире!

Как они живут без детей?

У Влада началась предвыборная кампания. Мы виделись реже.Его речь стала намного правильней.

Рита вернулась со своих островов. Счастливая и загорелая.

Она сказала, что Мальдивы – единственное место на Земле, гдене нужен отрывной календарь.

Там она посещала SPA и теперь сыпала словечками типа «массажшиатсу», «водорослевое обертывание» и «тритмент», что переводится как«процедура».

Во Всемирный день гражданской обороны, то есть на третийдень Масленицы, Рита узнала, что беременна.

Она позвонила мне из маленького дворика нашей поликлиники. Ябыла в институте. Мне надо было дописывать кандидатскую. Скоро защита.

– Даша, я беременна, четыре недели, – проговорилаРита сквозь слезы.

– Беременна?… – Я как будто поставила кассету с новымфильмом. Про другие миры. Любопытство, ожидание и беспокойство одновременно.

– Я в ужасе! – рыдала Рита.

– Ты звонила Косте? – осторожно спросила я.

– Нет!… Думаешь, позвонить?

– Не знаю. Не плачь, пожалуйста.

Рита продолжала всхлипывать.

– Тебе сначала надо определиться. Ты хочешь ребенка?Рит, это очень серьезно…

– Да я понимаю! – Рита почти успокоилась и толькоиногда хлюпала носом.

– Хочешь выйти замуж за КБУ и родить емуребенка? – настаивала я.

– Замуж? Вообще-то он мне не предлагал…

– Предложит!

– Я хочу, Даш! Но только я не знаю…

– Все! Звони ему! Только без слез, а очень дажерадостно.

– Ладно, – Рита говорила уже совсем спокойно.Трудно было поверить, что всего минуту назад рыдания заглушали слова.

Я посмотрела в окно. Моя подруга – беременна. И все вокругмне стало казаться беременным тоже. Погода забеременела летом. Капли с крыш –это токсикоз. Яркое, но пока еще холодное солнце – это намечающийся животик.Улыбки прохожих – это счастье родителей.

Рита не перезванивала. Я набрала ее номер.

– Ну, что? Что он сказал?

– Сказал: здорово.

– Здорово? Но он рад? Он счастлив? – Я почтикричала.

– Не знаю… – Счастлива была Рита. – Но он сказал:здорово. Он на переговорах. Наверное, сделает мне предложение?

– Конечно! Вот клево, Ритка!