Любовь в каждой строчке - Кэт Кроули

Я уверена, что больше не люблю Генри, и испытываю большое облегчение по этому поводу. Он пахнет так же, как и прежде, – мятой, кедром и немножко старыми книгами. Говорит тоже по-прежнему – мягко и с юмором. Но я больше не хочу целовать его, касаться волос. Исцелилась.

Это у него-то неудачная неделя? Пока иду от бара к сцене, размышляю. По-настоящему неудачная неделя, Генри, заканчивается смертью. Не знаю, что случилось у тебя, но, если никто не умер, неделя была не такой уж плохой.

На сцене Лола и Хироко. Чтобы отвлечься от Генри, сосредоточенно слушаю их музыку. Они играют кавер-версию Cat Power «Good Woman». Лола однажды исполняла ее для меня в бабушкином гараже. Сейчас она играет еще лучше, чем раньше. Делаю фото и посылаю Роуз. Маме тоже, стараясь при этом не думать, как она там одна на берегу. Отключаю мобильник и погружаюсь в музыку. Ору вместе со всеми, когда Лола исполняет соло. Вокруг так громко, что думать просто невозможно.

Первая часть концерта заканчивается, Лола и Хироко спускаются со сцены. Лола хватает мою бутылку с водой и жадно пьет, потом возвращает ее мне.

– Спасибо, – благодарю я.

– Не за что, – отвечает Лола и показывает на бар. – Генри пьет.

– Сказал, неделя неудачная.

– Эми его бросила, а они должны были ехать за границу. Причем сама она где-то здесь, с Грегом Смитом.

– Эми его бросила? – переспрашиваю я.

– Ну это периодически бывает, – говорит Хироко, и Лола кивает.

– Нам еще играть, – предупреждает Лола, – а ты последи за ним. Если, конечно, все еще хочешь, чтобы я тебя простила.

Я снова иду к бару, но, когда подхожу, Генри там не обнаруживаю. Наконец замечаю, что он плетется к Эми и Грегу.

– Кажется, Шекспиру может понадобиться помощь. – Из-за барной стойки кто-то протягивает мне руку. – Меня зовут Катя.

– Рэйчел.

– Я знаю. Шекспир рассказывал, как сильно скучает по тебе, – говорит она, передразнивая пальцами бесконечно болтающего Генри.

Мне приятно, что он скучал. Приятно, что рассказывал об этом Кате.

– Она ему не подходит, – продолжает Катя, а Генри тем временем что-то мямлит, стоя перед Эми. – Он хороший парень. Когда-то занимался со мной английским бесплатно.

Да, Генри хороший. Правда, безнадежно влюблен в девушку, которая мне не очень нравится. Струсил три года назад. Но помимо того, что он растерялся, когда я объяснилась ему в любви, вообще-то ни разу меня не подвел.

Грег толкает его. Эми таращится на беспомощного Генри, но помогать не собирается. «Вставай, – думаю я. – Встань и уходи. Он лежит. Много выпил».

Не давая себе передумать, решаюсь. Он ужасно тяжелый, к тому же и не пытается встать. Пробую еще раз – не двигается. Грег и его друзья смеются, я наклоняюсь и говорю тихо, чтобы услышал только Генри: «Хочешь, чтобы она вернулась? Тогда не будь посмешищем».

Он хмурится, но поднимается, опираясь на мое плечо. Помогаю ему добраться до стула, дальше идти он не может. Оглядываюсь по сторонам в поисках того, кто поможет довести его до дома. Лоле и Хироко еще долго играть. К Эми я обращаться не собираюсь – я решила ее не замечать. Много времени миновало с того разговора в туалете, с последней ночи перед концом света. С тех пор, как я любила Генри. Меня теперь не касается, выглядит он из-за нее идиотом или нет. Но она вдруг подходит и говорит:

– У тебя красивая стрижка.

Много времени миновало, но у меня еще есть что сказать. Комплимент я пока оставляю без внимания – плевать на ее мнение. Перехожу сразу к главному:

– Ты многим нравишься, Эми, но для Генри ты не годишься. Ты никогда ему не подходила.

– Тебя здесь не было, – защищается она, – откуда тебе знать?

«Подходящий Генри человек не оставил бы его лежать на полу», – думаю я, но говорю лишь:

– Я знаю.

– Он тебе все еще нравится, – улыбается она, но это не вызывает у меня злости. И обиды не вызывает. Слова мимо цели.

– Он мой лучший друг. С сегодняшнего дня я работаю в книжном, так что буду за ним приглядывать.

Оборачиваюсь, чтобы поднять Генри и отвезти домой, но его уже нет на стуле.

Несколько раз обхожу клуб в поисках Генри. Кое-кто из школы меня узнает и останавливает, чтобы поболтать. Эмили, Азиза и Бет спрашивают, где я учусь. Я не рассказываю о проваленных экзаменах, потому что это неизбежно приведет к разговору о более печальных событиях. Не хотела бы я говорить о Кэле, перекрикивая музыку в клубе. Поэтому просто отвечаю, что взяла академический: хочу скопить денег. Но я поступила в университет и собираюсь изучать биологию морской среды. А у них все по плану: Эмили изучает звезды, Азиза интересуется экологическим законодательством, а Бет учится на факультете естественных наук и подумывает о медицине.

Прежде чем разговор заходит слишком далеко, я говорю, что ищу Генри. Но девочки его не видели, и потому я иду дальше. Иду быстро, избегая всех, кого узнаю, всех, кто оглядывается на меня. Через полчаса сдаюсь – наверное, он ушел домой. Захожу в женский туалет помыть руки и вдруг слышу, как в последней кабинке кто-то пьяным голосом читает стихи. Открываю дверь – Генри. Лежит на полу, голова между стеной и унитазом.

– Рэйчел, ну что ты в самом деле? У меня тут личное дело.

Сажусь на корточки.

– Хочешь, дам совет насчет личных дел? Не занимайся ими в женском туалете.

– В женском? – переспрашивает он.

– Что, дополнительные приспособления тебе ни о чем не говорят?

Он приподнимает голову и, щурясь, смотрит в противоположный угол.

– Это не почтовый ящик?

– Нет, Генри, не почтовый ящик, – говорю я, безуспешно пытаясь его поднять.

– Оставь меня здесь. Я умер.

– Генри, ты жив.

– Да, ты права. Но умереть – лучший выход. Эми с Грегом Смитом. Любовь всей моей жизни прямо сейчас целуется с болваном.

– Генри, если любовь всей твоей жизни целуется с болваном, возможно, пришло время пересмотреть свое отношение к ней.

Он едва заметно кивает. Берет меня за руку и с трудом встает. Мы немного отдыхаем, держась друг за друга, чтобы он поймал равновесие.

– От тебя пахнет яблоками…

– Генри, прекрати меня обнюхивать.

– От Эми слегка пахнет лимоном. Когда мы целовались…

– Тебе не обязательно разговаривать. Меня вполне устраивает тишина, – перебиваю я, и мы выходим из туалета.

– Иди отоспись, Шекспир! – кричит Катя, когда мы проходим мимо, а Генри машет ей рукой.

Эми наблюдает за нами с другого конца бара. Он не видит. Лола писала, что Эми начинает больше проявлять к Генри интерес, как только рядом с ним появляется девушка.