За морем - Беатрис Уильямс

Хорошо хоть со мною был Холландер, который в процессе работы над книгой несколько раз бывал в этих местах. Поскольку от начала и до конца биография Эшфорда была проникнута духом восхищения, нынешние хозяева с удовольствием принимали у себя профессора, предоставляли нужные ему бумаги и любезно водили по имению.

— Кладбище чуть в стороне от нахоженной дороги, — сказал мне Холландер. — Вам не помешает это знать.

— И мы можем туда попасть? Просто войти на территорию поместья и пробраться до кладбища?

— Ну, права гуляющих в этих краях яростно отстаиваются. К тому же кто о том узнает? — пожал плечами профессор. — Сам дом отсюда чуть ли не в миле, и в данный момент в резиденции живет только почтенная вдова. Ее сын предпочитает проводить время в Лондоне, наслаждаясь обществом моделей, как поговаривают, — сообщил Холандер, причем в его тоне как-то не звучало особого осуждения.

— А сын ее кто? Племянник Джулиана?

— Да, отдаленный. Съезд вот здесь, — указал он на едва приметный отворот влево.

— Вы серьезно? — Я вырулила неуклюжий «Фиат» на проселок.

— Это же не главная дорога к поместью. Просто один из подъездных путей.

— Вот ч-черт… — процедила я, сосредоточившись на том, как не засесть в одну из бесчисленных зверских ухабин, испещряющих наш путь. — Надеюсь, вы хорошо знаете дорогу.

— Милая барышня, — вскинулся профессор, — я ведь большую часть жизни занимался изысканиями, касающимися вашего супруга и его современников.

Я удивленно крутила головой, оглядывая окрестности. Казалось, в этих местах совсем недавно прошел сильный дождь: размокшая грязь немилосердно налипала на покрышки, изрядно замедляя движение, да и коричневые поля по сторонам дороги, явно свежевспаханные, были унылы и мокры.

— Все это хозяйственные угодья Эшфордов, — рассеянно прокомментировал профессор. — Возделываются исключительно для нужд поместья, без участия каких-либо арендаторов. Ближе к концу дороги начинается территория парка.

Вглядевшись вперед, я увидела густую рощу со все еще по-летнему пышной зеленой листвой, окаймлявшую склон холма. Несколько капель дождя усеяли лобовое стекло, и я тут же запустила «дворники», чтобы их вытереть.

— Лучше так, чем ливень, — пробормотала я.

Еще некоторое время мы тряслись по грязи и ухабам, насколько у меня хватило храбрости в этой до смешного слабосильной машинке. Сейчас-то я понимала, что, арендуя автомобиль, должна была настоять на своем и потребовать что-нибудь получше. Просто я совсем еще не привыкла быть миллиардершей. Мне, наверное, следовало, разозлившись, сделать пару зловещих звонков, помахать у них перед носом своей обсидианово-черной кредиткой и запросить «Рейндж Ровер». Или, на худой конец, купить себе этот чертов «Рейндж Ровер». О чем я только думала! Ведь на кону — жизнь Джулиана!

— Откуда нам знать, что они добрались этим же путем? — спросила я Холландера. — Вдруг мы не увидим там следов от их колес?

— Они вполне могли подъехать и другой дорогой, с противоположной стороны поместья. — Профессор тоже напряженно всматривался вперед, пытаясь заметить какие-либо признаки присутствия людей.

Я снова утерла щетками стекло. Справа от меня по полю беспокойно протрусили несколько овец. Может, чувствовали приближение нового ливня?

— Долго еще ехать? Я ничего не вижу, кроме деревьев.

— Даже не знаю, — вздохнул профессор. — Я уж сколько лет тут не был. Наверно, две-три сотни ярдов. А затем еще добрых полмили пешком через парк.

— И никто нас тут не заловит?

— Понятия не имею! — взорвался вдруг Холландер. — Я не в курсе нынешнего состояния! Может, они наняли лесника, кто знает!

Я закрыла рот и молча поехала дальше, до самого конца проселка. Там, припарковавшись у забора, выскочила из машины. Взглянула на часы. Около двух часов дня!

— Куда дальше? Быстрее! — заторопила я Холландера, поскальзываясь на размокшем слое грязи.

По плащу легонько застучали капли дождя, с каждой минутой становившегося сильнее. Я вскинула голову к свинцово-серому небу с грозными пятнами темных туч и подняла воротник. Этого мне сейчас и не хватало — всех прелестей британской погоды.

Углядев впереди в ограде перелаз, я заспешила к нему, оскальзываясь на глинистой дороге и слыша, как пыхтит следом за мной профессор.

— Давайте-ка, — протянула я ему руку, чтобы помочь перебраться на ту сторону забора.

Его высокая неуклюжая фигура с трудом преодолела ступеньки перелаза, едва ничего не поломав. И тут же резкий порыв ветра стегнул мне по щекам дождем.

— Как бы нас тут не прижучили, — забеспокоилась я. — Думаю, лучше поспешить.

От перелаза тянулась узкая тропинка, и мы заторопились по ней вверх по холму в сторону скопления деревьев.

— Тропа в итоге упирается в озеро, — тяжело отдуваясь, сообщил Холландер, — а кладбище как раз у самого берега — между скалистым выступом и водой. Из-за верхушки холма его отсюда не видно.

— Вы как? — спросила я Холландера, стараясь не поддаваться панике.

Профессор уже порядком выдохся: он брел вверх по тропе со скоростью не больше трех миль в час. У меня же чуть мышцы не лопались от прилива энергии и адреналина. И все благодаря пробежкам с Джулианом и прочим нашим тренировкам. Сейчас мне хотелось бежать, лететь вперед!

— Ничего, нормально. Вы идите вперед, я догоню.

— Я не могу вас тут оставить…

— Со мной все хорошо! — шумно выдохнул он. — Лучше его найдите! — нетерпеливо махнул он рукой, отсылая меня прочь.

— Ладно. Тогда побегу вперед, посмотрю, что там. Если что увижу — крикну.

В этот момент я даже не представляла, чего мне ожидать. Мне вдруг показалось, шанс на то, что они здесь, слишком уж мал. Ведь мы с Холландером вычислили это место, всего лишь исходя из того факта, что самолет Джулиана прибыл в Манчестер.

Да и что нам делать, черт возьми, если мы и впрямь их тут увидим?

«Доверься мне. Отправляйся домой и жди меня».

Увидев меня здесь, Джулиан страшно разозлится. Если, конечно, еще жив.

Я трусцой устремилась вперед по тропе, уверенно ступая по камням и грязи, мимо дрожавших на ветру деревьев, роняющих мне на волосы крупные капли. От усилившегося ветра незастегнутый плащ отчаянно заколыхался, так что я даже сунула руку во внутренний карман проверить, на месте ли жемчуг.

Перевалив гребень холма, я перешла на шаг, старательно оглядывая открывшуюся снизу местность. Склон впереди обрывался каменистым уступом, вдоль которого и вилась вниз тропа, после чего ныряла к пологому подножью, завершаясь на заросшем травой озерном берегу.

«И где, интересно, тут кладбище?» — озадаченно подумала я.

Передо мной виднелось лишь окаймленное деревьями и зелеными лужайками озеро, от непогоды серое и подернутое рябью. Я снова прибавила ходу, заскользив по тропе вдоль самого уступа, — и внезапно кладбище открылось моему взору примерно в четверти мили справа, притулившееся под каменным карнизом: всего два-три коротеньких рядка скромных мраморных надгробий, окруженных белой оградой по пояс высотой.