Лимб - Юлия Лим

Еще с детства у Язвы выработалась привычка: получила пятерку, выиграла приз, заняла первое место – бегом хвастаться папочке! Вот и сейчас, пройдя собеседование на первую в жизни работу, она приехала на кладбище, чтобы поговорить с памятником.

– Знаешь, я теперь взрослая девочка, – сообщила Язва, вглядываясь в лицо отца: квадратное, с морщинами и залысинами, с глубоко посаженными глазами и оттопыренными ушами. Он шутил: мол, как у такого тролля, как он, могла родиться принцесса?

– Пройду медосмотр, устроюсь в кафе, и твоя Олеся мне больше слова сказать не сможет! – Язва обиженно надула губы. – Зачем ты оставил меня с ней? Ты же знал, что я никогда не назову ее мамой…

Могила не ответила. Язва послала фотографии воздушный поцелуй.

– Я приеду еще. Расскажу о людях и о первой зарплате. Привезу тебе конфеты. Не скучай без меня, слышишь? – Она собиралась уйти, когда заметила, что могила убрана.

Мысль об Олесе, приходившей сюда, испортила Ярославе настроение. Мачеха всюду преследовала ее. Язва вернулась к мотоциклу и уехала.

В шестнадцать лет отец привел ее на уроки вождения. Ездить она научилась, а вот теорию провалила. Тогда отец решил, что повторно она сдаст на права в восемнадцать. С тех пор ссоры в доме не утихали. Язва каталась по ночным улицам, а Олеся и отец ругали ее. Говорили, что ее поймают и оштрафуют, а в худшем случае – отберут мотоцикл. И, как любой упрямый подросток, Язва раз за разом нарушала установленные правила.

* * *

В поликлинике было много народа, и Ярослава пожалела, что не приехала пораньше. Она заняла очередь к терапевту, как и группа пожилых женщин до нее.

«Ох уж эти дебильные порядки! Почему я не могу пойти сразу туда, куда мне надо?» – заскучав, Язва вытащила мобильник, запустила незамысловатую головоломку: составляла разноцветные камни в ряд, набирала очки, проходила уровень за уровнем.

Из коридора доносились голоса. Язва не различала слов, пока они не приблизились.

– Я уже сказала: если тебе больно, пей таблетки! – крикнул кто-то.

Язва и старушки посмотрели в сторону, откуда исходил голос. Им обладала ухоженная женщина в дорогой куртке. Она тряхнула головой, и золотые серьги заметались из стороны в сторону. Заметив настороженные взгляды, она положила руку на плечо высокому тощему парню. Его скулы свело от напряжения, руки сжимались и разжимались. Язва заметила на его лице усталость: полуоткрытые глаза, приоткрытые губы, бледная кожа и отсутствующий взгляд.

– Больше не заставляй меня краснеть. – Женщина спешно пошла к выходу, цокая каблуками.

Парень проводил ее взглядом, измученно посмотрел на Язву, но будто не заметил ее. Он ушел, оставив о себе жалостливое впечатление.

«Что с этими двумя не так?» – подумала Язва. Телефон в руке запиликал.

– Да?

– Где ты? – спросила мачеха.

– В поликлинике.

– С тобой все в порядке?! – голос Олеси зазвучал громче. На Язву покосились сидящие рядом старушки и тут же зашушукались.

– Не кричи. Я прохожу медосмотр.

– Разве в школе не…

– Это не для школы. Я на работу устроилась. Не дергай меня. – Язва повесила трубку.

– Эка молодежь пошла, как с мамами разговаривают! – возмутилась одна из очереди.

– Она мне не мама, – огрызнулась Язва, – а мачеха. Не знаете, в чем дело, – не лезьте!

Остаток дня она выслушивала в свой адрес комплименты местного серпентария. Когда наконец настала ее очередь, Ярослава влетела в кабинет. Терапевт выписала ей список специалистов и дала несколько рекомендаций. Покивав, Язва заняла место в следующей очереди.