Новое платье Леони - Катрин Панколь

«Легко же все валить на лето», – ворчала Стелла, отбрасывая очередную газету.

– Это я виновата, – повторяла Леони. – Мне нужно уйти.

– А куда ты пойдешь? – отвечала Стелла. – Давай уж мы сами разберемся, мам. А ты отдыхай, приходи в себя, как-нибудь выпутаемся. Мы знавали и худшие времена!

– Нет, – повторяла Леони. – Нет никакого смысла.

– Смысл есть, – возражала Стелла. – Никому не позволено безнаказанно устраивать террор.

Жорж и Сюзон вздыхали, Леони горбилась на стуле и теребила край вощеной клеенки.

Так проходили все вечера.

Одни и те же бесполезные споры, одни и те же тягостные паузы. Жорж молчал и терзался мыслью, что он при всех условиях попытается отобрать у нас ферму, это точно, Сюзон читала эти опасения в глазах брата, Стелла тяготилась бездействием и ожиданием. Все они плохо спали, все они устали, они невольно наталкивались друг на друга, извиняясь все реже и реже.

И так шли дни, похожие один на другой, и один другого тяжелее. Сказать уже было нечего. Оставалось только ждать.

К ним внезапно зашла Виолетта.

Они выпили кофе и уселись на каменной скамейке на солнышке. Собаки, часто дыша от жары, улеглись у их ног. Попугай Гектор отказывался выходить из клетки, даже когда появлялась красавица из прогноза погоды. «Hot! Hot!»[36]– кричал он.

Было действительно жарко, душно, какая-то просто духотища. Том постоянно вел наблюдение из окна комнаты. Жорж читал газету, держа карабин под рукой, Леони и Сюзон чистили зеленую фасоль на кухне.

– Ну так что? Какова ситуация? Как я вижу, ничего не происходит, – сказала Виолетта.

Стелла пожала плечами.

– Мари не может ничего ускорить, она не решает, какие брать сюжеты. Это все делает главный редактор или журналисты. А они все, похоже, дрейфят. А я одна, что, как ты думаешь, могу сделать?

– Я дала им документы, а они ничего не делают? Не поверю!

– Ну вот так… Дюре выжидает. Куртуа опять отправился куда-то шляться по делам. Может, они и не отступились от нашей идеи, я ничего об этом не знаю. У обоих «абонент недоступен». Я одна-одинешенька, говорю тебе.

– Ох, ну надо же! Все это вселяет надежду.

– У меня еще есть козырь. Передовица газеты… Если я суну ему ее под нос, он способен покончить с собой, ты как думаешь?

– Не исключено. Он не из тех людей, что выдержат публичный скандал.

Виолетта подняла наверх волосы, вздохнула:

– Ну и жара, на нервы действует, – и добавила: – В любом случае я выхожу из игры. Поставила дом родителей на продажу и валю отсюда.

– И куда ты поедешь?

– Возвращаюсь в Париж. Нечего ловить в этой дыре.

«Париж, – подумала Стелла. – Париж… Куда-то пропала Жозефина Кортес. Не подавала никаких признаков жизни».

Но это было не самое главное.

И к тому же она забыла отдать свою книгу Жюли!

А Жюли тоже пропала и не звонила.

Жюли была влюблена.

Она безотлагательно предоставила ей летний отпуск. Стелла могла и луну с неба у нее попросить, она бы дала еще и солнце в придачу.

– Мне все-таки странно, что приходится делить мою ванную комнату с Леони, – пробурчал Жорж, укладываясь на ночь в кровать под скрип пружин матраса.

Он спал вместе с Сюзон. Стелла, Адриан и Том занимали его комнату, а Леони – комнату Тома.

– В странное время мы живем, – ворчал он. – Ничего больше не лежит на своих местах. Я не могу разобраться. Вот что я должен делать, когда она ждет под дверью, чтобы почистить зубы? Извиняться нужно или нет?

– Веди себя так, как будто все нормально. Спокойно домываешься и пускаешь следующего. – говорила ему Сюзон. – И не забываешь при этом прибраться за собой, чтобы в ванной было чисто. А то твои волосы из носа везде валяются…

– Ох! Вечно ты меня раздражаешь с этими волосами из носа!

Он откинул одеяло и тяжело упал на кровать.

– Но ведь это же все равно не нормально. Такое противоречит привычному порядку вещей. И ты не заставишь меня выкинуть это из головы.

– Ну, скажи себе, что мы на войне. Ты меняешь свои привычки, так уж приходится…

– А мы и есть на войне, Сюзон, мы и есть на войне! Он нас так просто в покое не оставит, даже не мечтай!

– Но ведь ты же не отдашь ее этому дикарю, а?

– Нет, – пробурчал Жорж. – Конечно нет. Но мне кажется, история плохо кончится! Сколько мы вот так вот будем жить? Ты вот можешь сказать, ты же такая хитромудрая?

– Живем одним днем, вот и все. Это ты сам ведь сказал.

– Да… лучше уж я бы помолчал в тот вечер!

Он ворочался, в постели Сюзон ему было мало места. Она спала, занимая привычное положение, а он толкался и от этого ворчал еще больше.

– Давай уже спи! Скоро твоя очередь сторожить, ты теряешь драгоценное время сна.

– А ты думаешь, мне удастся так поспать? У меня не получается уснуть, я волнуюсь, переживаю, а кроме того, эта кровать рассчитана на тебя одну!

– Спи, говорю! Если не можешь спать ради себя, сделай это для меня. Мне необходим отдых, иначе я долго так не выдержу.

– Ох! Нечего во мне еще будить чувство вины! Еще этого не хватало! Типично женские штучки!

Он ворчал, ворчал и в конце концов засыпал.

– Значит, это правда? Ты живешь в Париже? – шепнула Стелла, прижимаясь к Адриану.

Он улыбался своей неотразимой улыбкой и отвечал:

– Ну конечно.

– А почему ты мне об этом так долго не говорил?

– Чтобы тебя уберечь, а вдруг он придет и будет тебя допрашивать?

– Но ты ведь знаешь, что я всегда все про тебя знаю…

Он сжимал объятия, целовал ее в макушку и вздыхал:

– Я знал, что в конце концов ты меня раскусишь! Ты же такая умница!

Том из окошка вглядывался во тьму. Он слышал, как родители тихо переговаривались на большой кровати Жоржа, и говорил себе, что никогда в жизни не был так счастлив. Все трое в одной комнате, ночь, все вместе противостоят опасности, и именно он охраняет их сон.

Он ни за что на свете не поменялся бы ни с кем местами.

Это было самое прекрасное лето его жизни.

Леони тоже не могла уснуть.

Лежала с открытыми глазами в маленькой кроватке Тома под простынями «Том и Джерри», злилась на себя, что перекурочила жизнь тех, кого так любила. «Я должна уйти, но куда мне идти? У меня больше нет дома. Замок, в котором прошло детство, стал детским лагерем для иностранцев. Мне туда так никогда и не пришлось вернуться. Наверное, они везде разместили санузлы, в коридорах поставили вешалки, построили новые перегородки, чтобы сделать спальни. Говорят, что они в этом году собираются менять электропроводку, потому что были короткие замыкания и даже возгорание. А что с парком? Интересно, лазают ли дети на мои деревья? Так бы хотелось еще раз взглянуть на эти деревья, прежде чем…»