Драная юбка - Ребекка Годфри

Я курила сигареты с начинающими наркоманками из восьмого класса на аллее Маунт-Нарк. Ты клево выглядишь, сказала одна. Ее зубные пластинки сверкали на солнце. Подруга, где ты раздобыла это пальто? Я могла бы похвастаться, но уже решила вытравить из памяти последние сутки своей жизни. Я бы не смогла пойти на урок ботаники и изучать капиллярную систему герани, если бы продолжала думать о Китаянке на коленях и о том, как я целовала того мужика в губы. Я хотела стать школьницей хотя бы на несколько часов, пока не успокоюсь. У меня сдали нервы.

К моему великому сожалению, ботанику отменили. В спортивном зале проводили сборище, чтобы завести толпу перед матчем: «Бараны» против «Устриц Дубового залива». На самом деле они называются по-другому. Прошу прощения, но я забыла название команды противников.

Я пошла в спортивный зал, стараясь не упасть, потому что пол был скользким, а каблуки высокими. Я растрепала грязные пряди волос, чтоб они прикрывали мои покрасневшие глаза.

В это время Тиффани Чэмберлен пыталась встать на Ванессу Кларк: девицы из группы поддержки формировали живую пирамиду из фиолетового и голубого. Раз, два, три, четыре, пять. Кого мы будем обожать? Баранов! Баранов! Баранов!

Я готова с вами поделиться одним разве что: на последних рядах случилось «происшествие».

Если хотите подробностей, можете разыскать их в моем деле. Мне что-то не хочется сейчас об этом распространяться.

После «происшествия» меня вызвали в учительскую и прочитали лекцию о моем непристойном виде и о том, что неплохо было бы мне посетить курсы по управлению гневом. Мое дело разукрасили комментариями.

Телефон в отцовском доме не отвечает. Местопребывание матери не установлено.

За одиннадцать дней до выпуска я решила бросить школу.

Моя жизнь складывается так, что я не соберусь и не сделаю карьеры. И зачем мне диплом? Мне было глубоко наплевать.

Я пошла в лес.

Я вернулась в лес, чтобы разыскать Маргарет Хейл.

Я присела на тихой полянке, положила голову на сырой мшистый камень. Серые облака пробегали по заходящему солнцу.

Курсы по управлению гневом – какая жалкая пародия. Маки Холландер ежедневно избивает слабых мальчишек. Заталкивает в раздевалки, засовывает головой в унитаз и смывает, а они ревут.

Потаскуха, обратился он ко мне, едва я зашла в спортивный зал. Эй, шлюшка, пойди и покажи Маки свой прекрасный зад.

Если теряешь контроль, прийти в себя потом очень трудно.

Сдай нож, приказал директор Дэйв Лок, или тебе запрещено показываться на территории школы. По правде говоря, не слишком заманчивое предложение.

В данный момент мой нож был все еще со мной, и когда я услышала, как кто-то крошит ветки сапожищами, я взяла нож наизготовку.

Брайс выглядел довольно дебильно, помахивая головой в такт воображаемой песне.

Здорово, Снежная Королева, сказал он как ни в чем не бывало. Я сузила глаза и посмотрела на него уничтожающе. Длинное серебристое лезвие торчало, будто стрелка компаса.

Он даже не заметил моего ножа. Просто сел на камень надо мной, вынул пластиковый пакетик и скрутил косяк. А вот и он, такой знакомый запах травы.

Мне так хотелось спросить: Ну что, сколько девочек ты изнасиловал за последнее время? – но я сдержалась.

Вместо этого я пристально смотрела на него, поигрывая ножом, в надежде, что он занервничает и задергается. Но он, с заторможенной улыбкой идиота на лице, пытался вспомнить вчерашний смешной анекдот. Брайс отрастил невразумительные усики, по его щекам ползли дорожки прыщей. Трудно понять, почему я когда-то нервничала и затихала в его присутствии.

Ты какая-то перевозбужденная, сказал он, растягивая слово вооооозбужденнааааааааайааааааааа. Это звучало, как в плохом фильме о серферах.

Я засунула нож обратно за голенище. С таким же успехом у меня мог быть и мачете – Брайс слишком обдолбался и не замечал ничего, кроме того, что я не улыбалась.

А где Маргарет? поинтересовалась я.

Он сидел в паре футов от меня, и я протянула руку. В шутку я дернула за потрепанные отвороты его джинсов.

Брайс, я только что ударила ножом Маки Холландера.

Ну да, а я только что выеб Надю Команечи.

С каких пор он стал материться?

Ты и мухи не обидишь, сказал он. Ты слишком застенчивая.

Застенчивая? Ну какая угодно, только не застенчивая. Просто я не хотела с ним разговаривать, он скучен, ему нечего сказать. У него красные слезящиеся глаза, и внезапно мне стало интересно, каким он будет в сорок лет. Станет таким, как Дирк Уоллес? За кого бы я вышла замуж? За Дирка или Брайса? Ни один из них не входил в список моих избранников, но у меня плыли мозги, я думала о самых неожиданных вещах.

Хочешь травы? спросил Брайс. Ты перевозбужденааааааааа, я вижу.

Разгневанная, перевозбужденная, какая разница? Разговор с директором Лок разбудил во мне кулачки – я чувствовала их, тысячи кулачков, стучащих прямо под упругой кожей.

Мистер Лок попросил меня извиниться перед Маки. Он глянул на меня, как на прокаженную, изучил мое дело и прочитал мне лекцию, которая звучала приблизительно так:

Сара, можно понять, откуда у тебя антисоциальные наклонности, если принимать во внимание, что ты жила в Таком Месте. Но сейчас ты можешь стать членом Нормального Общества. Если хочешь и дальше учиться в этой школе, ты должна продемонстрировать свою ответственность. Из записей мистера Клейна я вижу, что ты была прилежной студенткой, а твой парень оказывал на тебя дурное влияние. Кстати, с Дином я тоже побеседую.

Когда он свалил все на Дина, я пробормотала «отъебись».

Вот тогда-то он и посоветовал курсы по управлению гневом. С 4:30 до 6:00 в Клубе для Мальчишек и Девчонок.

Управление гневом – даже сама фраза смешила меня. Будто гневом, как счетом в банке или небольшим бизнесом, можно управлять. Засуньте эту фурию сюда, пускай семьдесят дней накапливаются проценты. Да, отъебитесь.