Незримые фурии сердца - Джон Бойн

– Дурной знак. Наверное, вы были очень несчастливы в браке.

– Не так чтобы очень.

– Тогда почему развелись?

– По-моему, вас это не касается.

– Не будьте таким колючим, все мы тут друзья.

– Но мы-то с вами вроде бы не приятели.

– Станем, когда я изменю вашу жизнь.

– Наверное, зря мы затеяли этот разговор, – сказал я.

– Вовсе не зря. Не волнуйтесь, Сесил. То есть Сирил. Значит, вы в разводе. Я вас не осуждаю.

– Вы очень добры.

– Ничего, если я спрошу, встречаетесь ли вы с кем-нибудь?

– Ничего.

– Ну и?..

– Что?

– Встречаетесь?

– В романтическом смысле?

– Да.

– А что, вы в меня влюбились?

– Не дождетесь! – рассмеялась дама. – Все-таки я депутат, а вы простой библиотекарь. И потом, у меня муж и трое детей, которые учатся на врача, юриста и физрука. В смысле, каждый по отдельности.

– Я понял.

– Ну так что?

– Что – что?

– С кем-нибудь встречаетесь?

– Нет.

– Так я и думала.

– Что вас заставило?

– Чего заставило?

– Что вас заставило думать, будто я ни с кем не встречаюсь?

– Потому что я вас ни с кем не видела.

– Понятно. Но вряд я кого-нибудь приведу к себе на работу, чтобы слегка развлечься за книжными полками.

– Ну вы даете! – Дама расхохоталась, словно ничего смешнее в жизни не слышала. – Ах вы проказник!

– Мы же все тут друзья.

– Верно. Ладно, к делу, Сесил.

– Сирил.

– Вот почему я расспрашиваю. У меня есть сестра. Чудесная женщина.

– Не сомневаюсь.

– Несколько лет назад мужа ее насмерть сбил автобус.

– Вон как. Печально.

– Нет-нет, не поймите превратно, – затрясла головой дама, – автобус не государственный, частник.

– Ясно.

– Мгновенная смерть.

– Бедняга.

– Знаете, он всегда жаловался на здоровье, а мы не обращали внимания. И вот нате вам, а?

– Да уж.

– Поминки устроили в «Шелбурне».

– Там у меня была свадьба.

– Сейчас не об этом. Ваше прошлое – ваше личное дело.

– Приятно, что вы не допытываетесь.

– Значит, сестра овдовела и теперь ищет хорошего человека. Жить одной ей невмоготу. Пару недель назад она ко мне заглянула и в библиотеке случайно увидела вас. Вы показались ей невероятным красавцем. Анджела, спрашивает меня, кто этот жутко красивый мужчина?

Я одарил ее скептическим взглядом:

– Вот как? Такое я слышу нечасто. Мне, знаете ли, уже пятьдесят шесть. Может, она не обо мне спросила?

– О вас, о вас. Я тоже удивилась. Покажи, говорю, о ком ты. Она показала на вас.

– Я польщен.

– Только не подумайте там чего, сестра моя – подарок для любого мужчины. Я рассказала ей о вас. По-моему, друг другу вы подходите идеально.

– Я не уверен.

– Послушайте, Сирил. Сесил? Сирил. Давайте я раскрою карты.

– Сделайте милость.

– Покойный Питер, зять мой, очень хорошо обеспечил сестру. У нее свой дом в Блэкроке, ипотека выплачена. А еще квартира в Маунт-Флоренс, которую она сдает.

– Повезло ей.

– Я все про вас знаю.

– Что именно? У меня впечатление, что вы знаете далеко не все.

– Я знаю, что вы мультимиллионер.

– Ах вон что.

– Вы сын Мод Эвери, да?

– Приемный.

– Но вы наследник ее капиталов. И авторских отчислений.

– Верно. По-моему, это известно всем.

– То есть вы богаты. Вам не нужна работа. Однако вы ежедневно ходите на службу.

– Хожу.

– Ничего, если я спрошу, зачем вам это?

– Ничего.

– Ну так зачем?

– Потому что мне это нравится. Есть повод выйти из дома. Я не хочу целыми днями сидеть в четырех стенах и пялиться в телевизор.

– Вот и я о том же. Вы работяга. В деньгах не нуждаетесь. Тем более в сестриных деньгах. Вот почему вы и она – идеальная пара.

– Я не уверен, что мы друг другу подойдем, – повторил я.

– Погодите, будьте умницей, ничего не говорите, пока не взглянете на ее фото. – Из сумки дама достала фотографию женщины, с которой они были похожи как две капли воды. Наверное, двойняшки, подумал я. – Вот она, Бренда. Красавица, а?

– Сногсшибательная, – согласился я.

– Значит, я дам вам ее телефон.

– Пожалуй, не стоит.

– Почему? – Дама откинулась на стуле, изготовившись обидеться. – Сколько еще повторять, что вы прямо созданы друг для друга?

– Спору нет, сестра ваша очень мила. Но, видите ли, мне не нужна спутница жизни. Ни сейчас, ни вообще.

– Так. Все еще сохнете по бывшей жене, что ли?

– Определенно нет.

– По жене, которая сошлась с другим Сесилом?

– Сирилом. И я очень рад за нее. Все трое, мы добрые друзья.

– Но вы пытаетесь ее вернуть?

– Отнюдь.

– А что тогда? Еще скажите, что Бренда вам не понравилась.

– К сожалению. Просто она – не мой тип.

И тут за столиками, отведенными либерально-консервативной партии, кто-то вскрикнул. Немногочисленные депутаты, болтавшие за кофе с пирожным, повернулись к телевизору на стене. Звук был выключен, но и от немой картинки все разговоры в буфете стихли.

– Включите звук! – крикнул один депутат, и Хасинта, заменившая миссис Гоггин на посту заведующей, нажала кнопку дистанционного пульта. На экране самолет раз за разом врезался в здание Международного торгового центра. Собеседница моя обомлела:

– Боже мой, что происходит?

– Это Нью-Йорк, – сказал я.

– Да нет!

– Точно. Международный торговый центр. Башни-близнецы.

Я медленно подошел к телевизору, у которого уже сгрудились депутаты. В репортаже запись сменилась прямой трансляцией, и на наших глазах еще один самолет врезался во вторую башню. Все хором вскрикнули, люди переглядывались, не понимая, что происходит.

– Пойду-ка я к себе. – Дама цапнула свой безмолвный пейджер. – А то премьер-министр хватится, а меня нет.