На высотах твоих - Артур Хейли

Под ярким светом прожекторов “Вастервик” загружался лесом.

Уверенный и торжествующий, Элан Мэйтлэнд взбежал по ржавому трапу на захламленную, обветшавшую главную палубу.

Омерзительный запах удобрений исчез без следа под освежающим ветром с моря.

По судну гулял чистый, здоровый аромат пихты и кедра.

Ночь выдалась холодной, на ясном небе мерцали далекие звезды.

С бака <Корабельная носовая надстройка.> к Элану приближался третий помощник, с которым он встречался рождественским утром.

– Я к капитану Яабеку, – крикнул ему Элан. – Если он у себя в каюте, я сам доберусь.

– Судя по вашему виду и настроению, вы сегодня куда угодно доберетесь, – откликнулся тощий жилистый моряк.

– Это уж точно, – согласился Элан. Инстинктивно он коснулся рукой кармана, словно проверяя, на месте ли драгоценная бумага.

Уже собираясь отойти, спросил через плечо:

– Как ваша простуда?

– Пройдет. Как только отчалим, – заверил его третий помощник и добавил:

– Еще сорок восемь часов, и все, до свидания.

Сорок восемь часов. Всего-навсего, подумал Элан, но, похоже, они успели вовремя. Сегодня днем, когда он был у себя в квартире на Гилфорд-стрит, ему через Тома Льюиса передали лаконичное сообщение: посмотрите дело “Король против Ахмеда Сингха”.

Решив, что он должен использовать все возможности до конца, но не питая особой надежды, Элан вновь пошел в библиотеку Верховного суда. Там, когда он прочитал постановление от 1921 года, сердце его чуть не выпрыгнуло из груди. А потом началось лихорадочное сочинение черновиков, изготовление машинописных копий, проверка и еще раз проверка фактов, сбор множества письменных показаний и других документов, требуемых законом. Какая бы ни была спешка, утроба чудовища должна быть набита бумагой…

Потом стремительная гонка в суд, чтобы попасть в регистратуру до закрытия. Он успел, хотя и в обрез, и через несколько минут предстал перед судьей Уиллисом, который сегодня опять был назначен рассматривать дела в кабинете.

Судья, как всегда суровый и недоступный, внимательно выслушал адвоката и, задав несколько коротких вопросов, вынес распоряжение доставить задержанного в суд для рассмотрения вопроса о законности его задержания. Это был редкостный и исполненный скрытой драматичности момент. Оригинал судебного распоряжения и копия находились сейчас в кармане у Элана: “Елизавета, Божьей милостью Соединенного Королевства, Канады и ее прочих владений и территорий защитница веры.., повелевает вам немедленно по получении данного нашего распоряжения.., доставить субъекта по имени Анри Дюваль…"

Конечно, предстоит еще слушание в суде, и назначено оно на послезавтра. Но исход его буквально предрешен: “Вастервик” уйдет в море, но Анри Дюваля на его борту не будет.

Завтра, напомнил себе Элан, надо как-нибудь найти время и позвонить тому адвокату, что надоумил их посмотреть дело Ахмеда Сингха. Том Льюис записал его имя. Да он же нас просто спас…

Он подошел к двери капитанской каюты и постучал. Из каюты раздался голос:

– Входите!

Капитан Яабек в одной рубашке с короткими рукавами, окутанный густым облаком табачного дыма, усердно писал что-то в гроссбухе, щурясь от света настольной лампы. Отложив ручку, он с неизменной вежливостью поднялся навстречу Элану и указал ему на одно из зеленых кожаных кресел.

Раскашлявшись от переполнившего его легкие табачного дыма, Элан начал было извиняться:

– Простите, что отрываю…

– Ничего. Хватит с меня писанины. – Капитан потянулся через стол и захлопнул гроссбух. Устало сказал:

– Будущие археологи при раскопках нашей цивилизации этого не поймут. Мы оставим им слишком много письмен.

– Кстати, о письменах. Могу вам еще добавить, – улыбаясь, он достал судебное распоряжение и протянул капитану Яабеку.

Капитан читал медленно, шевеля губами и спотыкаясь на юридических терминах. Наконец он поднял глаза и недоверчиво спросил:

– Неужели все-таки удалось?

– Да, – подтвердил Элан. – Распоряжение означает, что Анри свободен и может покинуть судно. В плавание с вами он не пойдет.

– А сейчас…

– А сейчас, капитан, – решительно ответил Элан, – я бы хотел, чтобы он собрал свои вещи. Я его забираю. Судебное распоряжение освобождает его под мое попечительство. Если у вас есть сомнения, можем позвонить в полицию…

– Нет, что вы! Зачем же? – Капитан Яабек положил распоряжение на стол, лицо его засветилось теплой заразительной улыбкой. – Я не понимаю, как вам это удалось, мистер Мэйтлэнд, но вас надо поздравить. Просто это все так неожиданно.

– Вполне понимаю вас, – успокоил его Элан. – У меня у самого дух захватывает.

Через десять минут в каюте капитана с горящими глазами и широкой счастливой улыбкой на лице появился Анри Дюваль. Одет он был в матросский бушлат, который был ему велик на несколько размеров, в руках держал обшарпанный картонный чемоданчик, аккуратно перевязанный бечевкой.

"Первое, что завтра нужно сделать, – решил Элан, – это употребить часть пожертвованных Дювалю денег и купить ему новую одежду, чтобы он предстал перед судом в приличном виде”.

– Мистер Мэйтлэнд забирает тебя отсюда, Анри, – объявил ему капитан.

Дюваль радостно кивнул, лицо его сияло возбуждением и ожиданием.

– Я теперь готов, – ответил он.

– На судно ты не вернешься, – тихо вымолвил капитан. – Поэтому я с тобой прощаюсь.

На миг возбуждение исчезло с мальчишеского лица. Будто слова капитана открыли ему реальную действительность, которую Анри не предвидел. Он нерешительно произнес:

– Это судно хороший.

– Многие вещи таковы, какими мы их сами для себя устраиваем, – капитан протянул руку. – Желаю тебе счастья, Анри, да благослови тебя Бог. Работай усердно, не забывай молиться и делай все, как скажет мистер Мэйтлэнд.

Дюваль, словно онемев от горя, послушно кивал головой. До чего же странная сцена, мелькнуло в голове у Элана, как будто расстаются отец с сыном. Он почувствовал, что и капитан, и Анри стараются оттянуть минуту прощания.